Клей
Шрифт:
– Юарт? Дункан? Профсоюзный по цехам?
Оба заметили дурацкую рифму и улыбнулись друг другу.
– Да, Юарт Дункан, уполномоченный по цехам. А ты кто, – продолжил шутку Дунан. Он знал эту дразнилку, только наоборот.
Однако парню было уже не до смеха. Он перевёл дыхание.
– Вулли Биррелл. Моя жена… Сандра… у неё начались схватки… Аберкромби… он не отпускает меня в роддом… нужен больничный… приказ Крофтона… он говорит, что если я уйду с работы, то могу уже больше не возвращаться.
В два удара негодование заклокотало в груди Дункана, как бронхиальная слизь. Он на секунду стиснул зубы
– Поезжай в больницу прямо сейчас, Вулли. Кто может не возвращаться, так это Аберкромби. Я всё улажу, у тебя на это полное право!
– Так мне звонка дожидаться или как? – спросил Вулли Биррелл, и от подёрнувшегося века по лицу пошла судорога.
– Об этом не волнуйся, поезжай и всё. Возьми такси и попроси чек, я возмещу через профсоюзную кассу.
Вулли Биррелл благодарно кивнул и поспешно удалился. Он уже был за проходной, когда Дункан Выключил станок и не спеша направился к телефонному автомату в столовой. Там он сначала позвонил члену комиссии по созыву собраний, потом секретарю местной организации и поговорил с ними сквозь бряканье моечных котлов и столовых приборов. Затем он направился прямо к заведующему производством, мистему Каттеру чтобы выразить официальный протест.
Слушая его, Каттер сохранял спокойствие, но по ходу рассказал Дункана в нём росло возмущение. Выполнение приказа Крофтона – первоочередная задача, это факт. Ну и что, Юарт-то может поднять весь цех на забастовку в поддержку этого Биррелла. О чём, чёрт побери, думал этот клоун Аберкромби? Да, безусловно, сам Каттер говорил, что приказ Крофтона необходимо выполнять любыми средствами, и сам он пользовался теми же методами, но этот идиот, похоже, растерял последние мозги, утратил связь с действительностью.
Каттер рассматривал стоявшего перед ним высокого мужчину с открытым лицом и ясным взглядом. Каттер много раз сталкивался с крепкими парнями в роли профсоюзных уполномоченных с чёткой программой в голове. Они ненавидели и презирали его, компанию и всё, что за ним стояло. Юарт таким не был. В глазах его играл теплый огонёк, такая спокойная уверенность в своей правоте, в которой при ближайшем рассмотрении угадывалось больше озорства и юмора, чем гнева и раздражения.
– Это очевидное недоразумение, мистер Юарт, – медленно произнёс мистер Каттер, изображая заразительную, как он надеялся, улыбку. – Мне придётся разъяснить мистеру Аберкромби нашу позицию.
– Отлично, – кивнул Дункан и добавил: – Весьма признателен.
Со своей стороны, у Дункана к Каттеру особых претензий не было. Он всегда показывал себя человеком, в сущности, порядочным и беспристрастным. Когда же ему приходилось осуществлять на местах идиотские распоряжения сверху, видно было, что делает он это без особого удовольствия. В любом случае, тянуть на себе таких мудаков, как Аберкромби, – то ещё удовольствие.
Аберкромби. Вот псих.
По пути в цех Дункан Юарт не смог отказать себе в удовольствии заглянуть в отгороженным от станков загончик, который Аберкромби называл своим кабинетом.
– Спасибо, Тэм!
Аберкромби взглянул на него, оторвавшись от графиков на кальке, разбросанных по столу.
– За что? – спросил, пытаясь изобразить удивление на покрасневшем уже лице.
Он был на взводе, на него давили со всех сторон,
Дункан Юарт недобро улыбнулся.
– За то, что пытался задержать Вулли Биррелла на работе в пятницу в конце дня, тогда как у ребят прямо руки чешутся вырубить машины и выйти на забастовку. Отличный пример мудрого руководства. Не стану скрывать, я только что его отпустил, – добавил он заговорщицки.
В груди у Аберкромби разорвался заряд злобы, волна быстро дошла до кончиков пальцев рук и ног. Он вспыхнул, весь затрясся. Сдержаться он не мог. Юарт, скотина, чего эта сука о себе думает?
– Я в этом цеху начальник, мать твою! И ты, бля, не забывай об этом!
На извержение Аберкромби Дункан ответил спокойной ухмылкой:
– Прости, Тэм, сейчас вступит кавалерия.
В ту же секунду Аберкромби сник, но не от слов Дункана. За ним, как в очереди, появился Каттер с каменным лицом. А что ещё хуже, за Каттером в каморку втиснулся Бобби Афлек, отвечающий за созыв общего собрания. Афлек походил на приземистого быка и имел обыкновение принимать пугающе свирепый вид, даже когда бывал лишь слегла раздражён. Однако сейчас Аберкромби с ходу заметил, что Бобби от ярости накалился добела.
Дункан улыбнулся Аберкромби, подмигнул Афлеку, вышел и закрыл за собой дверь. Однако тонкая фанерная дверь не смогла сдержать волну гнева.
Каким-то чудом все токарные и сверлильные станки выключились один за другим, и по цеху пронёсся хохот, разливаясь и вспыхивая, как весенние краски по серому бетонному полу завода.
БИЛЛИ БИРРЕЛЛ
Два королевских кровососа
Карл, сынишка Дункана Юарта, стоял на серванте и выплясывал под Каунти Бейси. Элвис порядком запилился за эти выходные, и Дункан хорошо выпил под него, вернувшись из Файфа, где Килли и Данфермлайн сыграли вничью. Сейчас отец и сын были одного роста, и мальчуган копировал движения Дункана. В гостиную вошла Мария и присоединилась к ним. Она подхватила малыша с серванта и закрутила по комнате, напевая:
– Голубую кровь днём с огнём не сыщешь, а у меня сразу два королевских кровососа – Карл и Дункан…
Волосы у мальчика были светлые, как у отца. Дункан думал, приклеится ли к сыну его заводское прозвище Соломенная Шляпа, когда он пойдёт в школу. Дункан надеялся, что малышу, которого Мария сейчас ставит на пол, очки не понадобятся. Он почувствовал, как Мария обвила его руками за талию, повернулся, и они, обнявшись, слились в долгом поцелуе. Карл не знал, что ему делать, и, чувствуя себя брошенным, хватался за ноги родителей.
В дверь позвонили, Мария пошла открывать, а Дункан воспользовался моментом, чтобы ещё раз поставить Элвиса, на этот раз «In the Ghetto».
Перед Марией стоял мужчина с квадратной челюстью и слегка ошарашенным видом. Ей он был незнаком, в руках он сжимал бутылку виски и детский рисунок. Он был заметно навеселе, в приподнятом настроении и в то же время немного стеснялся.
– Простите, э, миссис Юарт, а муж ваш дома? – спросил он.
– Да… подождите минутку, – сказала Мария и позвала Дункана, который сразу пригласил Вулли Биррелла зайти и представил его Марии как своего друга с работы.