Кай 4

Аянский Егор

Вопросы, ответы на которые я хотел получить, один за одним сыпались на листок, и вскоре мне пришлось перевернуть страницу. Сиала время от времени поглядывала на меня из-под полуприкрытых век, но тишину так и не нарушила. В конце концов мне надоело это занятие. Если, как говорил профессор Монтис Блоу, Михаил сам искал меня, то пусть он и определяет то, что хочет мне передать! Я извлек из сумки магический эфикс, раскрыл его на первой странице и уверенным движением написал фразу: «Что мне нужно сделать? Я смог прочитать надпись на обложке, значит я тот, кого вы искали?»

— Самое

правильное решение. Длина послания прямым образом влияет на скорость его передачи. Теперь тебе нужно дождаться ответа, но почему-то я не думаю, что он тебя удовлетворит, — задумчиво произнесла Сиала.

— Почему?

— Потому что ты не единственный, кто был отмечен меткой Высших, и у таких избранных всегда сложный жизненный путь, который мало кто проходит до конца. Но, надо отдать должное, до тебя я ни разу не слышала, чтобы у кого-то было три метки одновременно. Так что я даже не представляю, что уготовили тебе Боги. Знай, никто и никогда ничего тебе не скажет прямо, Мать называла это издевательство над смертными Великой Игрой.

— Может быть мне стоит попробовать быть таким, как другие люди? — я почему-то вспомнил женатого Крикуна, — Вести спокойную счастливую жизнь и не бояться, что в один прекрасный день придет очередной желающий вогнать в мое сердце кусок обсидиана.

— Думаю, у тебя не получится. Но давай сначала дождемся ответа Михаила, — она демонстративно зевнула и снова прикрыла глаза.

По прибытии в Танар, я наконец-то разобрал свои старые вещи, оставшиеся после школы Длани. Внутри меня появилось какое-то странное чувство, в котором переплелись тепло и ностальгия. Вот мой кристалл глауфита, в который я когда-то обманом перенес способность Юфина; а вот засохший, и почти превратившийся в труху эйголь, набранный в пещере зверолюдов. Я покрутил в руках маленький лук, подаренный мне Юфом на день рождения. Надеюсь, с ним все хорошо. Сиала закрылась в одной из своих комнат, обстановка которой сильно напоминала лабораторию, и пообещала, что скоро скажет, где он.

А это мой самый первый клинок…

Я с любовью погладил острый стилет, сделанный великолепным эльфийским мастером. Представляющийся мне беспорядочной вязью рисунок на рукоятке, теперь, после изучения языка эльфов, превратился в четко угадываемое клеймо кузнеца — Бетаниэль. Интересно обнаружить новую особенность, спустя столько лет, на таком знакомом ноже… Именно им я совершил свои самые первые убийства, отправив к демонам епископа Баренса и его помощника, отомстив за маму и папу.

Интересно, в каком мире они переродились? А вдруг в этом? Ведь Тая как-то смогла снова появиться в Кастании! Да не просто в этом мире, а в той же самой стране, где и погибла. Это, наверное, проделки Высших, вот только осталось понять, зачем они надо мной издеваются.

А вспомнит ли Тая меня при встрече? Три дня, отведенные Мартой на мое нахождение в Танаре уже истекли, но со мной пока все в порядке, и меня никто не пытается выгнать отсюда. Может быть попробовать найти девочку и поговорить с ней? Вот только как сказать Сиале об этом? Она же рассмеется и не поймет меня, а если узнает о

моих чувствах к той, школьной Тае, то может ведь и разозлиться! Пожалуй, не буду этого делать. Вампирша всеми силами старается мне показать, что она совершенно обычная женщина, и мне это нравится, хотя того чувства, что у меня было к погибшей от руки Гэнтона девушке, я к ней не испытываю.

И все же Камиста великолепна! Я не могу припомнить никого, кто мог бы с ней из женщин сравниться — и в красоте, и в уме. Понятно, что это обусловлено ее природой и прожитыми веками. Но она мне очень сильно помогает! Хотя не обязана.

— Интересный ножичек, опасный…, — раздался щекочущий шепот над моих ухом.

— Сиала! Ты можешь хоть как-то обозначать свое внезапное появление! — я добавил в голос немного нот раздражения и повернулся к незваной гостье, незаметно вторгшейся в комнату.

— Я подумаю, — она как всегда очаровательно улыбнулась, и мое возмущение мгновенно улетучилось. — У меня две новости о твоем друге, хорошая и плохая.

— Значит он жив? — я, скрывая внутреннее ликование, уставился на вампиршу.

— Скажем так, его тело все еще функционирует. Но, увы, тебе его в ближайшее время не увидеть. Он на Вестании, так называют местные жители второй континент этого мира.

— Значит он смог преодолеть магический барьер? — чего-то подобного я ожидал, — Но каким образом, Сиала? Ведь Юфин не мог даже телепортироваться на территорию Длани из-за Силового щита!

— Ты забываешь, что планета имеет круглую форму. Он мог совершить скачок по прямой через ее недра, не соприкоснувшись с барьером, и оказаться на той стороне, ты ведь говорил, что он был под действием сильного наркотика. Кто знает, что произошло в его голове во время выбора направления прыжка… Но не об этом сейчас надо переживать. То место, в котором он оказался, относиться к территории очень серьезного вампирского клана.

— Это может значить, что он… — мои губы предательски задрожали.

— Боюсь, что да. Извини. — Она присела рядом и положила руку мне на плечо.

— Есть обратный способ? Вампир может снова стать человеком? Он мог не попасться им? — из меня один за одним посыпались вопросы. Сознание упорно отказывалось принимать известие о том, что я потерял близкого друга.

— Исключено. Обратного способа обращения нет. Уйти от Патриарха на его территории почти невозможно. Телепортация для Юфина на том материке перестала быть доступной, а его навыки убийцы ничто, даже против одного обычного вампира.

— Он убил гролина однажды! — запротестовал я.

— Не сравнивай безмозглого трупоеда и высшую нежить.

— Ты можешь найти его? Тебе ведь доступно перемещение!

— Кай, я изгой в мире вампиров, хоть формально и выше обычных упырей. Мне очень дорого обойдется этот визит, — по ее лицу было видно, что она совсем была не в восторге от моего предложения.

— Пожалуйста, Сиала… — взмолился я, понимая, что выгляжу сейчас не лучшим образом выпрашивая у нее помощь. Но речь шла о Юфине! И если для этого придется выполнить еще какую-нибудь ее странную прихоть, вроде отсечения пальца, я пойду на это!