Кочевник

Брайану Томпсону

Огромная признательность Робу Кингу, Трою Деннигу, Роберту М.Пауэру, Сандре Вест, Дженифер Робертсон, Деб Ловел, Брюс и Пегги Вили, Эмили Тузсон, Адель Леон, сотрудникам корпорации Хонда в Аризоне и моим студентам, которые заставляли меня постоянно работать из всех сил и учили меня, пока я учил их.

Тяжелая, деревянная, сводчатая дверь медленно открылась сама, ее железные петли протестующе заскрипели. Виела тяжела сглотнула и вдохнула поглубже, чтобы успокоить

свои нервы. Она запыхалась после длинного подьема по крутым ступенькам лестницы, ведущей на самую верхушку башни, и ужасный запах, буквально лившийся через дверь, вызывал у ней головокружение. Ее колени ослабели от страха и усталости, так что ей пришлось опереться о дверной косяк, сражаясь с тошнотой, поднявшейся изнутри. Ощутимые флюиды зловещей силы, выходившие из комнаты, подавляли ее волю. Она чувствовала, как они спускаются по длинной винтовой лестнице, и идти против них было все равно, что плыть против сильного течения.

— Войди, — сказал замогильный голос изнутри.

Женщина-темплар вошла и встала неподвижно около входа в мрачную, круглую комнату, с нехорошими предчувствиями уставившись на гротескную фигуру, которая неясно вырисовывалась перед ней. Фигура стояла перед окном башни, глядя сверху на город, пока темное солнце медленно спускалось за горизонт, а тени удлинялись.

— Подойди ближе, я хочу посмотреть на тебя, — сказал дракон.

Виела нервно сглотнула. — Как хотите, милорд.

Нерешительно она подошла к ужасному созданию, которое повернулось и уставилось на нее замораживающим взглядом желтых, немигающих глаз.

— Напомни мне еще раз, — сказал дракон. — Как тебя зовут?

— Виела, милорд, — ответила она.

— А, да. Теперь я вспомнил. — Замечание вылетело из его рта совершенно равнодушно, без всяких эмоций. Возможно, он действительно вспомнил ее. И возможно он тут же забудет ее, когда она выйдет из этой страшной комнаты.

Самое трудное для Виелы было поверить в то, что это, наводящее страх создание, которое стояло сейчас перед ней, когда-то было ее мужем. Он и сейчас был ее мужем, но никакого следа человека, которого она когда-то знала, не осталось. Она вспомнила, какой гордой она была, когда ее выбрали в жены Королю-Тени Нибеная. Ее родители просто лопались от гордости. Их дочка будет королевой, хотя, строго говоря, многочисленные жены Нибеная были темплары, а не королевы. Но когда они поступали на службу к Королю-Тени, их готовили к их новой роли в общественной жизни города, названного по имени их короля. Они должны были выполнять свой долг, быть самыми верными слугами Нибеная и носителями его силы.

Для Виелы это означало оставить свою хижину и переехать во дворец, где она должна была жить в невообразимой роскоши вместе с остальными женщинами-темпларами, которые все были женами Нибеная. Это означало, что ей больше не надо бегать босой по жесткому земляному полу, но она обязана мыть каждый день свои ноги и тело в сопровождении целого эскорта слуг, а потом надевать мягкие, закрытые сандали и не торопясь ходить в них по изысканным мозаичным полам. Она должна была сбрить свои срамные волосы и забыть о том, что такое лохмотья, она должна была носить белые, воздушные платья, отделанные золотом и серебром, и менять их каждый день. Ее обучили читать и писать, познакомили с законами города и научили, как добиваться их выполнения, но, что еще более важно, ее обучили волшебству и как получать силу от Короля-Тени.

Она так никогда и не узнала, почему выбрали именно ее. Нибенай был великий маг, и, как говорили, он мог видеть все. Возможно, он увидел ее в магический кристалл, когда она готовилась ко сну, и она возбудила его фантазию. Возможно, одна из его жен заметила ее, когда

она, босиком, бегала по городу, и выбрала ее для гарема. Ей никогда не говорили этого, а она быстро научилась не спрашивать. Жены говорили ей только то, что ей полагалось знать. — Ты знаешь еще слишком мало, чтобы задавать вопросы, — сказали старшие темплары, которые обучали ее. — А когда ты узнаешь достаточно, тебе уже не надо будет спрашивать.

Ей было только двенадцать лет, когда она пришла во дворец. Церемония свадьбы была совершена на следующий же день. Ее побрили, искупали в настоящей ванной, ее кожу смазали ароматическими маслами, а потом на нее надели длинное белое платье. Небольшой золотой браслет украсил ее голову. Затем ее провели в большой центральный зал дворца, где стоял королевский трон. Все жены короля стояли там же, одетые в такие же длинные белые платья, выстроившись по обе стороны от трона. Они стояли в соответствии с возрастом, от самых юных и свежих девочек до старых, морщинистых женщин.

Виела испытывала душевный подъем, у нее даже слегка кружилсь голова от возбуждения и, одновременно, тревоги. Она никогда не видела Короля-Тень раньше… впрочем, как оказалось, она не увидела его и день своей свадьбы. Трон оставался пуст, пока верховная женщина-темплар проводила торжественную свадебную церемонию. Она была коротка и включала в себя клятвы, которые она, как жрица, приносила Королю-Тени. Когда все закончилось, каждая жена подошла к ней и слегка поцеловала в обе щеки. Она вышла замуж, но ее муж даже не появился на собственной свадьбе.

Прошло долгих пять лет, прежде она впервые увидела его. За эти пять лет она закончила свое обучение и действительно стала темпларом. В ночь ее официального утверждения темпларом, король-волшебник послал за ней. Ее опять искупали в ванне и смазали ароматическими маслами, надушили самыми изысканными духами, но на этот раз все волосы с ее тела были сбриты. Потом ее торжественно проводили в спальню Короля-Тени.

Она даже не знала, чего ей ожидать. Она жила во дворце уже пять лет, но не только никогда не видела его, но даже не могла поговорить о нем с другими женами. Его имя не упоминалось никогда, за исключением официальных приказов. И когда ее привели в спальню, он уже ждал ее. Она стояла с опущенными вниз глазами все время, пока свита не вышла. Наконец она рискнула и подняла глаза. Он просто стоял, глядя на нее.

Он оказался высоким мужчиной, выше шести футов роста, худым и мрачным, с глубоко впалыми чертами лица. Он был абслютно лыс, и его нос был изогнут, как клюв у птицы. Шея и руки казались несуразно длинными и тонкими, а пальцы напоминали когти. Лоб настолько выдавался вперед, что походил на гребень горы, нависшей над глазами-озерами, которые были странного, золотистого цвета. Он не сказал ничего, просто вытянул свою, похожую на лапу руку в ее направлении. Быстрое движение скелетоподобных пальцев, и ее одежда спала с нее и она осталось голой. Потом он повел ее в кровать.

То, что ожидало ее, было совершенно не похоже на то, как она себе это представляла. Комната внезапно стала темной, настолько темной, что она не смогла бы увидеть даже свою собственную руку, если бы поднесла ее к лицу. Она почувствовала, как он уложил ее на огромную кровать, а потом его нагое тело скользнуло на нее.

Не было поцелуев, обьятий или нежных слов, вообще никаких слов. Все кончилось почти сразу, толком не начавшись. Он взял ее, что-то пробурчал с удовлетворением, хотя и непонятно, что ему понравилось — сам акт, или то, что она оказалась девственницей, она не могла сказать — и в следующее мгновение медные светильники вспыхнули, залив комнату светом, и он исчез. И потом она не видела его больше десяти лет.