Киллер
Шрифт:
– Весьма заманчивое предложение.
– Важнее всего, что, если вы будете действовать точно по инструкции и не станете выделываться, я могу гарантировать, что и на моей стороне Атлантики вас никто не побеспокоит.
– А если я откажусь?
– Не думаю, что вы захотите отказаться.
Виктор выдержал его взгляд, отлично понимая, что произойдет, если он откажется. Широкоплечий работник в коридоре, усердно изображающий занятость, достанет из своего слишком чистого ящика для инструментов отнюдь не отвертку.
– Хорошо, – сказал Виктор. – Я согласен.
– Я
– Но у меня есть одно условие, – добавил Виктор.
– Какое именно?
– Мне нужен человек, который затеял все это. И это не обсуждается.
Выражение лица чиновника почти не изменилось.
– Я ожидал чего-то подобного. Вы можете получить его.
Он достал из своей папки конверт и положил его на кровать.
– Я свяжусь с вами недели через две, когда вы достаточно отдохнете, чтобы мы могли обсудить, как действовать.
Когда чиновник был уже у двери, Виктор подал голос:
– Есть еще кое-что.
– Я ждал, когда же вы спросите.
Чиновник остановился и обернулся.
– Вы хотите узнать, что произошло на том корабле, верно? Из-за чего это все было затеяно.
– Это меня не интересует. И никогда не интересовало.
Широкий лоб чиновника сморщился, и он сложил руки на груди.
– Тогда что же это?
– Была некая женщина, – сказал Виктор, стоя у окна. – Ребекка.
– Ребекка Саммер, – сказал чиновник. Его лицо выражало явную озадаченность. – Она была убита на Кипре.
– Совершенно верно, – медленно сказал Виктор.
– Так что вы хотите знать о ней?
Яркое солнце согревало лицо Виктора.
– Все.
16:55 ЕАТ
Чиновник закрыл за собой дверь и пошел по многолюдному коридору. На работника, вертевшегося возле палаты Тессеракта, он не смотрел. Простого кивка было бы достаточно, чтобы этот человек вошел и убил израненного киллера. Но Роланд Проктер не хотел убивать своего нового наемника без нужды.
Установить местонахождение Тессеракта было нетрудно. Выслушав рассказ Сайкса, Проктер использовал для поисков киллера своих местных агентов. Они нашли его быстро. Не так много белых мужчин было госпитализировано в городе за последние дни.
Проктер думал о Фергусоне. Все случилось из-за того, что старый негодяй был недостаточно, по его мнению, поощрен за свою работу двадцать лет назад. Предательству за несколько миллионов нет оправдания. Это был печальный конец блистательной некогда карьеры. Проктера же интересовали не деньги. Он хотел власти. Власть позволяет получить все, что могут дать деньги, и даже то, чего они не могут дать.
Из больницы он вышел в превосходном настроении. В ближайшие дни он состряпает против Фергусона такое убедительное обвинение, что даже в Конгрессе это дело не сумеют замять. Допустив некоторую утечку информации в прессу, он добьется того, что его портреты будут во всех утренних газетах. Звание спасителя ЦРУ будет очень эффектным.
Он рассчитывал на повышение
Убийство Фергусона почти не потревожит совесть Проктера. Фергусон был предателем и убийцей и заслужил смерти за свои преступления. Проктеру приходилось давать приказы убивать куда более уважаемых людей, и это не мешало ему спать сном невинного младенца. Кроме того, убийство Фергусона принесет и дополнительный выигрыш: привлечет на его сторону Тессеракта. Теперь у Проктера будет собственный прирученный киллер.
Он улыбнулся. Все должно само собой выйти очень красиво. Однако он напомнил себе, что не следует слишком любоваться собой. Он знал свое дело, это несомненно, но и не хотел уподобляться людям, не способным понять, что они не всемогущи, и поэтому не использующим до конца тот потенциал, которым располагают. Проктер не намеревался повторять ошибок Фергусона.
Он знал, что слишком профессионален для этого.
На улице к нему присоединился сухопарый мужчина в белом костюме. Под танзанийским солнцем он чувствовал себя весьма некомфортно. На его бледном лице блестел пот.
Проктер пошел рядом с ним.
– Как дела?
– Ничего восстановить невозможно, – ответил мужчина. – Корабль разрушен, ракеты на нем тоже совершенно разрушены или проржавели, либо и то и другое вместе. Те, что были в грузовике, уничтожены огнем полностью. Если что-то и сохранилось, то было растащено.
– А что в отношении Тессеракта?
– Наши люди нашли его слишком поздно, чтобы отпечатки пальцев можно было снять незаметно. Но у нас есть образец его крови, полученный, когда он только пришел в больницу, и, что еще важнее, его фотоснимки. Есть и еще кое-что, что позволит следить за ним, когда он придет в себя. Все это есть здесь, – сказал мужчина, передавая Проктеру тощую папку.
Проктер бегло пролистал ее.
– Отличная работа, мистер Кларк.
Лицо Кларка почти ничего не выразило.
– Вы же не надеетесь, что он будет выполнять условия соглашения, верно?
– У него нет выбора.
Кларк выглядел нисколько не убежденным. Но Проктер продолжил:
– Когда вы приводите в дом опасную собаку, не следует дожидаться, пока она вырвет кусок из вашего зада: тогда будет поздно устанавливать, кто в доме хозяин.
Он взглянул на Кларка:
– Мы заставим это животное с самого начала понять свое место. Если оно не поймет, от него всегда можно будет избавиться.
– Если вы помните, в последнее время это не раз пытались сделать, но не слишком успешно.