Ключ
Шрифт:
— А что думаешь ты? Стоит ли мне вступать в орден?
Инзамар вздохнула, отвернулась.
— Я не знаю всего, что знают они, Антея. Но в нашем мире любая сила должна быть под контролем. И лучше, если этот контроль будут обеспечивать лояльная структура.
— Контроль, — я опустила голову. — Меня тошнит уже от этого слова! Как вы…
Хельма хлопнула дверью, и я замолчала, покачав головой. Некоторые секреты приходилось держать при себе.
Где-то внизу разбилось стекло, и ветер завыл в коридоре. Среди урчания грома и пляски шторма,
Я могла никогда больше не приближаться к Источнику, но я ни за что бы не отказалась от силы полей. Абстракции показали свою неисчерпаемую мощь, приоткрыли завесу Великой ночи, дав понять разумным, что магия сильна, как никогда.
И эту силу я готова была познать.
— Это вам нужно, чтобы я состояла в ордене, лично мне и так неплохо.
Арельсар усмехнулся, из-за чего шрам на его щеке сморщился, и лицо стало похоже на маску.
— И чем же ты собралась заниматься по окончании университета? Бульварными фокусами?
Я выдернула у него из рук мешок и палку с пикой на конце и оглядела пляж, вдоль которого, среди куч нанесенного штормом мусора, сновали добровольцы в футболках с эмблемой ордена. В большинстве своем в уборщики подрядили студентов, оставшихся на острове, старшеклассников из местных школ и учеников ордена, которые не так давно получили свои стулья в Цитадели, и теперь нещадно эксплуатировались миротворцами. Минитракторы, деловито сновавшие по побережью, сгребали мусор в кучи и загружали на подъезжавшие самосвалы, волонтерам же требовалось убирать не попавшие под лопату остатки и вытаскивать всякую мелочь из прибрежных кустов.
— Здесь каждое лето такие шторма? — спросила я, направляясь к группке студентов, столпившихся подле координатора.
— Один-два в начале ипира, — Арельсар шагал рядом, оглядываясь по сторонам. — Лет семь назад по острову прошел смерч. Нам тогда здорово досталось, — кевт почесал шрам. — У восточного берега затонул лайнер, вон там, левым бортом лег на скалы. Погибло разумных сорок, ещё сколько-то пропало без вести.
— Как это страшно, — я покачала головой. — Здесь бывает много туристов?
— На Прэне есть, на что посмотреть, — Арельсар пнул пустую бутылку, но та завязла в сыром песке и удар не получился. — Даже в Цитадели устроили музей истории ордена. Советую сходить. Эссиль, принимай пополнение!
Молодой дворф, координатор, объяснявший что-то студентам, обернулся к нам.
— А, офицер! Добрый день!
Арельсар пожал протянутую руку.
— Это ваша протеже? — Дворф кивнул на меня. — Антея, если я не ошибаюсь?
— Ага, истребительница орков, — хохотнул кто-то.
Сморщив нос, я повернула голову к добровольцам, которые представляли собой довольно разношерстную компанию — были тут и негуры, и дворфы, и орки, даже парочка эльфов ошивалась поблизости. Но мое внимание привлекла девушка, стоявшая подле координатора. Она ковыряла песок палкой для мусора, к которой
— А…, — я хотела сказать какую-нибудь гадость, но вовремя передумала. — Да, Антея Тейер.
— Эссиль, — дворф протянул руку и мне. — Рад видеть тебя в нашей компании. Так, Арельсар, ты с нами или…
Кевт, вскинув брови, недоуменно уставился на дворфа. Тот, видимо, поняв свою ошибку, смутился.
— Ну… Так… Это… Народ, далеко не расходимся! Мусор — по пакетам и в ближайший самосвал! Пятеро — направо, пятеро — налево, остальные — вверх, к парку, дальше границ пляжа не уходим, — дворф вскинул руки. — Внимательнее! На гвозди не наступаем, под тракторы не лезем, мусор не пропускаем. Разошлись.
Я присоединилась к группе добровольцев, отправившихся вдоль линии прибрежных кафе к лесопарковой зоне. Несколько студентов остались помогать владельцам заведений — нужно было сложить остатки не убранных до шторма вовремя шатров, сломанные зонтики, стулья, столики.
— О, вызывательница демонов! Тоже метишь в орден? — крикнул толстый, старый дворф, прилаживавший вместе с негуром дверь в летнюю кухню. — Ах, что б тебя, палец мне отхряпаешь! Ставь ровнее!
Я закатила глаза. Вступление в орден полагалось заслужить участием во всевозможных мероприятиях, которые организовывали миротворцы. Конечно, среди той молодежи, которая сегодня с энтузиазмом очищала прибрежную зону отдыха, не все планировали стать учениками — большинство попали сюда на добровольно-принудительной основе, и я слабо представляла, как изменится мнение Совета обо мне, после того, как я приберусь на пляже. Но Арельсар заявил, что это важно, да и сидеть в одиночестве дома, по правде сказать, жутко надоело, поэтому сегодня я решила потрудиться на благо Прэна.
— Как будто сбор мусора поможет мне попасть в орден, — пробубнила я себе под нос.
Шедший рядом парень усмехнулся.
— Великие деяния начинаются с малого, — глубокомысленно заметил он, накалывая бумажный пакет на острый конец палки. — Конечно, если у тебя нет тучи денег на первоначальный взнос.
Я понимающе кивнула.
Каменистая дорожка, начинавшаяся на задворках пляжных кафе, огибала прибрежные холмы и терялась в подлеске. На вершине гряды гулял прохладный ветер, гоняя по парку щепки, листья и мусор из перевернутых баков.
Я замерла у края тропинки и повернулась к пляжу. Было пасмурно, небо заволокла молочная муть, а волны, лениво наползавшие на песок, имели грязно-серый оттенок. Горизонт терялся в белесой дымке, и, казалось, что где-то там, во мгле, небесный свод сливается с морем.
По пляжу трусил минитрактор, оставляя на сыром песке следы от колес и от волочившейся позади него ветки.
— Завтра будет солнечно, — произнес остановившийся рядом парень. Я обернулась. — Ветра почти нет, а, значит, повторный налет отменяется.