Кэшлс
Шрифт:
— Ладно, парии, весь этот разговор никуда не ведет, — сказал Майк, и тут же заметил идущих к ним Ли и Джо. — Ну как, Джо?
— Ни фига. После нас со Скитсом никто его не видел.
— Когда это было?
— Вчера вечером, когда появились копперы. Мы вместе от них съебывали.
— И куда вы потом пошли?
— Вышли на соседнюю улицу и разделились. Он пошел со Скитсом, а я с парнями из «Мпллуолла».
— Повезло тебе! — фыркнул Майк, пытаясь разрядить обстановку.
— И? — Терри все еще ждал возможности
— Скитс сказал, что потом они еще прыгнули на немцев, но тут же появились полисы, и после этого Кевина уже никто не видел.
— Никто не видел? — автоматически повторил Терри.
— Блядь! — выругался Ли. — Его повязали! Говорят, вечером приняли нескольких парней, наверное, и Кевина тоже. — Лицо Ли исказила гримаса ярости, а физиономия Терри вытянулась при мысли, что Кевин снова сохранит свой героический статус. Ли швырнул кружку, которую держал в руке, в ближайшее окно. Все разом замолчали. Полицейский на улице пригнулся, пытаясь увернуться от осколков стекла.
— Не реагируйте! — сержант Мосс просил своих немецких коллег сохранять спокойствие, чтобы не спровоцировать новых инцидентов.
— Когда они улетают, сержант?
— Большинство — в 17:30, по некоторые, к несчастью, едут поездом, а потом на пароме. Надеюсь, здесь уже больше ничего не будет. Если повезет.
— Немцы вчера много народу арестовали.
— И что они с ними собираются делать?
— Депортировать, — ответил Джонстон, зная, что Мосс хотел услышать совсем другой ответ — что все предстанут перед судом здесь.
— У тебя списка арестованных случайно нет?
— Да, вот, держите. — Сержант взял список и бегло просмотрел его, покачивая головой.
— Все та же публика. Хорошо хоть никого из наших не повязали.
— Жалко только, что не вычислили того ублюдка, что прирезал парня.
— Так и неизвестно, кто это сделал? — спросил Джонстон.
— По слухам, кто-то из «Челси». Возможно, из моба, с которым работает Фрэнсис. Но здесь мы этого все равно не узнаем.
— Жалко.
— Да. Слушай, это не Джонс из паба выходит? — Джонстон окинул взглядом группу английских фанов, стоящих на тротуаре.
— Да, сержант, и он, похоже, здорово чем-то недоволен.
— Гм. Я бы не отказался узнать, чем именно. — Вдвоем они продолжали вглядываться в Ли, пытаясь определить, чем вызвано его бешенство.
А Ли оглядывался в поисках кого-то или чего-то, на чем можно было бы сорвать зло. Наконец взгляд его остановился на микроавтобусе. Ему показалось, что он уже где-то видел его раньше.
— Парни, никто не видел этот микроавтобус? — Несколько человек видело, но в разных местах и в разное время.
— Это же полисы!
— И я так думаю, Джон. — Ли вышел на дорогу и встал посреди нее, лицом к микроавтобусу. Поднял булыжник и швырнул.
Остальные
— Ли, пошли! Уходим, пока нас всех не повязали! — Майк потащил Ли назад, пытаясь успокоить.
— Да, ты прав. Вперед, парни, на хуй этот ебаный городишко! Они развернулись и двинулись в противоположную сторону. Каждый шаг теперь приближал их к дому. Но прежде чем они ушли, еще один камень вылетел из толпы, запрыгав по крыше микроавтобуса.
— Ублюдки!
ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
Шэрон разбудили мягкие вечерние лучи, пробивавшиеся сквозь щель в жалюзи. Кевин спал рядом. Она потихоньку выскользнула из постели; Кевин шевельнулся, по продолжал спать.
Шэрон накинула халат и вышла в гостиную. Села, пободрала с пола газету, принесенную Кевином. В глубине души она понимала, что вес это правда, но тем не менее никак не могла поверить. Хотя Ли с каждым разом заходил все дальше, так что убийство было логичным следующим шагом.
Она прошла на кухню, включила чайник. Присела подождать, пека он закипит, пытаясь привести мысли в порядок. Взгляд ее бесцельно блуждал по кухне, пока не остановился на дверце шкафа, на которой был пришпилен кусочек бумаги. Она встала с табурета, подошла ближе. На бумажке карандашом было нацарапано: «Инспектор Джим Уэлш, полицейское управление Фулхэм». Вот оно! Вот что нужно делать!
Чайник только начал закипать, но Шэрон решительно выдернула шнур из розетки.
— Инспектора Уэлша, будьте добры.
— А кто его спрашивает?
Скажите ему, что это по поводу Ли Джонса.
— Минутку.
Шэрон ждала секунд двадцать, не меньше, прежде чем услышала мужской голос.
— Инспектор Уэлш слушает.
— Здравствуйте, это Шэрон. Шэрон Гиллеспи.
— А, мисс Гиллеспи! Чему я обязан этим удовольствием? — закинув ноги на стол, он откинулся на спинку кресла, а губы растянулись в самодовольной ухмылке.
— Это по поводу Ли, — тихо сказала Шэрон.
— Я тоже так думаю.
— Вы знаете, что он ездил в Германию на футбол?
— Да? — она замолчала, почувствовав вдруг себя виноватой. — Да, и что? — спросил он нетерпеливо.
— Не подталкивайте меня! Это не так уж просто!
— Да-да-да, я все понимаю. Постарайтесь успокоиться и скажите мне то, что собирались.
— Вчера вечером был зарезан немецкий болельщик — так вот, это сделал Ли. — Уэлш резко выпрямился, скинул ноги со стола.
— Что вы сказали?
— Что слышали.
— Этого парня зарезал Джонс? Откуда вы знаете? Он сам вам рассказал?
— Нет, я его не видела. Он вернется только вечером, не раньше. Мне сказал Кевин.