Книга Бездн
Шрифт:
— Да.
— Тогда и я?…
— Женщины дольше сопротивляются действию яда, были даже случаи самопроизвольного выздоровления. Наверное, потому, что амиацин пятого поколения рассчитан на поражение сильного пола.
— Ты не ответил.
Леннар покачал головой. Собственно, Ориана и не нуждалась в ответе: амиациноз распространяется всеми мыслимыми путями, в том числе и воздушно-капельным… Глава Гвардии Разума поднялся во весь рост, пригладил волосы на висках и произнес:
— Так. Мне пора на Совет. Сегодня будем решать текущие
— Зонан, кажется, предложил… предложил сформировать «группу смерти» на базе твоих гвардейцев?… Для уничтожения Зембера с применением ЛЮБОГО оружия?…
— Да. Я думаю, это предложение примут. Главное, чтобы при этой операции не были повреждены системы жизнеобеспечения корабля и блоки климат-контроля. Если будет серьезная авария…
— Я знаю, знаю. Ведь я тоже могу пойти на Совет?…
— Да. Ты, если не забыла, имеешь право совещательного голоса…
Заседание Совета сопротивления, в который входили преимущественно руководители проекта «Врата в бездну», состоялось в зале Снов. Это поэтическое название зал получил за то, что изначально он проектировался как огромная спальня для сменившихся с дежурства навигаторов, управляющих звездолетом. Но последние события показали, что теперь не до снов, и роскошные восстановительные капсулы были демонтированы и отправлены на склад. Теперь в зале Снов — как в одном из самых защищенных помещений громадного звездолета — заседали руководители проекта, преданные благотворящим Зембером.
…Фигура Первого Координатора Зонана на фоне громадных экранов за его спиной казалась крошечной, но надтреснутый голос гулко разносился на весь зал и гремел под сводами:
— …Вы все помните, что я последним ратовал за любую форму насилия, за любое применение оружия! Я не раз сдерживал Леннара, возглавляющего Гвардию Разума, превыше всего для меня стояла жизнь, человеческая жизнь! Но сейчас… сейчас я уверен, что настало время прибегнуть к самым жестоким мерам, быть может, мы даже запоздали с этими мерами!..
Время от времени на боковом экране появлялось лицо оратора, увеличенное в добрых два десятка раз, и без труда можно было разглядеть и черные тени под глазами, и желтизну западающих губ, и характерное дрожание нижней челюсти… Говоря, Зонан сжимал руками горло, регулируя таким незамысловатым способом голосовые связки — иначе изо рта бы его вырывались только бульканье, треск и шипение, но никак не осмысленная, членораздельная речь. Неудивительно: Зонан был на куда более поздней стадии заболевания, чем большинство присутствующих. Тех, кто не инфицирован биологическим оружием Зембера, легко было узнать по тоненькой, почти невидимой маске, прикрывавшей лицо, и по темным плащам, наглухо драпировавшим фигуры — так, что невозможно определить, мужчина или женщина скрывается под этим плащом.
— В конце концов, — хрипя, продолжал Зонан, — у нас есть шанс найти противоядие. Вам всем известно, что в светских государствах, противостоявших блоку Лиракского пояса, велись встречные разработки биологического оружия —
…ВРЕМЕНИ у Первого Координатора Зонана было еще меньше, чем он предполагал. Проговорив, точнее, прохрипев последние слова, он пошатнулся, а потом вдруг грянулся вниз головой с возвышения, на котором произносил свою пылкую речь.
И остался недвижим.
Нет, никто не вскочил, не бросился к Первому Координатору, не подал голоса; легкий гул, похожий на далекий шум прибоя, пролетел по залу — и только. Леннар поднялся и произнес:
— Я думаю, Зонан не мог бы найти лучшего доказательства того, что он совершенно прав. Я поддерживаю его. Если Совет утвердит, готов немедленно взяться за формирование миссии и лично возглавить ее.
— А у меня есть другое предложение.
Леннар оглянулся. Со своего места поднялся Элькан и смотрел неподвижно на руководителя Гвардии Разума. Массивное лицо ученого, лауреата знаменитой Мировой премии Яуруса, было бледным, скулы окаменели. Все ожидали, что скажет Элькан.
— Я должен был делать доклад, — проговорил тот, — но теперь, когда Зонан… Я хочу сказать, что вина за происходящее должна лежать на мне. Потому что именно за мной была направлена миссия Гвардии Разума — туда, на Кканоанское плато. И из-за меня попали в плен к Земберу сам Леннар и еще Ориана… Что было дальше, известно всем. И потому я предлагаю свой рецепт спасения. Он не столь радикален, как предложение Зонана, не так безогляден, как речь Леннара… Но это — ВЫХОД. Оглядитесь вокруг. Помещение, где мы находимся, — это зал Снов…
— Ну и что?! — выкрикнул кто-то.
— Всем нам известно, что у этого помещения один из самых высоких индексов защиты. Я предлагаю использовать зал Снов по назначению, но с рядом изменений. Дело в том, что я знаю, как нейтрализовать амиацин-пять без установления кода… кода противодействия. Конечно, вам известно, сколько времени проходит от момента инфицирования до… до смерти?
— Я не понимаю, какое все это имеет отношение к предложению Зонана, — выделился из общего гула чей-то ломкий голос.
— Конечно, почтенный Элькан чрезвычайно уважаемый человек и к тому же ученый с всепланетным именем…
— Не будем о всепланетном, — звучно перебил Элькан. — Не надо об этом, ведь мы давно уже не на Леобее. Всем вам известно, что амиацин — великолепная комбинация синтетических материалов и геномодифицированного вируса. Вирус, как и всякая живая материя, развивается, и в процессе развития этого вируса гибнет… гибнет любой организм. Стадии развития вируса мне хорошо известны. Можно замедлить цикл развития биологической составляющей амиацина. Амиацин подвержен энтропии, то есть безвозвратной потере энергии…