Книга Брандера
Шрифт:
Брандер неохотно отступил. В первый раз за последние тридцать лет, когда Брандер обычно одерживал верх в соревновании, несмотря на очевидную помощь двух охранников, Брандер потерпел поражение, а Ричард еще не исчерпал свои силы. Например, он мог позвать лорда Марка. Грент был жив, и это было плохо для Брандера. Вассалы проголосуют за более подходящего для них лидера в этом месте. Нет, Изана Грента нельзя уничтожать, можно сбить с пути, ввести в заблуждение, временно убрать с дороги. А Ричард должен разрешить охладить его пыл. Лучшее, что можно сделать, это, вероятно, отвлечь
Брандер решил успокоиться и неохотно начал.
— В тебе, вероятно, еще осталось ребячество. Я извиняюсь за то, что расстроилась замечательная затея.
— Сука! — огрызнулся Ричард. Он пытался освободиться. Охранники теснее прижали его к стене. Ричард перестал бороться и изверг поток проклятий на Шарлотту, Совет, Дом Халарека, Карна Халарека, леди Катрин и Даннела из Юра. Когда он закончил ругаться, Брандер продолжил:
— Можешь успокоиться, Карн заключил Шарлотту в уединенное жилище вне поместья. — Брандер сделал паузу, чтобы проверить реакцию Ричарда. Он все еще сердится? — Она даже не может присутствовать на службе Первого Дня: пастор Джарвис, должен сам приходить к ней, и я узнал, что когда однажды он попытался прийти, Шарлотта забросала его тарелками и кастрюлями.
Представив это, Ричард несколько расслабился. Через мгновение он опять бранился.
— Эх, сучка не могла больше ничего получить от него?
Охранники несколько ослабили свою хватку.
— Передай это по три-д, — сдвинулся Ричард. — И со всеми подробностями сообщи о том, чем мы с Шарлоттой здесь занимались.
Брандер мог себе представить, о чем намеревался рассказать Ричард. Это было неприятно, но делать было нечего. Брандер изобразил на лице отчаяние. Теперь подошел черед приятным известиям.
— Прошу прощения, Ричард. Это было бы кстати, если бы ты это сделал в тот же день, когда она исчезла. А вчера Халарек выступал по три-д с описанием очень интересных деталей. Он бросил вызов тебе, Ричард. Он подавил все любовные возможности за позор и унижение этого инцидента. Даже то, что он рассказал, могло быть достаточным позором, чтобы сделать его полностью неактивным на следующем собрании Совета. Из-за этого он потерял влияние долговременных союзников. Хотя теперь твоим рассказам никто не поверит. Уже поздно.
Ричард разозлился.
— Почему ты не рассказал мне раньше?
Брандер пожал плечами.
— Что бы это изменило? Халарек уже потерял часть союзников. Кроме того, некоторое время внимание Халарека будет сконцентрировано на его жене и рождении наследников для его Дома. Мы должны воспользоваться этим. Постараться усилить Дом Рица, чтобы вернуть в строй, например. — «Дурак, займись своим Домом! Перестань портить свою репутацию!» — Наши агенты докладывают, что Халарек собирается попросить доктора Алтеринна проконсультировать его по вопросу рождения потомства. Это ирония судьбы, не правда ли, что Халарек попросил совета у доктора фамилии Одоннела, который, соответственно, является главным консультантом генетического совета Дома Харлана.
— Алтеринн — Свободный. Он может общаться, с кем заблагорассудится. Кроме того, это неприятно,
— Ричард, задумайся! Особый интерес Алтеринна — размножение и генетика. От кого Халарек узнал, как не от леди Катрин, которой о генетическом совете рассказал Эннис?
Ричард выпрямился и освободился от охранника.
— Ты видишь картинки у каждого столба. Доктора общаются друг с другом. Поэтому все новые идеи быстро расходятся.
— Я думаю, что ты говоришь об этом слишком легко, Ричард. Это беспокоит меня. — «Это очень тревожит меня. Алтеринн может обнаружить, что ты бесплоден, изучая, почему Шарлотта не понесла, и тогда что мне делать?»
Ричард не принял в расчет беспокойство Брандера.
— Забудь об этом. Если Халарек заботится о потомстве, мы можем даже иметь возможность захватить этот Дом. Пора добираться до мальчиков Керэла. Придумайте что-нибудь, добрые маленькие мальчики очень нужны.
— Слушаюсь, мой лорд. — «Он и додуматься не может, что два дня назад я послал убийцу в Дюрлен».
Брандер особенно не заботился, заметил ли Ричард сарказм в его словах. Юра был мертв. Хеммила ждет та же участь. Остались только три кузена, два по линии Дженнена, один по линии Ричарда. Скоро погибнут и наследники Дома Халарека, отвлекая внимание Халарека от Харлана. Три кузена — не проблема.
Совет окончательно убедится в его правоте. Особенно после выступления Халарека по три-д и после того, что он рассказал о Ричарде. Летний Совет состоялся три дня назад. Справедливый гнев, особенно среди Свободных, на высокомерное очевидное нарушение святости Дома Уединения дважды еще не остыл. За три дня линия Дженнена у Харланов станет наследственной по голосованию Совета, а это означает, что только два кузена должны умереть до Ричарда. Три дня. Только три дня.
— Брандер? Брандер? Ты где-то далеко отсюда. Я спросил, что случилось с Юра? Он пропустил дежурный визит на этой неделе.
«Так же, как и все другие визиты, однако».
— Ты ничего не слышал? Я полагал, что аббат рассказал тебе, Даннел приходил раз в две недели. Конечно, на прошлой неделе он пришел специально.
«А я был удивлен, что известия, которые он принес, не могли ждать до дежурного визита. Я рад, что я надоумил Грента передать твоей охране, чтобы сказать Юру, что ты никого не принимаешь. Ужасно окольный путь, но без этого нельзя».
— Даннел погиб три дня тому назад, разбился на флиттере, сразу после возвращения Шарлотты в Онтар. По крайней мере, наш агент в Онтаре доложил, что она прибыла именно в этот день.
После всего его Холдинг — это ее приданое. Возможно, он почувствовал, что он обязан ей помочь. Ты знаешь, насколько несчастна была Шарлотта на прошлой неделе. Особенно, когда она послала как-то весточку своим вассалам. — «А вот и еще один источник внешней информации, правда, Ричард? Слишком плохо». — Он приходил, но он ждал до тех пор, пока ты не отправился на ужин, затем он вытащил Шарлотту через крышу. Он сбросил ей веревку, чтобы она взобралась на стену.