Китан. Иной мир
Шрифт:
А смотреть действительно было на что. Мы стояли посреди дороги. Но, как самой дороги, так и окружающих нас домов, было совершенно не видно. Все вокруг поглотил снегопад. Буран был настолько сильным, что стекла в окнах автобуса прогибались под напором ветра и снега. А самое ужасное, что с каждой секундой порывы ветра лишь усиливались, доходя до совсем уж запредельных для наших мест показаний.
– Петрович, ты видел когда-нибудь такое? – Ошалело глядя в окно, спросил я.
Закончивший скручивать руки отморозку сосед, повернул голову, взглянув в окно. В этот самый момент снежная буря вокруг нас стала превращаться в самый натуральный снежный
– Коля, хватай мои вещи и забейся под сидение. – Заорал Петрович, схватив девушку и прижав ее к поручню.
Я же подхватил рюкзак, закинув на плечи его и свою тяжелую сумку, и постарался забиться как можно глубже под пассажирское сидение.
Автобус подняло еще на десяток метров, после чего он накренился вперед, заставив пассажиров испытать не самый приятный полет в своей жизни, закончившийся соприкосновением с кабиной водителя. Если же судить по треску костей, и адскому крику, не для всех этот полет прошел безболезненно.
В следующую секунду салон как следует тряхнуло и наше летательное средство с ощутимой скоростью устремилось вверх. Силой притяжения меня будто приклеило к полу, давление было такой силы, что из носа пошли струйки крови. Мир вокруг засиял всеми цветами радуги переливавшимися, будто разноцветные шарики в руках детей на праздновании дня города. А затем последовал чудовищный треск рвущегося метала и наконец наступило долгожданное забвение.
Глава 2. Некрополь.
Возвращение к реальности проходило тяжело. Все тело от пальцев ног до макушки будто пронизывали сотнями тысяч крошечных иголок, беспрерывно впивающихся в мягкую плоть тела. На плечи будто положили два тяжеленных мешка, безжалостно тянущих бренное тело вниз к земле. Казалось, что я уже переступил ту тонкую грань, которая отделяет любого человека от смерти.
Мыслю, значит существую» – пришла в голову спасительная мысль. Собравшись я постарался открыть глаза – получилось правда только с третей попытки, но все же удалось, уже хорошо. В глаза ударил тусклый матово зеленый свет, заставивший меня вновь зажмуриться, проклиная дикую головную боль резко стрельнувшую в моем многострадальном разуме.
– Коль… Николай.
Куда громче раздался голос. Сделав небольшое усилие, заставив расплывающиеся мысли собраться, я узнал голос Петровича.
– Мы уже того?… На том свете?
Мои пересохшие губы едва шевелились, голос прозвучал хрипло и тихо, но сосед по подъезду все же смог меня расслышать.
– Вроде того. По крайней мере, это явно не наша планета. – Необычайно серьезно произнес Петрович.
Убежденность в своих словах, прозвучавшая в его голосе, заставила меня, собравшись с силами, разлепить будто набитые песком глаза.
– Вот же… – Только и вырвалось у меня.
– … Мать твою. – Закончил за меня сосед. – Не самое приятное пробуждение, не так ли?
Это еще мягко сказано. Мы висели в нескольких метрах над полом в огромном зале, размеры которого превосходили любые даже самые смелые представления избалованных современным кинематографом людей. Впрочем, людей здесь было достаточно. Куда не кинь взгляд – везде над полом зала висели люди, группами или поодиночке, они все висели на разной высоте. Сотни, нет даже тысячи людей стонущие, молящие о пощаде или призывающие бога о помощи.
Люди могли шевелить руками и ногами, но с места сдвинуться
– Можешь не стараться. Пока ты валялся без сознания, многие уже пытались пробить преграду вокруг себя. – Сокрушенно качнул головой Петрович.
– Ага, а один даже из пистолета решил ее расстрелять. – Неожиданно вмешался темнокожий мужчина, висящий в паре метров от нас. – Правда эта воздушная стенка, которая удерживает нас, без проблем пропускает пули.
Он махнул рукой в сторону висящего в воздухе человека с простреленной головой. Тело мужчины перевернулось вверх тормашками, нависая головой над полом. Из простреленного лба, подали последние капли крови, собирающиеся в небольшие лужицы в полуметре под телом.
– Вы говорите на русском?
– Ну, до сегодняшнего утра я говорил исключительно на хинди. – Улыбнулся мужчина. – Не удивляйся, в этом зале собрали людей со всех уголков планеты. Как ни странно, все мы друг друга понимаем, хотя и говорим на различных языках.
– Кто, чёрт возьми, нас всех собрал?
Ответа не потребовалось, так как в этот самый момент, тишину зала, разрываемую лишь всхлипами и стонами людей, нарушил новый звук. Огромные двухстворчатые двери, распахнулись, и в зал вошла толпа людей. Хотя, людей ли? Большинство действительно напоминали по своей форме гуманоидов, закутанных в черные плащи с капюшонами, скрывающими лица. Но были и совсем уж дикие персонажи, вроде вот этого вот двухметрового скелета с рогатым черепом и круглой сферой между ребрами, испускающей волны ядовито зеленого света вокруг себя.
Под потолком вспыхнули ярким светом сотни светильников, освещая весь огромный зал, наконец, давая рассмотреть его детали, раньше скрывавшихся в густых тенях. А посмотреть было на что. Все стены зала украшали сотни тысяч черепов, аккуратно уложенных в специально проделанные в стене ниши. Для каждого черепа, была выбита отдельная ниша. Все это сильно напоминало извращенный пчелиный улей, где вместо сот с мёдом, использовались человеческие черепа.
Между тем, фигуры в плащах, все прибывали в зал, принося с собой отдельные элементы оборудования, из которых, быстро возводили некую конструкцию, на самом краю зала. Железные штыри, балки, чаши, кристаллы, опоры. Все шло в ход, умелыми руками, находя свое место в этом геометрическом безумии.
– Купель почти готова, Некрод. – Поклонившись рогатому скелету, пророкотала одна из фигур в плаще. – Первая партия подопытных была доставлена три десятка стрелок назад и уже готова к проведению изъятия памяти.
– Сколько их всего? – Повернул в нашу сторону свой череп с пустыми глазницами скелет.
– В момент переноса было ровно шесть тысяч. Увы, один из них погиб от рук своего соплеменника, применившего неизвестное нам оружие.
– Не существенно. – Отмахнулся скелет. – Воспоминаний оставшихся нам хватит чтобы составить четкую картину о обороноспособности и укладе жизни их жалкого мира. Вы наложили на них языковое заклятие?