Клор
Шрифт:
Так вот, «Чаеутолитель». Дано: персонаж с претензией на имперский акцент вбрасывает абсолютную запрещёнку так, что она наверняка рванёт. И, скорее всего, громко. Силы Превентивной Городской Самообороны сначала бросают на расследование, а потом, как только мы берём след, ликвидируют все улики и в грубой форме шлют нас отдыхать.
Да, ликвидация улик эпичная вышла. Только кто и зачем это устроил? Казалось бы, что если что-то случилось в Клоре, то сразу обвиняй Семьи, но что-то тут… они могли гораздо тише всё обставить. Могли. Не сумели? Не захотели? Как это связано с вброшенной через Айху «Щелью»? Плохо, откровенно плохо соотносится. Как
Что, опять же, может быть, а может и не быть операцией прикрытия, где этих акторов играют втёмную. Впрочем, это уже попахивает не паранойей, нет, но бесконечной рекурсией. Так что стоп. На этом самом месте.
— …не только длинная и мягкая шерсть… — распинается, кажется, Ферр Нине. Интересно, ему-то что до яков вообще?
Дальше. Дальше история с транами и Сайне Лето. По себе я выводы уже сделал всеобъемлющие и исчерпывающие. Не будь меня — этот же путь прошёл бы кто-то другой. Быстрее. Умнее. Кто-то, кто не нанял бы наркоторговца, упарывающего собственный товар, только потому, что его упоминал невероятно мутный старик, которого порекомендовал тролль-председатель всея Клора.
Интереснее тут другое. Восстание Полярных началось на рубеже июля и августа. Помимо Гляца, эфир в Клор шёл от китобоев, транобоев и из Хельджака, где на него опять же пускали местную фауну. Эфирных китов я, кстати, даже разок, кажется, видел. При падении. То есть грохнулся я тогда наверняка о палубу китобоя. Дальше они меня сдали более-менее сразу в Клор, очевидно Элетройме. Кстати, почему Элетройме, а не Ише Дува? Решили, что я скорее механизм, чем организм?
Дальше внимательно следим за руками: как только моё состояние стабилизируется, я оказываюсь в резиденции Орнагов. Первое: в конечном бодалове участвуют Орнаги, Серехи и Фероны. Второе: у Гая своего китобойного флота точно нет. Третье: Серехи меня откачивали. Им не было никакого резона сдавать факт моего существования кому-то ещё.
Резюме: с высокой долей вероятности китобой принадлежал Семье Ор. В принципе, они и через разведку могли узнать про меня, но едва ли им бы тогда удалось получить бесчувственную тушку сразу после операции. То есть они сдали меня на ремонт и сразу по его завершении забрали назад. А потом всё полетело кувырком и про это узнал Гай, который как раз заскучал.
Уже кое-что, хотя я ума не приложу, что с этой информацией делать.
Что ещё по транобойной истории? Судя по оговоркам Сайне и общей отбитости Дорнаса Кромэна, между Хельджакской Компанией и Конклавом есть негласный договор, по которому северяне гонят установленную норму эфира в обмен на невмешательство во внутренние дела. И если Конклав пытается как-то причесать это непотребство, то нарывается на итальянскую забастовку. Всё строго по букве договора. И ничего не работает. Кромэн в данном случае — реакция на недостаточно уважительный запрос помощи с моей стороны. Охотника заказывали? Заказывали. Вот вам охотник, а про то, что он больше за головами, чем эфирной фауной, так это не оговаривалось, идите лесом.
Голосование.
Вопрос я пропустил, но рандомайзер сказал «нет».
Голос малых домов разделился, а потому пошёл в графу «воздержались».
— Далее на повестке… — начал Кхандо.
Я вернулся к размышлениям.
Дальше был декабрь в безделии. Смысла в работе СПГС я как не нашёл тогда, так и сейчас
А потом ко мне пришла операция по замирению. Позорище сплошное, честно говоря. Собрание сделало буквально всё, чтобы проиграть, и всё равно продержалось целых полгода. Я посмотрел хронику: Конбо Арит-хе сначала заварил кашу и только потом, видимо, задумался над планом.
И если первичную осторожность ныне покойного Инбародода — тоже Арита, кстати, — ещё можно списать на нехватку надёжной информации, то после битвы под Маховтом пошёл полный цирк. Арит сначала позволил повстанцам построить эшелонированную оборону под Айдом, потом из общеаритской любви к взрывам разнёс лишённый гарнизона Ксал, где и встретил героическую гибель при исполнении. Или закономерное возмездие. Гай постфактум выкатил какой-то кусок компромата на покойного. Там не только Кичипико, там половина цивилизованного и две трети варварского мира в бенефициарах вышло. Включая, между прочим, Собрание.
В общем, анекдот совершеннейший. Но вопрос не в этом. Вопрос в том, почему Инбародода терпели. Почему Конклав не снял его с поста командующего.
Блат? Сестла? Эве так принципиален престиж Семьи? Так ведь покойный его больше подрывал, чем укреплял. Я уж молчу, что Конбо Арит-хе, несмотря на расчёт на авось, сделал в процессе игры гораздо больше результативных и изобретательных ходов. А не на него ли Эва изначально ставила? Чтобы потихоньку слить войска других Семей? Так ведь не слила же.
Вообще, система с одиннадцатью параллельно существующими армиями —
это одна сплошная катастрофа. Даже одна профессиональная армия в мирное время генерирует столько хаоса, что вполне способна развалить собственное государство, а тут… но при этом оно, что характерно, работает! Паршиво, периодически роняя запчасти и калеча сопричастных, но работает же!
Впрочем, это может быть следствием запредельного запаса прочности той системы, которая выродилась в это недоразумение. Были в мировой истории и такие прецеденты. Некоторым по полтораста лет на плаву удавалось держаться.
Итак, что мешало Инбарододу действовать решительнее? Риск потерь в моменте, конечно, подскочил бы, но и развязка бы наступила гораздо… ага. Естественно. Риск потерь. Если бы он воевал только аритскими частями — это было бы приемлемо. Но ему ж коалиционные, по факту, силы всучили. А там совершенно иной уровень головной боли с отчётами о потерях. Возмещения, обоснования, доклады — на командование попросту не осталось бы времени. Плавали. Знаем.
Ещё раз: как Клор всё ещё стоит? Армия-то не может позволить себе потерь. Ни одна из одиннадцати. Если только… если только не будет экзистенциальной угрозы. Звучит логично. Надо будет проверить.
Голосование.
На всякий случай скопировал голос Гая. Всё равно не знаю, что мы там принимали.
— Все вопросы актуальной повестки закрыты… — начал заканчивать председательствующий «Юлах» Кхандо.
— Минуточку, — встрял я. — Один момент.
— Да, гражданин Сехем? — дежурно откликнулся Кхандо.
— Я, как представитель малого дома Сехем и член малого дома Сехем, требую у Гая Ферона, члена и представителя малого дома Ферон, сатисфакции за нанесённое оскорбление.
— И какое же? — с горящими интересом глазами поинтересовался Каиль.