Код да Винчи
Шрифт:
– Да потому, что они убийцы! Убили нескольких человек, в том числе и деда Софи. А стало быть, раздобыли ключ и пароль преступным путем.
– Мистер Берне, мои люди проверили ваше прошлое, круг ваших интересов. И убедились, что вы человек высокой культуры и прекрасно образованны. К тому же вы человек чести. Как, впрочем, и я. А стало быть, даю вам слово офицера, начальника судебной полиции Франции, что ваша шкатулка, как и репутация банка, в надежных руках.
Глава 90
Лейтенант
– Так вы считаете, прослушка всех указанных здесь людей велась с помощью этой системы?
– Да, – кивнул агент. – И данные собирались больше года.
Колле перечитал список.
КОЛЬБЕР СОСТАК – председатель Конституционного совета.
ЖАН ШАФФЕ – куратор музея Жё-де-Пом.
ЭДУАРД ДЕСРОШЕ – старший архивариус библиотеки Миттерана
ЖАК СОНЬЕР – куратор музея Лувр.
МИШЕЛЬ БРЕТОН – глава DAS (французской разведки).
Агент указал на экран:
– Особенно их интересовал номер четыре.
Колле молча кивнул. Уж он-то сразу заметил это имя. Жака Соньера прослушивали. Затем он снова пробежал глазами весь список. Но как удалось поставить на прослушку всех этих известных людей?
– Вы прослушали хоть что-то из этих аудиофайлов?
– Несколько. Вот самый последний. – Агент защелкал клавиатурой. Микрофон ожил.
– «Capitaine, un agent du D'epartement de Cryptographie est arriv'e».
Колле просто ушам своим не верил.
– Но это же я! Мой голос! – Он вспомнил, как сидел за столом в кабинете Жака Соньера и сообщал Фашу по рации о прибытии Софи Невё.
Агент кивнул:
– Большая часть разговоров, которые мы вели в Лувре во время расследования, была доступна некоему третьему лицу.
– Вы послали людей на поиски «жучка»?
– В этом нет необходимости. Я знаю, где он находится. – Агент подошел к столу, где лежали какие-то заметки и распечатки. Порылся в бумагах, нашел страничку и протянул Колле. – Вам это знакомо, не правда ли?
Колле изумился. В руках у него была фотокопия старинной схемы с изображением неизвестного механизма. Он не смог прочесть написанные от руки по-итальянски подписи и пояснения к рисунку, но в том и не было необходимости. Он сразу понял, что это такое. Двигающаяся и открывающая рот фигурка средневекового французского рыцаря.
Того самого рыцаря, что стоял на столе у Соньера!
Колле взглянул на поля, где красовались какие-то примечания, написанные красным маркером и по-французски. Похоже, то были пояснения, где и как лучше всего разместить в рыцаре «жучок».
Глава 91
Сайлас сидел на пассажирском сиденье «ягуара», припаркованного рядом с церковью Темпла. Ладони были влажны от пота – так крепко он сжимал в руках краеугольный камень. Он ждал, когда Реми закончит связывать Тибинга веревкой, найденной в багажном отделении лимузина.
Наконец
– Ну как, надежно? – спросил его Сайлас.
Реми усмехнулся, сбросил с волос капли дождя и посмотрел через опущенную перегородку. В глубине салона, в тени, виднелся скорчившийся на полу Лью Тибинг.
– Куда денется!..
Но тут Сайлас услышал сдавленные крики и возню и понял, что Реми залепил рот Тибингу куском уже однажды использованного для этой цели скотча.
– Ferme ta gueule! [64] – прикрикнул Реми, оглянувшись, и надавил одну из кнопок на панели управления. Поднялась непрозрачная перегородка, тут же отделившая их от остальной части салона. Тибинг исчез, голоса его больше не было слышно.
Реми покосился на Сайласа и проворчал:
– Успел по горло наслушаться его нытья!
64
Заткнись! (фр.)
Несколько минут спустя, когда лимузин мчался по улицам Лондона, зазвонил мобильник Сайласа. Учитель! Он торопливо нажал кнопку:
– Алло?
– Сайлас! – прозвучал голос со знакомым французским акцентом. – Слава Богу, наконец-то слышу тебя. Это значит, ты в безопасности.
Сайлас тоже обрадовался. Он уже давно не слышал голос Учителя, а сама операция шла совершенно не по плану. Теперь же вроде бы все постепенно налаживалось.
– Краеугольный камень у меня.
– Прекрасная новость! – сказал Учитель. – Реми с тобой?
Сайлас удивился. Оказывается, Учитель знал и Реми.
– Да. Это Реми меня освободил.
– По моему приказу. Сожалею, что тебе пришлось так долго переносить тяготы плена.
– Физические неудобства ничто. Самое главное, что камень теперь у нас.
– Да. И я хотел бы, чтобы его как можно скорее доставили мне. Время не ждет.
Сайлас и мечтать не мог о таком счастье. Наконец-то он увидит самого Учителя!
– Да, сэр. Слушаюсь, сэр. Буду счастлив исполнить ваше приказание.
– Вот что, Сайлас. Я бы хотел, чтобы камень доставил мне Реми.
Реми? Сайлас сник. Какая несправедливость! И это после всего того, что он сделал для Учителя? Он вправе рассчитывать на награду. Наградой могло бы послужить доброе слово при личной встрече. А теперь получается, все лавры достанутся Реми?..
– Чувствую, ты разочарован, – сказал Учитель. – А это, в свою очередь, означает, что ты не понял истинных моих намерений. – Тут Учитель понизил голос до шепота: – Поверь, я предпочел бы получить краеугольный камень именно из твоих рук. Рук слуги Божьего, а не какого-то там преступника. Но Реми следует заняться, и немедленно. Он ослушался меня, совершил огромную ошибку, которая поставила всю нашу операцию под угрозу.