Клан Мамонта
Шрифт:
– Хочешь водички? – спросил он Данкоя. – Это та самая, которую вы пили – холодненькая! – Данкой отшатнулся, и Семен протянул бурдюк Ващу-гу: – На, пей! Ты же пил уже сам и других заставлял – ради своей магии!
Колдун отпихнул кожаный мешок двумя руками. Жидкость выплеснулась ему на одежду и на землю.
– Ну, как хочешь, – пожал плечами Семен и опустил бурдюк, щедро поливая драгоценным продуктом утоптанную траву и заодно мокасины Ва-щуга. – В общем, местную воду вы все вчера попробовали, так что теперь находитесь в моей власти. Дело, конечно, хозяйское, но я бы советовал вам пасть ниц и молить о пощаде.
– Что говоришь ты, несчастный?! –
– То и говорю, – скучающе зевнул Семен. – Стоит мне глазом моргнуть или пальцем шевельнуть, и все сгорят: и вы сами, и ваши люди, и ваши лошади. Не верите? Ну, смотрите…
Двигаясь медленно и как бы нехотя, Семен положил бурдюк на землю, посмотрел, как из него тихими толчками вытекает спирт, вдохнул густой аромат сивухи, шагнул к костру, присел возле него, вытянул полусгоревшую веточку, подул на нее, чтоб появился огонь, и положил с краю от спиртовой лужи.
Пламя возникло и побежало во все стороны. Было оно бесцветным и бездымным, так что окружающие не сразу поняли, что происходит. Впрочем, длилось это недолго, и Семен едва успел принять удобную для прыжка позу.
– А-а-а!!! – заголосил Ващуг, когда бездымное, почти невидимое пламя охватило его одежду.
Пальма лежала слишком далеко, и Семен не стал за ней тянуться. Собраться для «биоэнергетического» выплеска, стать на мгновение невидимым, как питекантроп, он не успел, а просто прыгнул из положения «на корточках» через костер в дверной проем. Сделал кувырок через голову на бревенчатом полу, стукнулся ногами о стол, вскочил и кинулся к лестнице. Наверх он не взбежал, а прямо-таки закинул себя. Правда, при этом успел увидеть дротик, воткнувшийся в стену почти рядом.
В углу смотровой площадки на коленях стоял Дынька. Сопя и размазывая по лицу сопли, он мучился с арбалетным рычагом. Рядом, прислоненная к вертикальной стойке, стояла чья-то пальма. Семен ее схватил и приготовился снести голову тому, кто полезет за ним следом. Никто, однако, не появился, и он перевел дух – вырвался!
Теперь шум и крики доносились почти со всех сторон, но Семен сначала глянул во двор: Данкой и несколько воинов пытались одновременно протиснуться в калитку, вокруг бурдюка горела спиртовая лужа, а чуть в стороне с завываниями катался Ва-щуг. Пламя, похоже, он уже сбил, но еще не понял этого.
– Дай-ка сюда! – Семен подскочил к Дыньке и выхватил у него арбалет. Резко двинул рычаг вперед и вниз – тетива соскочила. Да что ж такое?!
Вторая попытка тоже оказалась неудачной. Пришлось присмотреться к незатейливому механизму: и тетива, и натяжной зубчик были щедро смазаны Дынькиными соплями. Семен ругнулся и принялся вытирать оружие подолом рубахи. В конце концов это удалось, тетива встала на зацеп, а болт занял свое место в желобе. Семен припал на колено, положил арбалет на бревно и начал выбирать жертву. Ему очень хотелось пристрелить главного аддока, но в мельтешении людей и лошадей между двумя изгородями высмотреть его никак не удавалось.
Между тем внизу начинало твориться черт знает что: кто-то из воинов-аддоков, вывалившись из калитки, налетел на проходившего мимо имазра. Оба упали, тут же вскочили и, вероятно, сказали другу что-то очень приятное. За оружие они, правда, не схватились, но к ним уже бежали люди с палицами в руках. Семен посмотрел туда, где лежали связанные женщины, и с облегчением обнаружил, что до них, кажется, никому нет дела.
Разрастись и стать всеобщей драке не дали – появился Данкой и визгливо заорал на дерущихся. С другой стороны
Определить причину заминки оказалось нетрудно – достаточно было оторваться от прицела и посмотреть вдаль. Развернувшись цепью, со стороны степи бежали воины с копьями и палицами в руках. До них было еще далеко, но Семен не мог не опознать их. Это были СВОИ. Лоурины то есть. Причем, кажется, чуть ли не все взрослые воины племени и подростки. У последних в руках вовсе не копья, а те самые пальмы…
Семен прищурился, пытаясь рассмотреть фигурки вдали: «Вон тот, кажется, Черный Бизон, а в центре бежит кто-то совсем мелкий – не иначе как сам Медведь вышел на битву! Это что же, они меня спасать прибыли?! Но как узнали?! И что сейчас будет…»
– Наши пришли, – гнусаво сказал Дынька и хлюпнул носом. – Наши!
– Угу, – сказал Семен и скосил глаза на мальчишку. – С каких это пор для тебя лоурины стали «нашими»?!
Оказалось, что парень смотрит в другую сторону – на реку.
«Этого еще не хватало!» – Семен вскочил на ноги. Берег отсюда не просматривался – его закрывал край обрыва. Из-за этого края показались сначала носы лодок, а потом и весь катамаран. Оставленное без присмотра плавсредство тихо дрейфовало вниз по течению. Своих пассажиров, надо полагать, оно уже высадило. Догадка подтвердилась почти сразу: в начале спуска к воде появилась голова, а потом и весь Хью с пальмой в руках, за ним еще кто-то с палицей, и еще… Неандертальцы взбирались наверх и неторопливо, враскачку, бежали к избе.
«Сейчас будет битва народов, – понял Семен. – Всех народов со всеми – одновременно. Это надо остановить…»
Битва не состоялась. Ради этого Семену пришлось пожертвовать последними «гранатами», благо гнилушки в жаровне еще тлели, и сорвать голос. Кажется, орать с такой силой в жизни ему еще не приходилось.
Сидеть на лавке за столом Медведю было неловко, неудобно и непривычно. Семен его понимал – он и сам прошел через это. Мышцы ног и позвоночника давно отвыкли от забытой, но когда-то совершенно обычной позы. Лоуринам же пребывать в такой позе раньше вообще никогда не приходилось. Бизон, как истинный вождь, неудобства терпел мужественно и сидел, не двигаясь, хотя и ему это давалось, по-видимому, с немалым трудом. Вообще-то, хозяин помещения, будучи гуманистом, сразу предложил гостям расположиться на полу, как это сделал Хью. Однако Медведь счел это ниже своего достоинства, а Бизон, конечно, взял со старшего пример.
– Да, – сказал старейшина, – у тебя не вигвам, а целая пещера. Только стены не каменные. Ты не боишься, что все это упадет?
– Раз до сих пор не упало, – усмехнулся Семен, – значит, будет стоять долго.
– Может, и будет, – согласился Медведь. – Страшновато только.
– А я уже привык. Скажите лучше, чего вас сюда принесло?
– Ну, во-первых, – солидно начал вождь, – ты сам нас приглашал, а во-вторых, когда лоурин в беде, его нужно выручать.