Код Марвел: Сын Криптона

Sagex Валерий

Тут я задумался: «А что я не использовал сверхслух раньше, — мысленно укорил я себя, — я мог бы уже из фургона услышать, есть ли кто в этом доме. Зачем вообще эта шпионская игра, просто какая-то глупость». Ладно, что сделано, то сделано.

Я аккуратно, но стремительно спустился по шаткой лестнице, пересекая комнаты в доли секунды. Оказалось, внутри находились семь упырей, точнее не скажешь. Некоторые крепко спали, а двое сидели за столом и о чём-то разговаривали. Я ожидал увидеть ряды гробов, как в кино, но реальность была куда более будничной и при этом жуткой: когда я добрался до небольшой комнаты на первом

этаже, взгляд зацепился за лежащую на полу груду тряпья. Приглядевшись, я осознал, что эта «куча» движется, дышит – значит, внутри кто-то спит. Там было несколько существ, с виду напоминающих людей лишь отдалённо. Полусогнутые конечности неестественной длины, каждая кисть с пятью пальцами, которые венчали длинные, страшные когти, похожие на сросшиеся ножи. При тусклом свете их когти слегка поблёскивали, будто сделаны из тёмного металла.

Кожа у спящих вампиров была болезненно-жёлтого, почти воскового оттенка, местами иссохшая, но в иных местах выглядела бугристой, с выпирающими венами и залегающими под ними капиллярами. Времена, это было людьми, казались далёкими и нереальными: черты их лиц потеряли гладкость и гармонию. Теперь у них были вытянутые скулы, выпирающие надбровные дуги с тёмными залысинами. Я заметил острые уши, что-то среднее между волчьими и летучемышиными, с широкими раструбами, точно приспособленными для улавливания любого чуждого шума. А изо рта, приоткрытого во сне, выглядывали клыки, слегка длиннее и более изогнутые, чем у типичных вампиров, которых я видел в кино.

А вот другие, что сидели за столом и вели диалог на кухне, — Я окинул взглядом двоих вампиров, на первый взгляд они ничем не отличались от людей, разве что кожа была чуть более бледной, да глаза были багрово красными. Возле них лежали автомат и пара пистолетов. «Разумно обзавелись человеческим оружием», — мелькнула мысль, и я без промедления метнулся по всему дому, извлекая и собирая каждый патрон, чтобы вынести добычу подальше — в открытое поле за фермерским участком. «Пусть теперь попробуют пострелять», — усмехнулся я, мысленно представляя картину, когда они обнаружат пропажу.

Вернувшись в дом, я направился к единственной двери, которую ещё не проверил. За ней начинался подвал: сырой и тёмный. Стоило мне переступить порог, как во мне что-то резко щёлкнуло, и я неожиданно выпал из режима остановившегося мира. Мир перестал быть «замороженным» — а меня будто заковали в невидимые оковы. Тело обдало холодом, сердце заколотилось в безумном ритме, а мозг наводнили тревожные, судорожные мысли. Едва я успел подумать, что здесь происходит, как в кровь произошел выброс адреналина, и я вернулся в ускорение. Уловил краем слуха какой-то звон — будто разбилось стекло.

«Вот тебе и ловушка. Это барьер», — мелькнуло в голове. — «Скорее всего, магический, значит, среди них есть мистик».

Если я сейчас позволю времени идти своим чередом и выйду из ускорения, то вампиры мгновенно почувствуют, что чужак нарушил их границы и вторгся к ним. Они унюхают запах или уловят выброс энергии — да и само заклинание, вероятно, подаст знак хозяину. «Да уж, попадос, с таким уже не шутят», — усмехнулся я про себя, но на самом деле чувствовал, что влип.

Пока думал, осматривал подвал: сплошная сырость, низкие своды, кое-где на стенах выступала плесень. В тусклом свете мелькнули очертания

закованного в цепи мужчины; он сидел на полу, склонив голову на грудь. Судя по форме, это был полицейский. Видно, пострадал, пытаясь выяснить, что творится на ферме. «Вот так заложник… Откуда он здесь?» — я ощутил всплеск жалости и негодования.

«Что за идиотизм я творю?! — выругался я в мыслях, осознав, что в одиночку суюсь в логово вампиров и колдунов. — У меня ведь громадное преимущество, но я снова им распоряжаюсь, как идиот».

Стыд заполнил меня до краев: чувствовал я себя бездарем, который забивает гвозди дорогущим микроскопом. Однако время было дорого. Зная, что я уже выдал себя, решил не останавливаться на полумерах: за несколько мгновений я перетащил всех вампиров, что находились в доме, в одну комнату, связал их толстыми цепями, намотав железо, словно формируя кокон. «Вот теперь вы не убежите от дядюшки Брюса, — мелькнуло мысль в голове, — это вас точно задержит на какое-то время».

«Пора сматываться», — сказал я себе и в следующую секунду уже оказался в кабине фургона, на том же месте, где сидел раньше. «Запуск времени», — мысленно произнёс я и щелкнул пальцами, отменяя ускоренный режим, и всё вокруг вновь ожило.

— …ой! Там вполне могли быть магические барьеры, — прокричал Абрахам, оборачиваясь ко мне с тревогой на лице. — Ты же мог запросто угодить в ловушку!

— Уже поздно, старик, — пробормотал я, морщась от осознания своей оплошности. — Я туда сходил… и попал.

— Чего?! — Блейд, словно ужаленный, перепрыгнул на водительское место, включил зажигание и буквально вдавил педаль газа в пол. Фургон резко сорвался с места, подпрыгивая на ухабах. — Значит, теперь эти твари наверняка знают, что мы здесь?! — его голос был на грани ярости.

Абрахам лишь схватился за голову, успев бросить на меня укоризненный взгляд.

— Я понял, что влип, — начал оправдываться я, ощущая, как лицо заливает краска. — И поэтому… я решил их скрутить. Связал всех цепями.

Абрахам смотрел прямо на меня, грустно покачав головой: — Зачем такая спешка? Надо было сначала посоветоваться. Ты же сам только что сказал, что там барьер. Если среди них есть маг, цепи — не помеха. Он может выбраться и освободить остальных. Да и сам факт, что мы обнаружены, всё усложняет: никакого эффекта неожиданности.

Внутри у меня проносились тысячи мыслей. Мой мозг лихорадочно искал доводы в свою защиту, но их не находилось. «Почему я снова просчитался? Ведь мозг у меня мощнее любого компьютера!» — думал я, осознавая, что всё дело в эмоциях и бушующих гормонах. Подростковое тело при всём моём прежнем опыте всё равно провоцирует вспышки безрассудства, отключает критическое мышление, а ведь я обладаю такой колоссальной силой…

«Господи, — вдруг подумалось мне, — Сука, что бы я вытворял, если бы не имел за плечами целой прожитой жизни? Я ведь ходячее оружие массового поражения!»

От осознания внутри поднялся холодный ужас. Я вывалился из ускорения, Абрахам ещё что-то говорил, а Блейд громко бранился и срывался на повышенный тон, поминая всё, что мог, да и мои умственные способности в придачу.

Честное слово, я чувствовал такую волну стыда, что мне хотелось исчезнуть. Фургон подпрыгивал на кочках, казалось, он вот-вот развалится, но Блейд продолжал давить на газ.