Картер
Шрифт:
Он медленно выдохнул, его зеленые глаза застыли, когда он посмотрел за мое плечо.
— Его нет здесь, — сказала я, — Он вышел, чтобы взять завтрак.
— Что вы едите?
— Наверное, немного оладий.
Его челюсти сжались.
— Картофельные оладьи на завтрак?
Я пожала плечами.
— Ну, у нас не всегда есть деньги. Я работаю в баре совсем недолго и потом…
Мои слова затихли, когда он полез в карман и достал бумажник. Он покопался в нем и вытянул несколько купюр. Он протянул их
— Нет, — сказала я ему. — Я не хочу брать твои деньги. Ты и так сделал для нас достаточно.
— Возьми их, — потребовал он.
— Нет.
— Перестань быть упрямой Лия и возьми их.
— Рим. Я не хочу их брать. Расслабься, хорошо? Принуждая меня взять твои деньги, ты заставляешь меня чувствовать себя виноватой. И потом мне придется ходить за тобой и целовать твой зад в течение очень долгого времени, а я не хочу этого делать.
Он провел по своим черным волосам и опустил руку. Вздохнув, он пробормотал.
— Хорошо. Ну смотри, я собираюсь дождаться Картера. Я увижусь с тобой позже, и тебе лучше иметь приличное объяснение тому, что происходит между вами двумя, хорошо? Друзья, помнишь? Не чужие? Ты должна довериться мне.
Я вынужденно кивнула и проводила его взглядом до угла дома. Прежде чем он ушел, он наткнулся на Картера, и они остановились на мгновение и просто смотрели друг на друга. Они немного поговорили, но я не слышала, что было сказано, затем Картер кивнул, и они обошли друг друга, двигаясь в противоположных направлениях.
Взгляд Картера пронзил меня в тот момент, когда он добрался до двери, он посмотрел вниз по моему телу и с обидой сказал:
— Ты открыла дверь Риму в одном полотенце? Какого хрена, Лия?
Ой. Ради Бога!
— Я думала, что это ты за дверью.
Он покачал головой и зашел в квартиру, поставив коричневый бумажный пакет на кухонный стол, и снял куртку.
— Что он хотел?
— Просто зашел, чтобы посмотреть, как я после вчерашнего.
Он бросил на меня взгляд, перед тем как достал две тарелки.
— И?
Я медленно прошла на кухню и положила локти на стойку.
— И я сказала ему, что я в порядке.
Он кивнул.
— Он дал тебе деньги?
— Нет.
Он положил картофельные оладьи на тарелку и посмотрел на меня.
— Он предлагал тебе что-нибудь?
Как, черт возьми, он узнал?
— Да, и я не взяла.
Его лицо расслабилось, и он нежно мне улыбнулся.
— Хорошо. Потому что ты знаешь, что я позабочусь о тебе. Верно?
Я осторожно кивнула.
— Я знаю.
— Хорошо.
— Как ты узнал?
— Он все спрашивал меня, хорошо ли ты поела прошлой ночью. Как будто я заставляю тебя голодать, — он горько усмехнулся, — Он ищет причины, чтобы ненавидеть меня. Я клянусь.
Он вручил мне
— Не принимай это близко к сердцу, — сказала я ему, — Он просто защищает меня.
Он замер и повернулся ко мне. Скользя по мне острым взглядом, он наклонился и сказал.
— Детка, он никогда не принимал удар на себя. Не он вытащил тебя из того места, потому что был обеспокоен твоей безопасностью. Не он трахал тебя вчера ночью и сегодня утром, заставляя трижды кончить в процессе. Насколько я могу судить, его защита тебя также эффективна, как если пудель будет защищать свою хозяйку при нападении.
Я подавила улыбку и прошептала.
— И какая собака тогда ты, Картер?
Он шмыгнул носом и вернулся к еде.
— Я чертов волк, Ангел!
Это. Парень.
Я засмеялась и съела свои жирные картофельные оладьи, уже надеясь, что мое влагалище заживет как можно скорее, потому что когда эти голубые глаза смотрят на меня, то они заставляют меня хотеть делать очень откровенные вещи.
Мы к счастью перестали говорить о Риме, и я задумалась об их дружбе. Будут ли они когда-нибудь вместе.
Ради их группы, я просила Бога, чтобы так и было.
Глава 13
— Твой парень сексуальный как черт, — сказала Мелани, опираясь спиной на бар.
Это была первая неделя работы рядом с ней и, мягко говоря, она была крайне тупой.
Она была примерно моего возраста и подходила по социальному типу. С момента как Марлена представила меня ей, она не оставляла меня в покое. Я была уверена, что это было потому, что другие официантки были в два раза старше нас.
Она смотрела на Картера в другом конце комнаты, наблюдая за тем, как он обсуждает с Римом группу, закусив нижнюю губу. В ее серых глазах светилось желание.
— Он не мой парень, — пробормотала я, постукивая своей ручкой по стойке бара и тоже наблюдая за ним.
Мелани подняла темную бровь.
— Серьезно? Я видела, как он прикоснулся к твоей заднице, когда вы пришли.
Дерьмо.
Он мог? Он не мог? Обычно он старался не прикасаться ко мне на людях. Я думаю, это было одним из условий нашей с ним договоренности о «друзьях с привилегией». Как бы то ни было, это было проблемой.
Стараясь не смотреть ей в глаза, я стряхнула воображаемую пушинку с моей черной униформы. Может быть, если я буду выглядеть занятой, она не будет настаивать на дополнительной информации, но я чувствовала ее горящий взгляд, направленный в мое лицо. Я не хотела говорить ей что-либо. Я не была уверена, что я могла бы доверить ей такую информацию. Она могла быть как сучки из моей школы, использовавшие меня, чтобы подобраться к нему, или просто быть предательницей.