Кэшлс
Шрифт:
— Ну ладно, раз ты уверен в этом, — сказала она. — Я скоро приеду. Пока!
Она послала несколько поцелуев в трубку.
— Пока, Шэз, увидимся. — Ли улыбнулся, представив, как снова раздвигает ножки Шэрон.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Кевин сидел на втором этаже автобуса и размышлял о телефонном разговоре с Ли, когда почувствовал, что кто-то сел рядом.
— Привет, Кев.
— А, привет, Шэрон. Куда едешь?
— Куда и ты.
— Черт, по телефону сегодня утром он мне ничего не сказал.
— Так это из-за тебя
— Лучше не спрашивай. Он все не может отойти после вчерашнего.
— О нет! — Лицо Шэрон исказила гримаса. — Это было ужасно! До сих пор не могу поверить, что он на это способен!
— Я пытался остановить его, но ты же знаешь, он не станет меня слушать.
— И ты тоже? Я пыталась ему объяснить прошлой ночью, но он меня не слушает. Кевин, я боюсь. Он всегда был ненормальным, но все-таки не настолько. Правда? Ты же его давно знаешь, скажи мне!
— Вообще-то он всегда был психом. Но обычно держал себя и руках. Иногда, по крайнем мере.
— Иногда? Что ты имеешь в виду?
— Когда мы учились к школе, мы были самой настоящей шпаной. Понимаешь, о чем я: отнимали деньги у младших, таскали девчонок за косы и все такое. Потом драки, курево и так далее. Ничего, в общем-то, особенно серьезного. — Воспоминания вызвали на его лице улыбку. — Он тебе никогда не рассказывал, как мы были модами?
Шэрон отрицательно покачала головой. Она отлично понимала, как мало знает о прошлом своего приятеля.
— Никакие скинхеды не могли справиться с нами! Даже на «Челси», на Шед, когда там были одни скины, мы свободно разгуливали в парках, и никто нам ничего не говорил. Здесь, в Стритоме, нас все знали. Мы были основными модами во всем южном Лондоне. — Кевин почувствовал, что его переполняет гордость. — Мы, в общем-то, всего лишь прикалывались, но нас тем не менее боялись и уважали.
— Да, есть веши, которые никогда не меняются, — сказала Шэрон. Кевин засмеялся.
— Как-то раз мы поехали в Брайтон на выходные, и там начался махач со скинхедами. По всему пляжу. Ли будто рехнулся. Хуй знает, сколько народу он завалил. Он не остановился, даже когда появились копперы. Мне к еще нескольким нашим пришлось его буквально оттаскивать. Потом, когда мы начали рассказывать ему, как все было, он почти ничего не мог вспомнить. Если бы его парка не была вся в крови, я думаю, он вообще бы нам не поверил.
— Думаешь, сейчас с ним происходит то же самое?
— Нет, вряд ли. Ли отлично все понимает. Если так пойдет и дальше, то все кончится тем, что его закроют.
— Иногда он меня просто пугает. Особенно этот его безумный взгляд. — Шэрон прикусила губу, чтобы остановить слезы.
Кевин почувствовал жалость. Он знал, что она хорошая девушка и заслуживает лучшего обращения.
— Но что мы можем сделать? Никто из остальных парней не считает, что происходит что-то особенное. А этот ублюдок Терри вообще говорит, что я перестал быть бойцом.
— Дело в том, что ты умный, Кевин. А остальные — просто безмозглые идиоты, которые не задумываясь прыгнут с десятого этажа, если Ли скажет им это сделать!
Они засмеялись, но оба знали, что она права. Кевин отвернулся и стал
— Ублюдки! — выругался он, когда машина поравнялась с автобусом.
— Ты чего? — спросила Шэрон, не поняв, о ком он.
— Да ничего, просто полисы. Как обычно, рыскают в поисках неприятностей.
Ли открыл дверь, услышав звонок.
— Заходите. Я вижу, вы уже встретились по пути.
— Привет, милый. — Шэрон поцеловала его в щеку. — Мы встретились в автобусе.
— Отлично, тогда не будем терять времени, — сказал Ли, едва они вошли. — Шэрон, любовь моя, будь хорошей девочкой, сделай нам кофе. Нам с Кевином надо кое-что обсудить. — Ли шутливо потрепал ее по попке.
Шэрон, пританцовывая, проследовала на кухню, а парни расселись в гостиной. Кевин окинул взглядом знакомую комнату и осознал, как много значит для Ли «Челси» и его хулиганы. На стенах повсюду висели фотографии команды разных лет, особенно победные. На столе кипой свалены программки, а книжная полка в углу вся была заставлена книгами о «Челси» и футбольном хулиганизме. На полке лежало несколько папок, заполненные газетными вырезками о футбольном насилии — не только с матчей «Челси», но со всего света.
— Ладно, Кев, в ближайшую субботу нас ждет «Миллуолл», и по слухам они привезут более 400 парней. Наверняка они попытаются замутить махач прямо на Западной трибуне, так что все наши должны быть на месте. На тебя рассчитывать?
— Конечно, блядь! — ответил Кевин, разозлившись, что Ли еще спрашивает его об этом. — Разве я когда-нибудь пропускал дерби?
— Нет, но некоторые парни сомневаются в тебе, и я в том числе.
— Ли, давай не будем об этом! Все со мной в порядке, просто мне кажется, что все зашло слишком далеко. И особенно ты. Взять хотя бы прошлый вечер — то, что ты сделал с этим челом из «Тоттенхэма», это слишком.
— Да пошел ты, Кев! Он заслуживал этого! И потом, хватит о прошлом — я надеюсь, что ты будешь в порядке в следующую субботу. Я не хочу, чтобы парни сомневались в тебе.
— Я уже сказал, что приду.
— Ну и отлично, тогда встречаемся в пол-двенадцатого на «Слоан-сквер». Потом зависнем наверху на немного. «Миллуолл» пойдут через Кингз Роуд, и когда мы их пропалим, прыгнем на них. Ни они, ни полисы этого ждать не будут.
— Должно быть неплохо, если получится, — Кевин постарался добавить в голос энтузиазма. Он был не против помахаться, но беспокоился о том, что еще придумает Ли. — Какие планы насчет матча сборной в Мюнхене?
— Все, что мне нужно знать, это могу ли я рассчитывать на тебя — ведь ты моя правая рука. Если ты едешь, все остальное не так важно.
«Об этом не беспокойся», — подумал Кевин. Немцев он ненавидел. Что бы ни придумал Ли, для немцев не будет слишком.
— Мы будем действовать вместе с париями из «Арсенала», «Миллуолла» и «Бирмингема», — продолжал Ли, так что попутчики нам не нужны. Понимаешь, о чем я, Кев? — Ли хотел убедиться, что его приятель будет с ним.
— Да, не беспокойся, Ли. Я еду с тобой.