Книжная девочка
Шрифт:
– Сделала что-нибудь?
– Ага.
Колоритная личность подмигнула Арине и выплыла в коридор. Шестерки семенили следом. Осознавать, что именно расскажут чемпионке о Швабре, было нестерпимо больно.
Остальные уроки Виноградова действительно провела на последней парте. Там беспрерывно шушукались. Смеялись. Арина с ужасом ждала развязки, и казалась себе средневековой прокаженной в холщовом одеянии, обшитом колокольчиками. Дабы звон их оповещал о приближении оскверненного неизлечимой болезнью тела. Некоторые изгои помимо всего еще и обязаны были
После классного часа в коридоре к Арине подошел Петров.
– Слышь, Швабра. Не торопись. Отдежурь за Комову с Катаевой.
– Нет.
– Это что, бунт?
Игорек вырвал у Арины из рук портфель и под аплодисменты собравшихся метко запулил его в распахнутую дверь.
– Иди делом займись.
Оранжевый свитер Виноградовой отделился от хохочущей кучки одноклассников. Арина отступила на шаг. В животе сжался и запульсировал противными толчками ледяной ком. Нет. Нет! Нет!!! Только не это. Не ЭТО.
Не это и произошло.
Схваченный за нос Игорек тонко верещал и пытался вырваться.
– Ты вот что, дорогуша, быстренько сбегай за сумочкой. Лады?
Освобождая истерзанный Петровский нос, звезда спорта ласково щелкнула его по лбу.
– Поспеши, родной. Жду я.
– С ума спятила, Виноградина! Было б из-за кого.
– Сумку.
Повторила Алена холодно и громко. В рядах козырной пятерки и прихвостней началась легкая паника.
– Немедленно.
– Да ты, че?
Игорек предпринял еще одну попытку проскользнуть мимо. Алена предупредила весело.
– По стене размажу.
Попавший между молотом и наковальней Петров словно вылинял и поблек. Если бы он мог раствориться в воздухе, то непременно сделал бы это.
– Я жду.
Ждали и остальные. Не так, чтобы в полном, но все же - в оцепенении. Классическая театральная немая сцена. Арина не видела себя со стороны. Руки стиснуты и прижаты к груди. Лицо расцвело ярко красными пятнами. Нижняя губа прикушена. Она боялась разрыдаться и сдерживалась изо всех сил. Сказать что странная выходка красивой девочки, с которой они случайно перебросились десятком реплик, повергла ее в шок... значит, ничего не сказать.
Загнанный в угол Петров прыгнул в сторону в надежде обогнуть неожиданное препятствие и спастись. Виноградова изящным и жутким плывущим шагом догнала его через три-четыре метра, не больше. Поймала за кисть руки. Неуловимым движением тела, приседая и разворачиваясь, направила бег Игорька вокруг себя, а затем к стене. Пакостник тонко заверещал, уткнувшись физиономией в портрет лысого вождя всех времен и народов.
– Ты оглох, Петров? Или перепутал меня с кем-нибудь? Я словами не бросаюсь.
– Оставь его, Виноградина.
Издали попросила Катаева.
– Ох, не встревай, подруга.
Нехорошо улыбнулась звезда спорта
– Эта гнида получает небольшой и заслуженный урок.
Без рывка, спокойно и без видимых усилий, она отклеила Петрова от плаката. Отпустила.
– Принесешь?
Уничтоженный Игорек кивнул.
– Давай.
Виноградова стряхнула с юбки несуществующую пылинку и подмигнула Арине.
– Он хороший мальчик. И сделает все как надо.
Сопровождаемый гневным
– Подними и отдай.
Вновь от теплоты в голосе Виноградовой не осталось и следа. Тихо и свирепо она повторила.
– Подними.
Игорек, перекосившись, сделал все, что было велено. В лицо Арине он не смотрел.
– Умница. А теперь пошел вон. От тебя нехорошо пахнет. Дерьмом.
Рассмеялись почти все. Игорек, как ошпаренный снялся с места и рванул прочь.
– Идем, Родионова. Мне еще поесть успеть.
Арина не смогла ответить. Только кивнула. На закушенной губе показалась кровь. И переступив невидимую черту, приблизилась к Великолепной, Непобедимой, Ослепительной нескромной звезде. Она физически ощутила, как ореол чужого блеска окутывает ее.
– Не стой столбом. Так я с голоду помру. Пошли.
Вдвоем...
Вдвоем?
Вдвоем!!! Они проследовали мимо одноклассников. Пушки радостно не палили. И салют никто не отдавал. Пароходы не гудели. Момент Истины свершился в абсолютной тишине, прерванной ласковой фразой победительницы.
– Пока, ребятишки.
Ей ответили. Кто с вежливой ненавистью. Кто весело. Кто равнодушно. Кто потрясенно. Кто задумчиво.
– Пока.
– Бывай.
– До завтра.
Арина спиной ощущала "доброжелательные" взгляды.
– Плюнь на них и разотри.
Громко прокомментировала Несравненная Виноградова.
– А будет, кто возникать... Все равно кто... язык вырву. Запросто. За мной не заржавеет.
Арина провалилась в короткий тревожный сон. В благоухающем дачном сумраке (окна прикрыты ставнями, дверь занавешена марлей от мух) всегда хотелось спать.
– Сурки, ленивые.
Подтвердила хозяйка и заразительно зевнула.
– Дурной пример подаете, паразиты. А, впрочем, можно и подремать. После сытного обеда по закону великого древнего грека Архимеда полагается... Чего там собственно то говорится?
Лодыри усердно сопят и не отвечают.
На дачу Арину брали редко. Помощи от нее никакой, хлопот, правда, особенных тоже не доставляет. Подруги, повзрослев, изрядно отдалились друг от друга. Хотя, как и прежде, звонок в дверь мог раздаться безо всякого предупреждения. И любая половина этого странного тандема имела право плакать или смеяться не одна, а ВМЕСТЕ. Практически в любое время суток. Была бы необходимость.
Оставив большой спорт, из которого Виноградова помимо разболтанного здоровья и огромного количества травм вынесла умение "пахать до упада", Алена едва не пропала. Сбежав от родных - сестра, мать и отец (тихий алкоголик) в честно заработанную однокомнатную квартиру, добыв правдами и неправдами гараж для призовой колымаги, она занялась жизнью. Тем, что раньше проходило мимо: гулянки-пьянки, мужчины и все, что этому сопутствовало. Арина ничего не могла поделать. Она и разговаривала с подругой, и ругала ее, и плакала, все без толку. Но видимо ангел-хранитель Алены, однажды протрезвев, пришел в себя, ужаснулся увиденному и взялся за дело. Круто взялся, однако.
Офицер Красной Армии
2. Командир Красной Армии
Фантастика:
попаданцы
рейтинг книги
