Киллер

Гриньков Владимир Васильевич

Сообщение об убийстве Алтухова появилось через неделю в «Коммерсанте». Из небольшой заметки на пятьдесят строк читатели могли узнать, что в своем кабинете неизвестными лицами застрелен директор крупного коммерческого предприятия, и что, по мнению коллег покойного, совершили убийство конкуренты. Милиция, не отвергая этой версии, высказывала предположение, что преступление совершено человеком опытным.

– Спасибо на добром слове, – буркнул Стас, откладывая газету в сторону.

Всю неделю он пролежал

в своей квартире на диване, выходя из дома лишь изредка. Чувствовал он себя неважно – простыл-таки в тот день, когда возвращался в Саратов. Простуда уже почти прошла, но Стас предпочитал лишний раз не покидать квартиру.

Пару раз он пытался дозвониться до Лены, но ее московский телефон не отвечал, и Стас вынужден был довольствоваться созерцанием Лены на экране телевизора. План уже созрел в его голове: как только выпадет снег, он заберет Лену и отправится с нею в пансионат. На две недели, а еще лучше – на три! Он отдохнет за весь этот год, ему сейчас очень нужен отдых, он чувствовал это. Потом, когда Лена вернется в Москву и он снова останется один, он съездит на Урал, к друзьям, которых не видел тысячу лет. Если получится, он пробудет там до весны. Это и будет его отпуск.

Стас потянулся к телефону, намереваясь опять позвонить Лене, но телефон сам зазвонил в этот момент, и Стас, вздохнув, снял трубку.

– Алло! – сказал мужской голос. – Это ты?

– Я, – буркнул Стас.

– Узнал?

– Конечно.

– Ты нужен.

– Я отдыхаю. – Стас бросил взгляд на газету с заметкой об убийстве.

– Я знаю. Но тем не менее…

Говоривший замолк, и Стас понял, что от него ждут ответа. Положительного ответа.

– Хорошо, – сказал он. – До встречи.

На другом конце провода молча положили трубку.

Самолет вылетал в Адлер в семь утра. Накануне вечером Стас дозвонился до Лены.

– Привет! – сказал он. – Тебя дома не застанешь.

Лена рассмеялась, и в ее смехе Стасу почудилось смущение.

– Как дела? – спросил он.

– Нормально. Телевизор же смотришь, наверное.

– Только выпуски новостей, – признался Стас.

– Ну и как я тебе?

– Ничего. Только зачем ты злишься каждый раз, когда режиссер не успевает запустить очередную картинку к твоему тексту?

– А что, заметно? – рассмеялась Лена.

– Еще как. В такие минуты ты косишь взглядом куда-то в сторону и готова лопнуть от злости.

– Вот и неправда! – буркнула Лена. – Я не готова лопнуть, и к тому же я не в сторону смотрю, а за стекло, в аппаратную. У них там накладки, а я должна сидеть в кадре, как…

– Как кто?

– Не знаю, – буркнула Лена. – Ты-то сам как?

– Нормально. В отпуск хочу.

– Зимой? – удивилась она.

– Зимой, – подтвердил Стас. – И тебя хочу с собой забрать. Я присмотрел отличный пансионат, где можно покататься на лыжах.

– Стас, я не смогу, наверное.

– Почему?

– Не смогу.

– Две

недельки, Лен.

– Стас, потом поговорим, ладно?

– Хорошо, я тебе перезвоню дней через десять.

3

Солнца в Адлере не было, но погода стояла неплохая.

– Повезло вам, – сказал таксист, который вез Стаса в Сочи. – Утром был туман, мог вас аэропорт и не принять – прилети вы раньше.

Стас посмотрел на него задумчиво, но ничего не сказал. Он молчал всю дорогу, рассеянно поглядывая по сторонам, и только у гостиницы, прежде чем вылезти из машины, спросил:

– А как вообще погода в последние дни?

– А так: то солнце, то туман, – рассмеялся таксист.

Стас хлопнул дверцей и пошел в гостиницу. Швейцар в дверях заступил дорогу, но Стас буркнул:

– Мне в бар, старик. У меня там встреча.

– Через ресторан, – сказал швейцар. – В бар, пожалуйста, через ресторан.

– С одиннадцати ресторан, ты же знаешь. – Стас отодвинул швейцара в сторону и прошел в холл.

Стоящий у стойки администратора милиционер скучающе смотрел в окно. Стас миновал холл и вошел в бар. Народу было немного. Стас заказал коктейль и сел за столик у стены. В помещении стоял полумрак, только стойка бара выделялась ярким пятном.

Стас осмотрелся. Дяди Гриши не было. Люди входили и выходили, но Стас сидел, не оборачиваясь к дверям, и потягивал свой коктейль. Он опять вспомнил Лену. Не хочет ехать с ним в пансионат. Много работы? Покажите такую работу, с которой нельзя сбежать на пятнадцать дней. Что, телевидение прекратит передачи?

– Здравствуй! – услышал он и вскинул голову.

Перед ним стоял высокий лысеющий мужчина в спортивной куртке.

– Здравствуй, дядя Гриша!

Они пожали друг другу руки.

– Как долетел?

– Нормально.

Дядя Гриша сел напротив, поставил на стол рюмку с коньяком.

– Дома все нормально?

Стас кивнул. Он сидел, расслабленно откинувшись на спинку кресла, и наблюдал за девчонкой-барменшей. Та готовила коктейль, пролила на стойку немного коньяка и теперь терла стойку тряпкой, словно там была целая лужа. Дядя Гриша мелкими глотками пил коньяк, думая о чем-то своем.

В бар зашел милиционер, которого Стас видел, входя в гостиницу. Постоял в дверях, потом развернулся и вышел. Дядя Гриша усмехнулся каким-то своим мыслям и перевел взгляд на Стаса:

– Слушай, а как оно – когда в газете про тебя пишут?

– Что, читал? – поинтересовался Стас.

– Читал, – усмехнулся дядя Гриша.

– Гордись, – буркнул Стас.

Дядя Гриша допил коньяк, поднялся:

– Прогуляемся? На море посмотрим.

Они вышли из гостиницы и направились к морю.

– Я не стал бы тебя дергать, Стас, – сказал дядя Гриша. – Но дело, похоже, неотложное. Я сам ничего не знаю, будешь лично разговаривать с человеком. Он тебя здесь третий день дожидается.