Кхаа Тэ
Шрифт:
Демоница вздрогнула. Мрачный эльф, такой неуклюжий и шумный, временами умел подбираться так незаметно, что Таборе казалось - этот коротышка, нарочно, прикидывается простофилей и увальнем, дабы ввести окружающих в заблуждение.
– Не думал, что демоны, обладают навыками болотных ведьм. Уверена, что сможешь оседлать этого скакуна?
– Не мешай, Науро! Я должна сосредоточиться!
– огрызнулась девица, не отрываясь от дела.
Толстяк иронично хрюкнул и уселся рядом с напарницей, скрестив короткие толстые ножки.
– Хм... Это не колдовской веник... Ты создаешь жезл? Ээээ, неужели
– Заткнись, Науро! Дай мне закончить, и я все тебе объясню!- прорычала Табора, ощущая, как от ярости пальцы перестают слушаться ее.
– Может, тебе подсобить?
– не унимался эльф.
– Да, просто замолчи! Этим ты окажешь мне неоценимую услугу!
– Ладно, - обижено пробормотал коротышка, но не прекратил следить за действиями демонессы.
Тонкие пальцы Таборы, ловко обматывали деревянный шест травяным волокном. Через каждые два ряда девица накладывала на растительную обмотку зеленый осколок да аритовую стружку и, вновь, покрывала их пенькой. Когда она закончила с древком, прошло больше получаса. Эльф от скуки и нерушимой тишины Дубравы, даже задремал чуток. Он скинул с себя покрывало сна лишь тогда, когда демоница довольно произнесла:
– Прекрасно, теперь осталось дело за малым!
Науро прищурив глаза, молча наблюдал за безумной дамочкой, которая на досуге, решила увлечься рукоделием, вместо того, чтобы заняться поисками истинного артефакта. Хотя тот, был под самым носом лазутчиков, но надежно замаскирован неведомыми силами.
Трухлявый ствол, поваленного дерева, находящийся рядом с Таборой, был полым внутри. Демонеса забралась в него почти наполовину. Что-то невнятно бормоча, она через мгновение вынырнула из тьмы исполинского бревна, держа в руках сплетенную из ветвей корону, напоминающую языки пламени - рыжие и с острыми зазубринами. Каждый деревянный лепесток огня был обмотан желто-красным волокном, под которым, как уже догадался эльф, таились мистические осколки зеленого стекла и арит. Демоница стала старательно приделывать пугающее сплетение к шесту.
– Это больше похоже на скипетр демонолога, нежели на Жезл Пророчества, - с сомнением сказал Науро, скривившись.
– Надеюсь, моя дорогая, ты не намерена использовать Темную магию в Мендарве? Я, конечно, уверен, что этим святошам не выиграть сражение с твоими дальними родственниками, но боюсь, и мы живыми не вернемся из этого боя.
– Бестолочь, я не настолько в отчаянии, чтобы пытаться прибегнуть к магии Призыва. Мелкие бесы только все испортят. А сотворить Разлом Измерений мне не под силу. Не знаю, остался хоть кто-нибудь на Нирбиссе, владеющий такой мощью и навыками, которая способна прорубить проход между планами.
– Солнце мое, давай мы не будем приближать Конец времен. Все эти врата, иные создания, неизвестная магия - излишни! Я не подписывался погибнуть ради Разрушения мира! В нашу задачу входит - отыскать Жезл! И мы можем его уничтожить на месте. Либо привести к его Темнейшеству!
– Ты сказал привести?
– Табора с подозрением взглянула на коллегу по несчастью.
– Артефакт живое существо? Ты знаешь кто он?
Науро виновато оскалился. Он стремительно размышлял, как выпутаться из этой ситуации не подставив себя и не выдав ценную
– Ээээ. Таборачка, золотце мое, ты, небось, ослышалась, - протянул он.
– Я сказал принести, а не привести. Но, я не виню тебя. Нынешнее твое состояние может вызвать не только слуховые галлюцинации, но и довести до сердечного приступа. Я бы на твоем месте поберег здоровье.
Демонесса гневно прорычала, и изначально, она намеривалась стукнуть толстобрюхего хама, только что законченным посохом, но вовремя одумалась. Она не напрасно столько времени провела, создавая этот примитивный на вид, но весьма эффективный артефакт, чтобы в один миг сломать его об голову коротышки.
– Потерпи, Науро, скоро я с тобой поквитаюсь.
– Ага, я помню. Ты уже не раз это повторяла. Вместо угроз, лучше поведай, что ты там выстругала и наплела, мастерица моя незаменимая.
На губах демонессы промелькнула злорадная улыбка. Она с нежностью провела кончиками пальцев по шесту.
– Эта вещь поможет нам стать незаметными для храмовников, и точно узнать, что или кто является Жезлом Пророчества.
Уши эльфа задрожали от возбуждения. Маленькие глазки загорелись азартом. Он умирал от любопытства. Бесчестные игры с адептами пресловутого ордена будоражили его естество, предрекая веселье.
– И каким образом эта штука действует на бело-зеленые рясы?
– поинтересовался он.
Табора недовольно фыркнула.
– Почему тебя интересуют они, а не артефакт? Ты словно не желаешь отыскать его?
– Не мели чушь!
– отмахнулся эльф.
– Адепты Тарумона Милосердного, куда привлекательней, чем, какой-то выдуманный предмет Археса.
– Ты, что-то темнишь, Науро...
– задумчиво пробормотала демонесса, внимательно изучая беспечное выражение лица толстяка.
– Интуиция мне подсказывает, что все-таки, тебе ведомо больше моего о Жезле.
Эльф пренебрежительно изогнул мохнатые брови. И расхохотался.
– Ты такая забавная, звезда моя. И весьма проницательная. Когда станешь провидицей и научишься читать мысли, как маги Аскалиона, дай мне знать. Я постараюсь держаться подальше, а то не приведи Создатели, узришь мои похабные думы о тебе.
– Не нарывайся, Науро!
– сквозь зубы прошипела девица, сжимая рукоять посоха, но стараясь контролировать себя, дабы не пустить его в дело в порыве ярости.
– Успокойся, сегодня я не жажду тебя изводить. Расскажи, как эта палка действует на церковников, и как тебе удалось ее изобрести.
Табора умерила свой гневный пыл, и затуманенным взором оглядела слегка грубоватое, но все же произведение, магического искусства. Давно она не работала над чародейскими реликвиями. Последняя ее поделка, созданная еще до встречи с Морганом, висела сейчас на поясе - верные и несменные кинжалы.
– В отличие от тебя, я не теряла времени даром в Дубраве. Благодаря Таре, которая рассеяла магическую пыль повсюду, мне удалось подобраться к белым хитонам так близко, что я сумела утянуть несколько амулетов. Эти растяпы периодически их снимали в кладбищенском святилище. Толку то, от стекляшек никакого, когда кругом следы Бури стихий, перебивающие любую чародейскую активность в малых дозах.