Кит
Шрифт:
– Эй, ты тут?
– несколько хлопков вернули меня из мыслей.
– Чего застыла, где мое мороженное?
– в лицо бы тебе его кинуть.
– У вас на щеке помада, - я указала на свое лицо.
– прошу.
– холодный десерт поставлен перед ним.
– Все?
– он протер, но это не помогло.
– Выручай, зануда!
Я взяла влажную салфетку и нагнулась ближе. Апельсин? Да, точно, аромат апельсина. А как же аллергия? Кажется, Матвей заврался.
– Готово.
– Супер!
– парень потянулся к Киту.
– Чего хмурая такая?
– Намокла.
– на углу стола уже
– У вас сегодня встреча в пять, я все подготовила, найдете на почте.
– беру папки и иду к своему рабочему месту, на диван.
– Э, нет! Погоди! У меня свидание! Перенеси!
– от этих слов меня передернуло.
– Или это проблема?
– я остановилась, не спеша поворачиваться.
– Нет, никаких проблем, я все устрою. Заказать для вас номер, ресторан?
– натягиваю улыбку, а сама с трудом сдерживаюсь, чтобы не заплакать непонятно от чего. Меня просто душит непонятная обида. Я должна сохранять спокойствие, нужно срочно разобраться в своей личной жизни, чтобы не вестись на улыбку и теплое слово каждого встречного.
– Ты делаешь огромные успехи!
– щелчок пальцами.
– Просто в точку! Очень выручишь!
– Хорошо.
– я отвернулась, но в голове возникла мысль, заставившая меня снова посмотреть на Матвея.
– Простите, мне кажется я забыла у вас… - судорожно отображаю, что именно сказать.
– … сережку.
– как же банально, ну и ладно.
– Не находили?
– У меня? В смысле?
– его вопросы вогнали меня в ступор, это уже слишком. Я не понимаю его!
– А-а-а, понял. Ты была у меня дома…- он словно спрашивает, а не утверждает.
– … и забыла свою сережку. Ага, и я ее не находил.
– какая глупая улыбка.
– Ладно, видимо в другом месте спала, извините, спасибо.
И что это сейчас было?
Глава 20. М
– Знаешь, к твоему бурчанию невозможно привыкнуть!
– я слегка развернулся, услышав знакомый голос.
– Что я на этот раз натворил, зануда?!
– Ноги со стола убери.
– ненавижу, когда он так делает, моя взбалмошная копия уселась на диван закидывая ноги на журнальный столик.
– Макс, вот скажи мне, ты вообще придурок?
– откладываю паяльник в сторону и полностью разворачиваюсь к нему.
– А я при чем? Ты не предупреждаешь, а я виноват? Ага, щас, нифига я не при делах!
– демонстративно отворачивает лицо, детский сад, вот к чему невозможно привыкнуть.
– М-м! Не предупреждаю.
– складываю руки на груди.
– 28 пропущенных и 7 сообщений, которые ты не прочитал. Как отдохнул, братец? Голова не болит?
– А-а-а, это невозможно, прекращай так смотреть на меня! Ты старше на 20 минут, это не дает тебе права командовать! Ну, загулял, с кем не бывает! Хотя… да, точно, с тобой не бывает, ведь ты за-ну-да!
– Макс показал мне язык.
– Ладно, признаю, затупил, но она же ничего не поняла. Я буду внимательнее, обещаю!
– его рука ложится на грудь.
– Молись, чтобы это было так. Принес?
– в меня летит мягкая игрушка.
– А что не так? Зачем она тебе?
– Качество изображения стало хуже, хочу подправить.
– кладу Кита на стол.
– Макс, нужно обсудить несколько моментов.
–
– Только давай без нравоучений. Я тебе сразу говорил, что нужно самому лицом светить, а не меня кидать на сцену, ты знаешь, что все эти технические штучки не мое. Кстати, я тут новый проект придумал, пушка просто, заценишь? Мне нужна помощь в расчете затрат, ты же у нас все же технарь.
– его лицо светится от счастья, значит идея и правда хороша.
Мы с братом две копии, но только снаружи, внутренняя начинка же разнится до безобразия. Макс ненавидит рамки, он обожает спонтанность и эксперименты, безумные и порой нереальные, в нем прекрасно сочетается детская непосредственность и тяга к прекрасному, но главный его плюс это раскрепощённость и любовь к общению, он не может вдали от социума. С детства лучшими друзьями Макса по мимо меня были краски, блокнот и безграничная фантазия.
– И я хочу знать, что там между тобой и этой занудной помощницей, вы кстати капец как похожи, и это меня пугает! Она реально была здесь? С чего бы?!
– Вот о ней я и хочу поговорить. Я запрещаю издеваться над Алисой и прекрати ее так называть.
– я умею менять голос в зависимости от собеседника и сейчас говорю с братом, как со своим подчиненным, улыбка тут же исчезает с его лица.
– Макс, она наша помощница, и она старается, у тебя два секретаря, гоняй их. Ясно?
– Ясно… - парень прищурился.
– … погоди! Матвей, ты втюрился к нее?
– комнату заполнил смех.
– Серьезно? Мой замкнутый братец, любитель посидеть взаперти втюрился в такую же занудную малышку? Да ладно, хватит так смотреть на меня, серьезно, до мурашек!
– он протянул мне руку, чтобы доказать свои слова.
– А вот это тебя не касается. И еще, не смей устраивать из компании клуб, чтобы больше не было повторений сегодняшнешней ситуации. Я уже подписал приказ об увольнении твоей бухгалтерши.
– Не зря тебя все боятся, ты страшен в гневе, ух! Ладно, расслабься, я все понял, исправлюсь.
– брат слегка подался вперед.
– Слушай, так вот почему ты попросил меня местами поменяться, чтобы со своей милашкой побольше пообщаться, а до меня и не дошло сразу!
– все, его заело.
– Ха, черт, Матвей, ты хренов конспиратор! От самого родного человека скрывать такое, ай-я-яй, и как я теперь должен доверять тебе?
– Переигрываешь. Я похож на влюбленного человека?
– брат умеет держать рот закрытым, но когда его эмоции начинают зашкаливать, то рот открывается сам по себе.
– Ты похож на ворчливого старичка. Ладно, если не влюблен, то что за благотворительность? Я ведь читал ее резюме, она нам совершенно не подходит, даже вышки нет!
– А у тебя есть?
– меня начинают раздражать его вопросы, я не люблю рассказывать о своих планах, пока эти планы не на финишной прямой.
– У тебя есть, а значит у нас. Ты забыл, у нас с тобой коммунизм! Все твое мое, а все мое твое, хотя у меня и нет ничего!
– этот факт его вечно веселит.
– Эх, тяжёлая у меня жизнь, тяжелая. Даже не отдохнуть нормально, с той не мути, с той разойдись, ты точно мамочка в штанах.
– снов его язык наружу.