Клинсмер
Шрифт:
– Не знаю, и знать не хочу, – отозвался я.
– И правильно, – произнес Виктор, стоящий у меня за спиной. – Я вот сержант и служу в «Витязе» полтора года, но мне совершенно не нужно знать, что в них, – он кивнул на фуры. – Приказ был такой, во что бы-то не стало довести эти два грузовика до Владимира. Даже если весь караван достанется врагу, эти два грузовика должны дойти.
– Интересно, – произнес Дима и пошел обратно к ниве.
Через два часа наш караван тронулся в обратный путь, скорость существенно упала, мы ползли километров
– Конвой, это Горка, – раздалось во всех рациях сразу, передача велась на общей волне и вся охрана в машинах и водители в грузовиках могли ее слышать.
Джипы оставленные на месте предполагаемой засады вышли на связь
– Горка, это Конвой, что у вас? – раздался голос майора из «легиона», который командовал охраной каравана.
– Огневой контакт, их не меньше двух десятков, стволы легкие, пока что ничего крупнее калашей не слыхать.
– Держитесь, сколько сможете, если натиск усилится, отходите к нам, – приказал майор. – Мы постараемся поскорее до вас добраться.
– Поторопитесь, отбить обратно эту высоту будет не просто, особенно, если они подтянут крупняки.
– Понял, идем, – отозвался майор и отключился.
Еще какие-то мгновения шел сигнал и я услышал, как заработал крупнокалиберный пулемет в кузове Нивы, а по днищу барабанят стреляные гильзы.
– Всей колонне увеличить скорость на десять километров, – раздался из рации голос майора.
Сергей послушно прибавил. Вскоре весь конвой полз пятьдесят километров в час.
– Сержант, даже с таким темпом мы будем плестись до них полчаса, не меньше, – произнес я, вглядываясь в дорогу. – Горка права, отдадим высоту, обратно забирать будет трудно.
– Ну и что ты предлагаешь? – ехидно спросил Виктор.
– Свяжись с Олегом, – ответил я, – пусть переговорит с майором из «легиона», караван может выслать на помощь ребятам две Нивы, без ущерба для грузовиков.
Виктор несколько мгновений сидел молча, обдумывая предложение, после чего взялся за рацию и, перейдя на волну капитана, высказал предложение новенького. Тот сказал, что подумаем, и отключился. Спустя пару минут снова заработала рация.
– Машинам десять и одиннадцать отряда «Витязь», – произнес голос майора, – приказываю спешно выдвинуться в сторону занятой высоты и оказать помощь группе «Горка». Как поняли?
– Поняли, выдвигаемся, – отозвался Виктор, хлопнув Сергея по плечу.
Наш водитель только и ждал этого сигнала, Нива взяла вправо и, увеличив скорость до девяноста километров, рванулась вперед. За две минуты мы обогнали растянувшийся караван. Вскоре нам в хвост пристроилась еще одна машина «Витязей». Бабай, не покидавший своего пулеметного гнезда, что-то заметил справа и дал по придорожным кустам длинную очередь, срубленные ветки ложились на землю.
– Никого, – произнес он, разглядывая порубленные кусты в двукратный оптический прицел, установленный на
– Горка, говорит машина десять отряда «Витязь», идем к вам на помощь, как у вас там? – произнес Виктор в рацию. Ответа не последовало. – Горка, доложите обстановку, – снова произнес сержант.
– Машина десять, на связи Горка, – наконец прорвался незнакомый голос сквозь треск помех. – У нас трое холодных и двое тяжелых, уничтожена Нива, обстрел усиливается, дорожники подтащили крупнокалиберные пулеметы, два АГСа активно применяют ручные и подствольные гранатометы. Если через пять минут не подойдет помощь, высоту не удержим.
– Ждите, идем, – сказал Виктор и отключился. – Серега, поднажми, – приказал он, заправляя гранату в подствольный гранатомет своей «грозы». – Мы должны успеть.
Серега кивнул и, стиснув челюсти, прибавил скорость до ста двадцати. Для этой дороги предел. Вторая машина, идущая у нас в хвосте, тоже прибавила скорость.
– Сколько нам до них? – пытаясь перекричать тугую струю воздуха, бьющую мне в лицо, спросил я у Сергея.
– Километров пятнадцать-двадцать, – не отрываясь от дороги, прошипел он.
Машину подбрасывало на ухабах. Димка, вцепившись в поручень, приваренный к моему сидению, пытался не вылететь после очередного бешенного скачка.
– Как на родео, – проорал он, взлетая на следующей кочке.
– Только скорость в сто раз больше, – крикнул в ответ Виктор. – Упрись в поручень ногами, сядь поглубже и, вообще, вон у тебя справа ремень безопасности – пристегнись.
Кое-как Дима выполнил указание сержанта и перестал взмывать вверх, как воздушный змей.
– Так лучше, – показывая большой палец, произнес он.
Виктор снова взялся за рацию.
– Горка, как у вас дела? – но в эфире стояла абсолютная тишина. – Горка, ответьте! – снова нажав тангетку, попытался связаться с заслоном сержант. Ответом ему было молчание. – У них сломалась рация, – уверенным голосом заявил он.
«Или отвечать уже некому», – подумал я, но вслух ничего не сказал. Я не знал людей, оставшихся на прикрытии места возможной засады. Для меня они всего лишь безымянные парни, выполняющие свою работу. А вот для Виктора, Сергея, Артема они были приятелями, а может, там погибал кто-то из их лучших друзей. И сказать сейчас подобное в слух – верный шанс нарваться в лучшем случае на мордобой. Поэтому я и промолчал.
– Сержант, мы почти на месте, – проорал Сергей, указывая на большой подъем. Прямо на его вершине горели два огромных костра, все, что осталось от двух Нив прикрытия. Обе машины были сожжены, в них рвались оставшиеся боеприпасы, звуков боя слышно не было.
– Неужели они погибли? – спросил Виктор, выставив ствол автомата наружу и готовый в любой момент к открытию огня.
– Может, и нет, – ответил Сергей. – Залегли и ждут подхода помощи. По нам никто не стреляет, а мы для них сейчас идеальная мишень, но при условии, что они захватили высоту.