Ключи от моего сердца
Шрифт:
– Все-все! – дядюшка поднял руки вверх. – Сдаюсь! Веди меня к своим пирогам.
– Куда? – повариха перегородила вход в столовую, будто ожидала, что гостья возьмет ее штурмом. – А переодеться с дороги? Да и вам, мой господин, не мешало бы обновить рубаху, с завтрака в пятнах. Эх, когда же вернется леди Эдита?!
Будто из под земли выросла быстроглазая Ханна и повела Алисию по широкой лестнице на второй этаж. Дядюшка кряхтя поднимался следом.
– Поспеши, милая, – напутствовал он племянницу, поворачивая
Сзади, громыхая тяжелыми сапогами, плелись пригнанные Ханной мужики, выглядящие скорее грузчиками, чем домашними слугами.
– Это наши садовник и сторож, – пояснила Ханна, пропуская «юную госпожу» в просторную комнату. Убедившись, что сундуки поставили так, чтобы было удобно откинуть крышки, служанка выпроводила мужчин. – Ополоснуться можно там, – она указала рукой на ширму, разделявшую комнату на две неравные части. – А я пока подберу вам платье.
Алиса с беспокойством посмотрела на свои сундуки. Она переживала, что из имеющихся нарядов подходящий так не найдется, и тогда ее оставят без ужина.
Чтобы не выглядеть робкой неумехой, Лиса решительно сняла с себя дорожную одежду и с удовольствием поплескалась в подогретой воде. Выйдя из-за ширмы, она обнаружила, что Ханна прекрасно справилась с ее гардеробом: на кровати лежало шелковое платье зеленого цвета. Слишком широкий ворот золотые ручки служанки закололи брошью из хозяйских запасов, и вышло вполне сносно. Косу распустили и как-то по особому скрутили на затылке.
– Вечером я согрею купальню, – Ханна поймала взгляд юной госпожи в зеркале. – Завтра у вас тяжелый день – приедет леди Эдита.
Алисия непонимающе вскинула брови.
– О, ничего плохого с вами не случится. Просто она вызовет швей и вас истыкают иголками. Непросто справиться с кучей нарядов за две недели. Но леди Эдита обладает богатым опытом – у нее как-никак трое дочерей, и прекрасным вкусом, вам понравится.
– Я вижу, что все в доме сделано с изяществом, – произнесла Лиса, намекая на обстановку своей опочивальни. Хоть в ней и господствовал розовый цвет, он не был кричащим, а разбавленный белым делал помещение со множеством подушечек, мягких пуфов и миниатюрных диванчиков милым и уютным.
Засыпая на новом месте, Алисия не прошептала фразу, которую не раз встречала в сказках и романах о любви. «Сплю на новом месте, приснись жених невесте» – не то пожелание, исполнение которого горячо ожидалось. Увидеть во сне лорда Винда или подобного ему старика совсем не хотелось.
Но все же Алисия засыпала с улыбкой. И радовали ее вовсе не перспектива обзавестись красивым гардеробом, и не волнующий душу переезд в пансион, где у нее непременно появятся подруги, а четыре года свободы, подаренные ей будущим мужем.
«Четыре! Я проведу их так, будто они последние в моей жизни!»
Глава 4.
Ханна была права, тетушка Эдита оказалась весьма деятельной натурой. Едва проснувшаяся Алисия почувствовала, что дом изменился: наполнился голосами, звуками шагов, хлопаньем дверей.
– Нет, у меня больше нет сил ждать, когда ты проснешься! – она влетела в комнату, пахнув свежестью и изысканными духами. – Подъем! У нас сегодня много дел!
Тетушка Эдита раздвинула занавеси на окнах, чтобы впустить столь редкий в приближении зимы солнечный свет. За ночь снег запорошил все вокруг и теперь похрустывал под ногами прохожих.
Лиса зажмурилась и упустила момент, когда с нее сдернули одеяло.
– Это никуда не годится! – рыжеволосая небольшого роста женщина стояла у кровати, уперев изящные кулачки в бедра. – Разве такое белье предназначено для молоденькой девушки? Я понимаю, если бы ты была моего возраста и провела всю жизнь в монастыре…
– Но… – Лиса села и потянула на себя одеяло.
– Никаких «но»! Снять и немедленно!
– Я…
– Лучше вовсе остаться голой, чем сверкать бельем прошлого века.
– Оно не такое древнее, – возразила Алисия. – Это из приданого моей мамы.
Тетушка закатила глаза и удручающе покачала головой.
– Я всегда знала, что у семьи Пилли плохой вкус. Снарядить твою маму эдаким… – Алиса прямо чувствовала, что Эдита усилием воли заставила себя проглотить слово «убожество». – Ах, не хочу оскорблять память Иоланты, но судя по тому, что все вещи так и остались в сундуках, даже она не отважилась носить их.
Эдита прошла к шкафу, куда вчера Ханна вывесила наряды племянницы, повозилась, раздраженно стуча плечиками, и извлекла на свет стеганый халат.
– Вот, накинь на себя. Сейчас принесут завтрак, – тетушка достала из-за пояса часы на цепочке и глянула на циферблат. – У тебя пять минут, чтобы умыться, и пятнадцать, чтобы поесть. Ровно в восемь двадцать и ни минутой позже здесь появятся модистка мадам Зофия и ее помощницы. Через два часа из салона «Очаровательные ножки» принесут самую модную на сегодняшний день обувь.
– Я не знаю свой размер… – Лиса торопливо стаскивала рубашку, не понравившуюся тетушке. Лучше предстать голой перед ней, чем перед кучей служанок, которые вот-вот заполонят комнату.
– Пока ты спала, я померила твою ногу и отправила записочку Ружеру.
Спрятавшись за ширмой, Алисия невольно прислушивалась к командному голосу Эдиты, которая задергала служанок – те передвигались бегом. Но когда Лиса появилась в наглухо запахнутом халате, в комнате царил полный порядок, а на столе стояли блюдо с умопомрачительно пахнущим печеным, кувшин с молоком и вазочка с мармеладом – поистине царское угощение после постных каш Уршулы.