Картер

Левис Р. Д.

— Слезь с меня, — невнятно сказала я ему.

— Нет, — ответил он решительно, снова коснувшись меня губами, заставляя открыться ему. Я почувствовала, как его язык скользнул по моему, и я сильнее прижалась к полу.

— Ты хочешь этого, — пробормотал он. — Я знаю, что ты делаешь!

Я хотела этого, конечно же, но не на прежних условиях. Я медленно покачала головой, стараясь побороть этого мужчину, переворачивающего мою душу и разрушающего мое решение.

Его рука скользнула по моему лицу, а губы сильнее прижались к моим. Он был как наркотик: невозможно было остановиться,

если ты уже однажды попробовал его на вкус. Мои губы ответили ему, сталкивая наши языки. Черт, это было хорошо. Я чувствовала, что его другая рука сжала мое бедро, раздвигая мои ноги. Затем он прижался своими бедрами ко мне, и я задохнулась от ощущения его напряженной длинны, вжимающейся в мое тело.

— Я скучал по тебе, — продолжал шептать он, — Чертов ад! Лия, мой член тоже скучал по тебе.

Моя кожа покрылась испариной, и моя потребность прижать его к себе подавляла. Я была так близко, чтобы отпустить. Согласиться на трах, и отдаться ему. Но вместо этого я быстро прервала поцелуй и оттолкнула его изо всех сил. Он упал на бок, ошеломленный и ворчащий. Я быстро встала и отошла от него. Я задыхалась, мои волосы прилипли к моему вспотевшему лицу. Я был мокрая и нуждающаяся, и это усугублялось его вкусом на моем языке. Я вытерла рот, чтобы избавиться от него.

— С меня хватит этого, — сказала я ему твердо. — Я не собираюсь играть в твои игры больше.

Он медленно встал, его лицо сейчас выглядело жестоким, когда волосы упали ему на глаза. Он схватился за кухонную стойку, чтобы удержать равновесие и посмотрел на меня.

— Это фигня, — сказал он мне сердито. — Я не играю в игры, Лия. Я знаю, ты хочешь меня. Зачем отказывать себе в этом?

— Я не собираюсь повторяться!

— У нас все было в порядке! — вдруг крикнул он. — Я ни хрена не понимаю! Я не понимаю, что происходит!

Я скрестила руки, удивленная тем, насколько быстро все обострилось.

— Я устала от боли.

— Я не причинял тебе боли! Ты сделала это сама! Ты злишься, потому что я говорил тебе, как моему чертовому другу? Я сказал тебе прямо с самого начала, что я хотел, чтобы мы оставались близки, что я не хочу трахать тебя, будучи «больше» чем друзья!

Я сцепила свои руки и ответила:

— Мы никогда не были просто друзьями!

Он покачал головой, не соглашаясь, и указал на меня, наклонившись вперед, когда он прошипел:

— Тогда это твоя собственная ошибка, Лия.

— Тогда почему ты прикоснулся ко мне? Почему меня поцеловал?

— Потому что меня тянуло к тебе, и ты привлекла меня. Это не значит, что я собираюсь раскрывать свою душу перед тобой и что ты моя вторая половинка. Этого дерьма не существует! Хватит верить в эти сказки. Любовь не существует так, как ты думаешь. Это чушь, специально придуманная, чтобы люди верили во что-то лучшее, чем жизнь. Нет. Там нет ничего там, Лия. Очнись.

Как же все стало настолько плохо в одно мгновение? Я даже не могла стоять, находясь в той же комнате, что и он, когда он говорил со мной. Я не видела ничего, кроме незнакомца, стоящего передо мной. Это было похоже на то, как он пытался бить Дика нарочно. Он хотел, чтобы я его ненавидела? Неужели это так?

— Я не

преследую тебя, — сказал он твердо. — Ты понимаешь? Ты уйдешь в поисках лучшего, когда я закончу.

Все выходило из-под контроля.

— Как ты не видишь? — спросила я его. Это причиняло боль. Я была искренна. — Все, что я когда-либо хотела — это быть рядом. Чтобы помочь тебе и быть там для тебя. Почему ты не можешь просто принять меня? Мы прошли через все вместе, Картер. Что нужно чтобы ты понял, что мы — это что-то большее?

Он смотрит только на меня. Страсть, которую он испытывал только минут назад, ушла, вместо нее теперь холодная стена, и я не верю, что когда-нибудь смогу проникнуть через нее. Его шрамы были намного глубже, чем я когда-либо думала. Он отгородился от меня, чтобы иметь возможность держать свои тайны в себе, и я поняла, что ничего не могу изменить. Мы оба были слишком упрямыми.

— Ты хочешь, чтобы я от тебя отказалась, не так ли? — прошептала я. — Хорошо. Я сдаюсь.

Он замер, прежде чем отвести свой взгляд, затем молча прошел мимо меня в свою комнату. В этот момент я пожалела, что все еще оставалась с ним. Я желала быть от него подальше, стараясь не выдать себя. Я бы забрала все обратно. Каждое мгновение, проведенное вместе, ведь все было прекрасно. Я бы подставила другую щеку, и двигалась дальше.

Все это не стоит разбитого сердца.

***

На следующее утро он сидел на диване одетый в одни только джинсы, глядя в телевизор мертвыми глазами и нахмурившись. Я на цыпочках вышла из моей спальни в кухню, надеясь, что он не услышал меня. Мне нужно было держаться подальше от него. Я не мог вынести еще одно противостояние.

Я поставила чайник и достала свою кружку из шкафа. Я сделала себе чашку кофе и прислонилась спиной к стойке, выпив его до последней капли. Потом я сделала еще одну чашку. Я была мертва. Физически и эмоционально, я была опустошена, и я надеялась, что этот отвратительный кофе может помочь очистить туман.

— Лия!

Я напряглась при звуке его голоса. Я с трудом повернула голову, чтобы посмотреть на то, как он подходил к кухне. Он двигался медленно, как будто тоже почти не спал. Он смотрел на меня усталыми глазами, и я могла видеть в них капитуляцию, когда он облокотился на стойку и выдохнул.

— Я сожалею, — пробормотал он. — Я вел себя как полный мудак прошлой ночью. Я прошу прощения, что накричал на тебя.

Я пожала плечами.

— Все нормально.

Он посмотрел на меня несколько мгновений, готовясь к тому, что он собирался сказать.

— Смотри... Мне следовало догадаться, правильно? Я должен был догадаться, что ты хотела бы больше. Я был глуп и эгоистичен. Я хотел попробовать тебя, всегда хотел, и я облажался, приняв этот дополнительный шаг. Я не понимал, что это приведет нас дальше, что ты захотела бы от меня больше, чем я мог бы дать. — Он вздохнул и провел рукой по волосам, лениво глядя на пятно на стене. — Просто казалось, что все было хорошо именно так, как было. Безвозмездно. Без стресса. Тот факт, что мы были хорошими друзьями, и... Я должен был знать, что для тебя все это было по-другому.