Кобра

Сильвен Доминик

– Он вам об этом говорил?

– Нет, но это и так было видно. Он вдруг стал лучше одеваться. Меньше есть. Он вел себя как мужчина, который хочет нравиться и боится, что это ему не удастся. Вот что я знаю!

Она почти кричала. Алекс Брюс подумал, что после эпизода с Жюстеном Лепеком все стало как-то опасно повторяться.

– Это вам он хотел понравиться?

– Разумеется, нет, - возмущенно ответила Карла.

–

Кому же тогда?

– Если б я знала, я бы вам сказала! Поль был обаятельным человеком. Умным и мягким.

– Позвоните мне, если еще что-нибудь узнаете, - сказал Брюс, протягивая ей визитную карточку.

Карла отказалась брать визитку, взгляд ее вспыхнул.

– Нет, вы посмотрите! Сейчас что - обеденный перерыв и вы с голоду умираете? У вас нет времени расспросить людей, которым есть что сказать? Вы на госслужбе не переутомляетесь, зато все время жалуетесь.

С каменным выражением лица Брюс сказал:

– Единственный из нас, мадам, кто сейчас ничего не делает, - это мой сослуживец, который нарвался на пулю. Он выиграл право отдохнуть в госпитале.

Дани Лепек поднялась с места. Она твердым голосом попросила Карлу «оставить ее на две минуты с полицейским». Темпераментная блондинка как-то сразу обмякла и повиновалась.

– Вам тоже вдруг припомнилось кое-что о Поле Дарке, мадам Лепек?

– Разумеется, нет, я была с ним едва знакома. Сожалею о том, как ведет себя Карла и еще о вашем раненом сослуживце. Мне показалось, это близкий вам человек.

– Да, друг.

– Ну вот, я всем сердцем сочувствую вам, майор, поверьте.

– Спасибо. Итак, чем я заслужил эту беседу с глазу на глаз вдали от деятельного Федерико?

– Деятельного? Ну, это спорно. Однако речь не об этом.

– О чем же?

– Я вас уже где-то видела, майор.

Брюс ничего не ответил. В отличие от Карлы, думал он, Дани Лепек вблизи только выигрывает. Для пятидесятилетней женщины у нее великолепная кожа. Упругая, несмотря на морщинки. Тонкая и изысканно белая. Красивая немолодая женщина. Или просто красивая женщина. Она не сводила с него глаз, но в ее взгляде не было ничего провоцирующего. Дани Лепек спокойно размышляла, как будто майор криминальной полиции собирался посвятить ей целый день.

– По телевизору. Я вас видела по телевизору. Совсем недавно.

– Такое возможно.

– Дело о серийных убийствах. Какой-то подонок убил с десяток женщин. А вы его поймали.

– Так и есть.

– Не каждый день встречаешь такого человека, как вы.

Брюс улыбнулся:

–

Мне тоже кажется, что я вас где-то видел.

Она улыбнулась в ответ. Брюс про себя отметил, что стоит она как-то по-особенному. Все люди какую-то часть дня проводят стоя, но у некоторых это выходит красивее, чем у других. У нее грациозная осанка. И очень естественная. Брюс нисколько не удивился, когда Дани Лепек сказала:

– Я была моделью у Хельмута Ньютона. Давно уже.

Он мог бы ей польстить, возразив: «Не так уж и давно». Но с этой женщиной такие штучки не пройдут. Она вовсе не собиралась извиняться за поведение своего мужа. Вместо этого она решила пойти навстречу Брюсу и посмотреть, что будет. Она так здорово взвешивала комплименты, что в них почти уже верилось. Они расстались, вновь мило улыбнувшись друг другу. Не то чтобы сообщники, но люди, вполне друг друга понимающие. Отправляясь в «Ла Куччина», Брюс прошел через будку охранника, как через государственную границу. Границу, отделяющую весьма специфический мир «Корониды». Мир, напоминающий какую-нибудь американскую «мыльную оперу».

Нет, не так. Вернемся лучше к метафоре зверинца, подумал Брюс. Жюстен Лепек - это мангуст, Дани Лепек - черная пантера, Карла Ферензи - гиена, Федерико Андрованди - шакал, а Марко Ферензи - он… он… Вот с ним пока не ясно, но прояснится непременно.

8

По телефону голос Мартины казался особенно красивым. Брюс отдавал себе отчет, что слушает его, точно музыку. Но в этой мелодии ему почудились нотки раздражения, и, прислушавшись, он понял, что не ошибся. Мартина не могла так просто смириться с их разрывом. Назревали проблемы. Несмотря на мелкий, моросящий дождик, он сел на скамейку как раз напротив ресторана и сразу перешел к делу:

– Ну, так были у него нелады с отцом?

– Похоже, что нет. Впрочем, суди сам.

За безразличным тоном чувствуется упрек. В чем она хочет его убедить? Что лучше было провести допрос вдвоем? Подозреваемый оказался бы меж двух огней: между фараоном жестким и его более сговорчивым коллегой. А так ей пришлось играть сразу все роли, и она считает такой метод работы менее продуктивным. Вообще-то она права, согласился Брюс. Мартина продолжала:

– Феликс мечтает жить со своей подружкой. Но для этого надо было бросить великолепную квартиру в пятом округе и пойти жить в захудалую студию. У него недостаточно денег, чтобы найти третий вариант.

– А как с наркотиками?

– Ждем результатов из лаборатории. Он уверял меня, что принял транквилизатор, а я не нашла способа выяснить, есть ли за ним грех посерьезней. Что в «Корониде»?

– Я встречался с обоими компаньонами - с Ферензи и Лепеком. Странные люди. В особенности тот, что постарше, Лепек.