Кингчесс
Шрифт:
— Сегодня мы прощаемся с вождем. С тем, кто отдал своему народу всего себя, отказавшись от имени, прошлой жизни, семьи. Пятьдесят четыре цикла он мудро и благоразумно правил нашим народом с честью и достоинством. Он был мужественным воином и отличным лидером. Теперь его место займу я. Если у кого-то есть что сказать по поводу моей доблести и отваги, их отсутствия или какого-то другого недостатка, пусть тогда смертельный круг разрешит наш конфликт.
Окинув грозным взглядом всю площадь, и не увидев желающих оспорить его право, он продолжил.
— Я Рывшаг, старший сын предыдущего вождя,
Сказав это, он протянул свою руку в мою сторону ладонью вверх. Меня, конечно же, об этом не предупреждали, поэтому первую секунду я находился в легком ступоре от тысячи пар глаз пытавшихся меня как будто загипнотизировать. Из этого состояния легким толчком в спину меня вывела Гхора. Взяв себя в руки, я кивнул ей в знак благодарности и направился к центру площади. Тем временем тот фареон, который обливал пирамиду костра легковоспламеняющейся жидкостью, взял со стола еще одну чарку с ритуальным напитком и вместе с ножом передал ее Рывшагу.
— Этот разумный более достоин такой чести, именно ему в тяжелом бою, находясь на грани жизни и смерти, я передал свою волю. Он уже множество раз доказывал свою отвагу и честь. Его избрала своим спутником моя сестра. Теперь же осталось последнее испытание. Примет ли тебя наша богиня узнаем сейчас.
Резанув себя ножом по ладони, Рывшаг выдавил несколько капель своей крови в сосуд и передал его мне. Я молча повторил его действие, и мы напополам выпили получившийся напиток, становясь кровными братьями или что-то вроде того.
— Если наша богиня против моего решения, то пусть накажет нас обоих смертью. Если кто-то из присутствующих желает оспорить право Шейда в смертельном кругу, прошу их выйти на середину.
После его слов ничего не произошло. Небеса не разверзлись, а толпа кровожадных фареонов не попыталась взять меня на вилы. Прождав в полной тишине с минуту, Рывшаг указал мне на место.
— Я все сказал как фареон. Я все сделал как брат и сын. Я все получил как воин. Здесь и сейчас моя жизнь заканчивается. Время нового вождя наступает! Да начнется ритуал Бодхи!
Буквально прокричав последнюю фразу он оббежал основание пирамиды по периметру поджигая его с разных сторон, и как только огромное пламя костра устремилось в небо, тишину ночи нарушил стройных хор женских голосов. До этого я был так заворожен мистикой и красотой момента, что даже и не замечал, что все события до этого происходили в полной тишине, нарушаемой лишь речью будущего вождя. Голые, разукрашенные девушки, будто в трансе стали все громче напевать какую-то заунывную медленную мелодию. Расставив широко руки и приподнявшись на коленях, они раскачивались из стороны в сторону с закрытыми глазами, будто в трансе. Чуть позже к их пению присоединилось несколько барабанов, которые стали задавать
Этот психологический угар понемногу стал отпускать меня только под утро, когда я каким-то неведомым мне образом оказался у себя в гостевой комнате дома вождя. Целуя разные чувствительные места, меня раздевала полностью обнаженная Гхора. Ее красивое упругое тело с сероватой кожей, прижималось своими объемными выпуклостями ко мне. Желание было настолько велико, что потребовалось немало усилий, чтобы собраться с мыслями.
— Постой, а брат не будет против, тут же еще в соседних комнатах и вся твоя родня должна находиться?
— Вождь из тех невинных дев выбрал уже себе жену, и теперь неделю будет отсутствовать с ней, пытаясь зачать ребенка. А остальным сейчас явно не до нас, они все заняты тем же самым.
Когда она говорила все это, ее горячее дыхание касалось моей щеки, а томный голос проникая через ухо заполнял все мое сознание. Больше сопротивляться этому я не мог и полностью отдался желанию, беря инициативу на себя. Не знаю, что за наркотик был подмешан в этот ритуальный напиток, но он был очень хорошим афродизиаком, потому что ночь страсти плавно перетекла в утро, а потом и в день. Лишь тогда закончив очередной акт, мы без сил упали на кровать из шкур и обнявшись заснули. Под вечер, проснувшись мы снова занимались любовью, потом опять засыпали. Марафон нашей страсти закончился лишь на следующее утро.
— У вас все ритуалы заканчиваются такими оргиями? Хороший напиток кстати. Надо бы узнать рецепт. — Сказал я, поглаживая лежащую у меня на плече девушку по голове.
— Тебе не скажут. Секрет его приготовления известен только нескольким старейшинам во всем анклаве. Нечто подобное устраивается раз в год на празднике в честь Дарьяны. Тебе обязательно нужно на нем побывать. — Ухмыльнувшись, произнесла Гхора.
— Кстати из-за того что мы переспали у тебя проблем теперь не будет?
— А почему они должны появиться? Все и так думают что ты мой спутник. Тем более что тебя приняла богиня. Конечно, многие все равно против и за спиной будут шептаться, но меня это никогда не волновало.
Она потерлась носом о мою грудь, чихнула и ухмыльнувшись вдруг добавила.
— Проблемы скорее будут у тебя, если одна крестская особа узнает о том, чем мы тут занимались.
— Эм, мы же ей ничего не скажем? — Меня немного пугала такая перспектива.
— Ага, забрал невинность юной и наивной девы, а теперь в кусты? Вообще-то это был мой первый раз, ну или первые десять раз. Так что бери на себя ответственность за совращение.
— Если задуматься, то это был и мой первый раз. Обычный первый раз.