Киборг
Шрифт:
Портрет киборга же был равнодушен и мрачен, как и всегда до побега.
– Ой, какие миленькие молодые люди, - прошамкал старик челюстями, поглаживая экран. Фотографии тут же перелистнулись на каких-то других людей.
– Ай, а чего это они ерзают, ась? – Йога с любопытством глянул на двоих снизу-вверх. Киборги равнодушно посмотрели на экран, вернули фото.
– Не трогайте, пожалуйста, экран. Повторяю…
– А какой вопрос то был? У меня знаете склероз развиваться начал, все забываю тут… - глаз старика вдруг как остекленел. Потом снова
– Здравствуйте, - миленько наивно улыбнулся.
– Чем могу помочь, молодые люди?
Киборги переглянулись.
Никому из них и в голову не пришло просканировать этого человека. Они кивнули головами, попрощались и ушли к машине.
Йога закрыл дверь, выпрямился и даже выгнулся назад, хрустнув спиной. Повесил халат на крючок, вбитый в стену рядом с дверью.
– Какие ж все-таки тупые эти умные машины, - ворчливо произнес. Шамкающая речь удивительным образом куда-то подевалась. Голос стал обратно уверенным.
Прошла декада. Девушка пришла в себя и Тольшер проверял ее рефлексы, болтая о всякой ерунде.
Женский голос сканирующей системы в лаборатории соблазнительно говорил:
– Целостность кожных покровов в норме, костный скелет в норме, давление и пульс в норме, гормональный уровень в норм… - Йога включил «без звука».
– Иногда она надоедает, - хихикнул, водя пальцем перед глазами девушки.
Девушка молчала, приходя в себя после долгого «сна».
Когда она только очнулась, совсем ничего не поняла. Она сначала подумала, что ее все-таки схватили киборги и теперь она сама киборг, ОСС скачала всю информацию из ее головы, а Альба уже убили, но оказалось все не так.
Тольшер успокоил ее, убедив, что она вовсе не в центре ОСС, а он не ее подчиненный, и она не киборг, ну, хотя это было частично не так…
– Альбушка рассказал мне, как вы познакомились, - болтал весело Тольшер. У него вообще редко, когда было плохое настроение. Вечный оптимист – про него.
В тайне от все он все же был рад компании. Одиночество – это, конечно, здорово, но и поболтать с кем-нибудь кроме себя тоже иногда хочется.
Вот сейчас он и говорил без умолку.
– Альбушка? – слабым голосом переспросила девушка.
– О! заговорила! Альбушка, ну, киборг, что притащил тебя сюда!
– Альб… - она лениво, заторможено елозила взглядом по лаборатории надеясь, что он сейчас попадется ей на глаза.
– А он где?
– А кто ж его знает! Убег, - выгнул губы Йога.
– В смысле? Он ушел? Куда? Почему? – расстроено забормотала Хиёри.
– Ой, у тебя точно сотрясение, гляди как медленно соображаешь… - поцокал языком.
– Нас, хотя, больше, конечно, тебя, я-то ему не так дорог… внимание от нас отводил, красаве’ц наш. Суматохи то вы навели, а разгребать кто будет? Там же искать вас с вертушек принялись! Ну он и ушел. Уж не знаю, как он и куда направился. Но сказал, что весточку кинет, как только обоснуется на новом месте. Вот так вот!
Хиёри
– Это чего такое? Чешется… – опешила она, поняв, что еще и волосы на левой стороне головы сбриты, да не ровно как-то.
– Чего, чего…не трогай, не прижились еще гаджеты. Я систему еще не настраивал.
– Какую систему? Вы чего сделали со мной? – она широко раскрыла глаза.
– Проапгрейдил тебя! Не психуй, небольшой гаджет. Будешь получать информацию из сети и все в таком духе, чтоб мозг не перегружать. Сотрясение себе заработала, а это не хухры-мухры!
– Я… я что, киборг? – сложила брови домиком.
– Ну, в какой-то части… хотя я бы не сказал…ну процентов на мням… - он прищурился…
– Двадцать!
Хиёри так и сидела с открытым ртом. А Йога достал откуда-то зеркало.
– На, любуйся, - всучил небольшой прямоугольник ей в руки.
Она глянула.
Узковатые губы были серыми, а на бледной коже с едва заметным румянцем синяки под глазами хорошо оттеняли карие глаза. Она глянула на голову и ужаснулась. Волосы в спешке были криво и косо острижены вокруг металлических жгутов.
– Да, парикмахер из меня никудышный, не отрицаю…но я и не на парикмахера в годы молодые учился!
– Брейте тогда уж до конца… - вздохнула она обреченно.
– Это мы завсегда могем! – в его руках тут же откуда-то появилась старая машинка и зажужжала.
Хиёри зажмурилась и наклонила голову. Посыпались клочки темных волос на коленки.
Когда машинка прекратила жужжать, что-то стукнуло – Йога вернул ее на место в стеллаж.
– На вот, просить передал, - Йога вложил маленькую бумажку, сложенную вчетверо в руку девушки и замер, - Ой, не так. Передать просил, ой, заговариваюсь. На пенсию пора, пора, пора! Старенький стал! – он, ворча, пошел наверх.
– Ты поднимайся, как оденешься, там ужин стынет.
– Хорошо, - протянула она, разворачивая бумажку.
В ней оказался знакомый чип. А на бумажке несколько строк.
«На память. Если больше не встретимся, ты найдешь меня здесь. Альб»
Хиёри шмыгнула носом и слезла со стола, на слабых ногах вышла из лаборатории и поднялась в дом.
Эпилог.
Прошло полтора года…
Йога возился в лаборатории, Хиёри возилась на кухне с готовкой обеда.
На улице был обычный пасмурный день, которых в годе было всегда большинство.
В дверь позвонили.
Хиёри кинула поварешку в раковину и вытерла руки о фартук, выходя в прихожую.
Отперла дверь, так как на мониторе, который был подключен к камере снаружи показался почтовый робот.
– Письмо, - коротко возвестил робот, не произнеся ни адресов, ни имен, хотя должен был назвать и отправителя и того, кому отправляют.
– Спасибо, - задумчиво посмотрела на уезжающего робота и на купюру в руках, которую робот должен был взять, но не сделал этого.