Кай
Шрифт:
Юфин громко расхохотался.
Я схватил нож с пола и одним броском попытался заколоть мерзавца, но приземлился на пустое место, а убийца лежал в другом углу каюты и надрывно хохотал. Снова побежал к нему, но он опять переместился с помощью своего умения. Похоже ему плевать на веревки, и он просто со мной играет.
Хохочущий Юфин внимательно следил за каждым моим движением. После очередной телепортации он оказался в закутке, заставленном корабельным хламом. Убийца мне как-то говорил, что ему нужно видеть конечную точку для применения способности, а значит следующее место его прыжка очень и очень ограниченно.
Успел! Мне удалось схватиться за сойту на его спине и повиснуть на ней! Он начал лихорадочно перемещаться по всей каюте, пытаясь меня сбросить и не дать мне ударить его. Эти скачки продолжались целую минуту, но мне удалось удержаться и вскоре Юфин стал задыхаться. Он сделал попытку очередного прыжка и не смог телепортироваться! Я догадался, что ему не хватает Силы, замахнулся стилетом, и ударил, целясь в сердце…
Глава 9
Мой удар попал в дощатый пол. В руках осталась только перевязь, а Юфин стоял передо мной без пут, с выражением искреннего изумления на лице. При этом абсолютно трезвый…
— Кай, ты невероятно ловок и быстр, я потрясен! В скорости ты уже можешь посоперничать с нашими выпускниками, — он повернулся к Крикуну, — Что же касается тебя, Рив — проверка закончена. Ты только что провалил типичный вступительный экзамен в школу Длани Арамены. Я никогда не знал ни твоего отца, ни твоей матери. Вся информация о твоей семье была получена в беседе с Лисом, перед нашим уходом из катакомб. Ты мог бы попытаться меня убить, но это сделал, Кай, хотя твои родители для него чужие люди. Причем им двигала не слепая ярость, а холодный расчет. Честно говоря, я не ожидал, что он сможет меня поймать. Не будь сойта заранее подготовлена, я лежал бы сейчас перед вами, захлебываясь кровью.
Я застыл, словно пораженный молнией и, с трудом шевеля губами, произнес:
— Юфин, нельзя так шутить о близких.
— Кай, правильно произнесенные слова, могут стать оружием и мотивацией к действию. Все это — стандартная подготовка служителя Длани. Там, на экзамене, поступающих доводят до подобного состояния, чтобы оценить их психологическую готовность и решительность. Это делают видящие, и читающие, такие как ваш Лис. Есть несколько типов реакции. Кто-то плачет, кто-то, наоборот, слепнет от ненависти и творит глупости. Есть такие, которые таят злобу и решают отомстить позже. Ты правильно оценил ситуацию, и лучший момент для моего убийства вряд ли представился в ближайшее время. Хотя, если бы у Вас обоих было побольше житейского опыта, вы бы изначально не поверили в этот спектакль.
— Я ненавижу тебя, Юфин, — Рив со злобой смотрел на слугу Арамены.
— Я и не прошу меня любить. Пройдет не один год, прежде чем ты мне скажешь спасибо за этот урок. Если тебе действительно нужна эта служба, ты можешь снова попробовать, когда тебе исполнится двенадцать лет, но мой тебе совет — ищи себя в том, что ты можешь делать лучше других. То, что ты не можешь убить, не означает, что ты плохой человек. Все мы разные, и есть вещи, которые ты сделаешь настолько хорошо, насколько я плохо. Лишение других жизни и шпионаж — не лучшее, чем должны заниматься нормальные
— А откуда ты узнал, что Кай подходит? Это как-то связано с вашей ночной историей? — Рив начал успокаиваться. Кажется, он понял, что Юфин его действительно только испытывал и не желал ему зла.
— Об этом тебе он сам расскажет, это не моя тайна. — Юф открыл дверь и покинул каюту.
Я проводил его взглядом, после чего уселся за стол и молча накинулся на еду, под удивленным взглядом Крикуна.
— Ты можешь есть после такого?
Мне ничего не оставалось делать, как просто ему кивнуть с набитым ртом и продолжить поглощать замечательно приготовленный гуляш. Крикун уселся рядом, потянулся к ложке, но передумал.
— Расскажешь?
Я кивнул головой, и не переставая есть, поведал ему свою историю жизни, начиная от убийства родителей священниками и заканчивая своим чудесным исцелением, а также свершившейся местью. Умолчал только про Марту и ее видения.
Рив слушал рассказ о моих похождениях с открытым ртом, а в конце повествования завалил меня вопросами, о моей способности.
— И что, все что угодно отрастить обратно можешь?
— Не знаю, пока только руку новую вырастил. Еще ногу ломал, около колена. Тоже быстро вылечил. А на мелкие порезы теперь даже внимания не обращаю. — Я закончил с едой. — Пойдем лучше на палубу, там наверное весело!
— Кай, — голос Рива сделался совсем тихим, — А как это, убить человека? Ты что-то чувствовал?
— Наверное страшно, если убиваешь невиновного. Я не знаю. Тех, кого я убил… Мне было плохо, особенно когда последний смотрел мне в глаза. Но это была не жалость, эти сволочи заслужили смерть.
— И все равно, Кай, я бы так не смог. А если бы у тебя не получилось? Они ведь взрослые и сильнее.
— Рив, какая разница? Взрослые тоже спят, необязательно ведь вызывать их на честный бой. Маму с папой тоже никто не предупредил, а просто убили, напав сзади. Давай больше не будем говорить об этом. — Я почувствовал, что если продолжу разговор, то снова начну вспоминать страшные картины из памяти. — Идем на корабль!
— Сходи один, — Крикун широко открыл рот и зевнул, — Я ведь еще так и не ложился спать. Сначала не мог заснуть, все не мог поверить, что мы покидаем Танар, а потом пришел Юфин.
Рив завалился в гамак и закрыл глаза. Не прошло и минуты, как он засопел и мне ничего не оставалось делать, как пойти одному.
Выбравшись на палубу, я остановился и залюбовался обстановкой. Еще ни разу мне не приходилось плавать на корабле, а потому знакомые вещи, такие как небо, солнце, волны на поверхности — все это воспринималось иначе. И нигде не было видно даже полоски земли!
Море было гладкое и спокойное, и по висящим, словно тряпка, парусам мне стало понятно, что мы просто стоим на месте. Матросы откровенно скучали и разделились по группам: кто-то резался в кости на перевернутой вверх дном бочке; еще двое, окруженные свистящей шумной толпой, устроили кулачный поединок. Были и такие, кто просто завалился на палубу и загорал на солнце. Но больше всего мое внимание привлекли моряки в одном исподнем. Они забирались на самую большую мачту, поперек которой было несколько балок на разной высоте, пробегали по ней и прыгали в воду. Я вспомнил, как мы с Крикуном пару раз ходил на пирс и соревновались, кто лучше прыгнет.