Кинетик
Шрифт:
— Ну вот, не с пустыми руками приедем, — сказал Добран.
— Не пропало бы, а то тепло уже.
— Авось успеем, — проговорил Туман.
— А может, запечём и после поедем? — предложил Сергей.
— В принципе, можно. Сроков нам никто не ставил, а мясо действительно жалко.
— А может, продадим обозным? — предложил Добран.
— А сколько будет стоить? — спросил Серый.
— Пять-шесть медяков точно, — оценил Туман.
— Шесть монет нормально. По две на брата, как раз дорожные отобьём.
Дружинники повеселели
Косулю и правда удалось продать, но в город до темноты они не успели, поскольку на дорогу вышел медведь, и с его разделкой пришлось провозится изрядно.
Вот только такая охота произвела впечатление и на дружинников, и если раньше они свысока беседовали с ремесленником, то после медведя покровительственный тон сменился молчанием.
Шкуру косолапого Сергей привязал рулоном к седлу, и три четверти туши они продали большому обозу. Ночевать пришлось в лесу, с аппетитом поедая жаренное на костре мясо и отбиваясь от назойливых комаров. В Елец они въехали за пару часов до обеда.
Город впечатлял защитной стеной, которая возвышалась на фоне красивых гор. Природного камня тут было в достатке, и не только дома столицы были из камня, но и улицы были отсыпаны мелким щебнем, который на телегах в больших плетёных корзинах ввозили в городские ворота.
— Дороги тут все отсыпаны? — поинтересовался Сергей.
— Каждый хозяин обязан каждую весну приводить свой участок дороги в порядок. Воля князя.
Сергей одобрительно кивнул, поскольку дорога и вправду была лучше разбитого тракта, а какой город, если грязь на дорогах?
Пристроившись вслед за дружинниками, Серый разглядывал город. На многих домах висели деревянные вывески, подсказывающие прохожим, где можно купить свежую булку, хотя это и по запаху было понятно, где обитал портной, а где можно было подравнять бороду и волосы на голове. А ещё Сергею было интересно узнать, для чего он понадобился волхву, которого все звали Мудрейшим.
У волхва был большой деревянный терем, окружённый невысоким, с рост человека, каменным забором.
Прибывших сразу окружили дворовые люди, которые приняли коней, показали, где располагаться и ещё взялись привести в порядок медвежью шкуру, всего за пять медных монет.
Сполоснувшись в подтопленной бане, Сергей переоделся в сменную одежду, и его проводили к ожидавшему его старцу.
Слегка поскрипывали ступени на лестнице, и Сергей поднялся на второй этаж вслед за дворовым пареньком. Узкий коридор, и вот палаты хозяина, который изучающе поглядывает на него светло-серыми глазами из-под седых бровей.
— Присаживайся.
Серый сел на лавку и молча смотрел на старца.
— Рассказывай, — сказал волхв.
— Я должен угадать что? — спросил он.
— Меня интересуют те знания, с которыми ты пришёл.
— Я не самый умелый мастер, почему вы позвали именно меня?
— Я предполагаю, что в твоё тело вселилась душа
— Всего-то?
— Ага, — сказал дед.
— И что вы предлагаете, чтоб я вот всё рассказал и на моих идеях кто-то другой озолотился?
— Мне говорили, что ты не жадный.
— Правильно говорили, только человек не птица и ему в жизни куда как больше нужно. Да и знаю я не так чтоб очень много. Подсказки образами приходят, а воплотить их ещё суметь надо.
— Скажем так… Ты можешь сказать о чём уже имеешь представления, не вдаваясь в детали.
— Видел образ инструмента, которым можно дерево на ровные части распиливать, представление о получении стекла видел, как воинов от ранений защитить тоже знаю. Инструмент для обработки земли и копания ям. Пока больше ничего не вспомню. Оно как-то само всплывает, когда что-то делаю. Может ещё что всплывёт.
— А о кинетике сказать ничего не хочешь?
— Кинетике? Телекинезе что-ли?
— Пусть так. Дар имеешь, а вот насколько он силён? — спросил волхв.
— Не знаю. Камни и шилья метать могу, на охоте здорово помогает. На поле битвы под Юзентором мне это умение помогло из-под груды трупов подняться. Больше о этих возможностях мне неведомо.
— Значит, так. Поедешь в ворота, в которые въезжал и дальше начнешь огибать стену города в сторону юга. Шагов через четыре тысячи увидишь просеку в лес, уходящую на юг. По просеке той ещё тысячи четыре шагов проедешь и увидишь хутор. Там поселишься и работать будешь. Платить тебе будут как и в Смолене. Только там с тобой ещё заниматься будут, чтоб дар развить. Можешь там себе дом сладить. Если новинки какие сделаешь, и в деле они ладными окажутся, то деньгами не обидим, ну а ежели враг на нас войной пойдёт, то будь готов землю нашу отстаивать. Она ведь теперь и твоя тоже.
— Топор у меня сейчас есть на продажу один с хорошей стали.
— Добро. На хуторе Весеня найдёшь, обсудишь продажу с ним. Им сейчас инструмент нужен, и ещё… Оглядишься и если что, не стесняйся обращаться за помощью. Для дела если надо, то поможем, чем сможем, а сдашь экзамен по кинетике, то и боярином будешь.
— Это мне что, дружину набирать надо будет?
— Не обязательно, но человеком ты будешь вольным, а не подневольным, и только князь со мной тебе указом будет.
— Я думаю, что по ходу событий разберусь.
— Правильно думаешь. Мы с тобой не последний раз видимся, а посему любые вопросы решить успеем. Всё, можешь идти и дней через десять не забудь за шкурой медвежьей зайти, к тому сроку её выделать успеют.
— Спасибо, Мудрейший.
Дважды повторять предложение проваливать он дожидаться не стал, а сразу поднялся и с поклоном вышел. Настроение было хорошим, поскольку перспективы в жизни начали прорисовываться, и эти перспективы далеко не рабского труда. Вот только сдать бы ещё экзамен.