Каскадер

Карела Мария

– Мы всего лишь пробудим его силы сказителя.

– Я боюсь, у нас ничего не получится. И не уверен, что мы можем позволить себе рисковать жизнью мальчика.

– Почему у нас не получится? – спросила я, проигнорировав реплику насчет риска. В конце концов, опасность угрожает всему человечеству. Тут не до сантиментов.

– Подумай сама – князь добился желаемого с третьего раза. С третьего! А ты хочешь, чтоб мальчик, неизвестно даже, обладающий ли именно той разновидностью дара, что нам нужна, выпил зелье и тут же противостоял Наине, которую тренировали черт знает сколько времени! Ее даже на

ристалище один раз выпустили!

– Только для того, чтоб повязать кровью!

– Бредовый план, Керен.

– Другого нет, – отрезала я. – Вертолет здесь?

– Да. Ты что, собираешься вылететь сейчас?

– Да. Нет. Не знаю… Лучше на рассвете – как раз прибудем к тому моменту, когда откроются все службы. Разыщем через паспортный стол этого Илью. И до следующего боя – двое суток. Должны успеть за это время его подготовить.

– А как же завтрашний бой?

– Думаю, мы проиграем. Но если у нас будет план, выполнимый план, то все смогут сдаться раньше, чем их убьют. Князь будет в восторге… Сначала.

– Считаешь, что он не догадается?

– А как он может догадаться? Анна мертва, Даромир ничего мне толком не сказал, переврав половину.

– Что ж, пожалуй…

– В любом случае, это наш единственный шанс. Что еще мы можем противопоставить колдовству?

– Наверное, ты все же права. Но, Керен, мы никак не сможем вылететь сразу с утра. Только после боев.

– Почему? Обойдутся без нас, как и в прошлый раз.

– Нет, – Арс покачал головой. – В тот раз соперников распределял Антон Михайлович, в этот раз – Даромир, военачальник князя. И мы с тобой и Глебом в списках. Такеши, конечно, заменят, но нас не отпустят. Это против правил.

– Поняла, – со вздохом произнесла я. – Что ж, тогда делать нечего. Не думаю, что нам есть чем заняться этой ночью… По крайней мере, за пределами комнаты. – Арс ухмыльнулся. – Хотя я пообещала себе сегодня, что если выживу, то научусь нормально сражаться на мечах. Может, потренируемся?

– На улице уже темно, а в спортзале для этого маловато места. И потом, ты прекрасно справляешься с кинжалом.

– Прекрасно-то прекрасно, но, как ты мог убедиться, сегодня, например, от моего кинжала толку было немного.

– Немного?! – Арс расхохотался. – Да если б не он, ты бы погибла.

– Я ничего не помню. Почему ты считаешь, что без него я бы не справилась? Я ведь сражалась мечом Шарка. До сих пор запястье болит.

– У тебя был всего один шанс выжить – и ты его использовала. Ты сражалась одновременно мечом и кинжалом. Мечом убивала, а кинжал тут же залечивал твои ранения. Поэтому ты жива и здорова.

– Да-а… Я вспомнила…

Они приближаются. Рукоять меча в руке нагрелась, но руки пока не устали, и не утратили гибкости. Подумав, я взяла Биту в другую руку. Зачем? Не знаю. Но сейчас мне понадобится все. что у меня есть, и все, что я умею.

Метательные ножи я использовала первыми. Пятеро монстров упали раньше, чем успели понять, что происходит. Но их слишком, слишком много… Надеюсь, что ребята успеют дойти до портала.

Окружить меня им не удастся – я слишком маленькая

и ловкая для них. Но любой удар по голове прикончит меня.

Так я никогда еще не прыгала, уворачиваясь от трех огромных дубин одновременно… К счастью, нужную тактику я обнаружила сразу. Удар мечом, ни разу не ставший смертельным – все же я слишком слаба для того, чтоб одним ударом и без того тяжелого оружия завалить коня, – а после коснуться открытой раны Витой. Несколько секунд – и очередной труп падает на землю, мешая моим противникам…

Удар… Увернулась… Удар…

Боль пронзает руку с мечом, падаю на колени… Бита поглощает энергию, быстрее, чем ломаются кости… Невероятные ощущения, болезненные до зубовного скрежета, но в то же время совершенно необыкновенные, – это не описать словами, когда кость срастается за миг до перелома…

Не знаю, сколько прошло времени, не знаю, скольких я уже убила, не знаю, дошли ли ребята, но знаю, что больше не могу. Под тяжестью меча отваливается рука, в запястье что-то хрустит при каждом ударе, а все тело болит, хотя нет никаких повреждений… Ноги скользят по траве, залитой кровью, волосы слиплись в единый ком, кровь и во рту, и на лице, заливает глаза – едва успеваю смахивать…

Надеюсь, я все же дала ребятам фору, которая им нужна…

Меч падает из раскрывшейся ладони, падает невероятно долго, наконец вонзаясь острием в землю, и падает плашмя… Пытаюсь увернуться от очередного удара, но не получается, не успеваю, просто не успеваю…

Над моей головой дубину блокирует чей-то клинок, и последнее, что я вижу, прежде чем погрузиться в спасительную тьму, это разноцветные глаза, полные тревоги и надежды…

– Это было не слишком приятно. – Меня всю передернуло, когда я вспомнила о той ужасной боли, превозмогая которую, я продолжала сражаться. – Это ты вымыл мои волосы? Они же все слиплись от крови!

– Да. И не только волосы. Ты вся слиплась от крови. Твою одежду пришлось выбросить, ее никому не отстирать.

– Я бы на твоем месте волосы просто обрезала бы. Давно пора это сделать.

– Нет, Керен, умоляю! Они такие красивые! Ты ведь натуральная блондинка, да еще такого яркого оттенка, это такая редкость в наше время.

– При диком обилии крашеных блондинок все равно мало кто заметит, что я – натуральная.

– Но я-то замечу. Да и на длинных волосах это видно лучше, чем на коротких!

– Дьявол с тобой, пока стричь не буду. Но не рассчитывай, что это навсегда!

– Навсегда… – Арс прокатил слово по языку, как вкусную конфетку. – Ну так, значит, у нас нет боевых планов на эту ночь? Не так ли?!

Проснулась я первой. Арс спал, Глеб тоже. Я чувствовала себя до странности перевозбужденной, полной энергии, хоть сейчас на смертный бой… Смертный, конечно же, не для меня, а для врагов.