Клеймёный
Шрифт:
Глава 9. Первое погружение
В «Проходчике» было жарко, как в парилке, несмотря на работающую систему кондиционирования. Вероятно, когда-то в робоскафандре стояла свежая система, которая справлялась с нагрузками «донной» работы, но с годами она износилась
Давыдов пробовал жаловаться бригадирам, но Иван Демьянов и Мартин Шу даже слушать его не стали, состроили такое жуткое лицо, что Илья понял, настаивать себе дороже. Инвар Роб был более дружелюбен. Он ответил:
– Кому какое дело. Вы – мусор. Сдохнете, ваше место займет другой. А «Проходчика» ремонтировать будут, только если он окончательно встанет.
После этих слов сразу все встало на свои места. Давыдов больше не искал справедливости у бригадиров. Не работает кондиционер, так они вроде и не на курорте с бокалом бурбона да длинноногой красоткой под боком, перетерпим, выкрутимся. В бараке он нашел черную тряпку, из которой сделал головной платок, который теперь повязывал на манер банданы каждый раз, перед тем как занять место оператора в «Проходчике». После смены он простирывал тряпку в хозблоке и вешал на железную спинку нар, чтобы успела просохнуть к утру.
Первое время старички отпускали в его адрес ехидные шуточки. Из разряда: смотри, какие девочки симпатичные в блоке появились, пора на свиданку приглашать. Но после двух стычек: одному пришлось сломать нос, второму руку, народ поутих. Уже никто не осмеливался
Илья сперва не понимал, почему его бандана вызвала такой ажиотаж в среде каторжников. Но потом догадался. Если в его мире этот головной убор носил скорее брутальный мужественный характер, присущий продвинутым рокерам и байкерам, то в далеком будущем на каторжной планете Пекло он вызывал стойкие ассоциации с женским полом.
Постепенно люди привыкли к его виду. И Давыдов заметил, что вскоре появилось еще несколько «донников» из числа стариков, которые стали носить банданы. Причем не только в «Проходчике», но и в повседневной жизни можно было увидеть обмотанные черными тряпками головы.
Давыдов попал в звено с Бродником, Кареном Серое Ухо и парнем с причудливым именем Юрген. Ему было лет двадцать. На свободе он не занимал никаких ключевых постов, всего лишь учился в университете столицы на факультете юриспруденции, в так называемой Янтарной Цитадели. А на каторге оказался за компанию с отцом, который при Имране Кровавом возглавлял Главную Канализационную службу Октарии. Интересно, чем новой власти главный столичный ассенизатор не понравился? Парнишка вечно всего боялся и, казалось, готов был наложить в штаны от чужого громкого чиха. Но, несмотря на это, на Дне он работал изо всех сил, стараясь не отставать от своих напарников. Юргену льстило, что его поставили в звено с серьезными людьми, которые к тому же на короткой ноге с Гривером Дыкриком, старостой новой партии, поэтому он из кожи вон лез, чтобы произвести впечатление на Давыдова и его новых друзей.
Конец ознакомительного фрагмента.