Код Майя: 2012
Шрифт:
— У кого не получилось?
— Я не думаю, что Седрик Оуэн вышел живым. Здесь лежит скелет без остатков одежды и плоти и огромная куча известняка. Даже на мой взгляд неспециалиста, он здесь уже очень давно.
ГЛАВА 2
У подножия горы Инглборо, Йоркшир-Дейлс
Май 2007 года
Скелет был ослепительно белого цвета; кости казались толстыми и неровными из-за
Стелла опустилась на колени и направила луч фонарика, высветив весь скелет от пальцев ног до черепа. В отдаленном уголке ее сознания звучали, как заклинание, фразы из учебника анатомии: «Пальцы ног соединяются с костями стопы. Кость стопы соединяется с…» Словно это помогало ей сдержать нарастающую панику.
Она тряхнула головой.
— Трудно что-нибудь разглядеть под таким толстым кальциевым налетом, но на первый взгляд кажется, что ничего не сломано: позвоночник в полном порядке, ноги не согнуты под необычными углами.
Кит стоял по другую сторону, немного дальше от скелета, чем она. Его фонарик освещал только череп, самый настоящий, а не сделанный из цветного камня, который они рассчитывали найти.
— Он кажется таким умиротворенным, — сказал он. — Будто рыцарь в гробнице, сплошные прямые линии, и руки сложены на груди. Не хватает только меча и…
— А у него есть меч. Смотри.
У Стеллы имелся многофункциональный альпинистский инструмент, восемь дюймов легкого алюминия, достаточно прочный, чтобы доставать застрявшее в камнях оборудование. Концом его Стелла принялась очищать предмет, похожий на меч, но он был покрыт слишком толстым слоем извести.
— Может, он умер до того, как здесь оказался. Или пришел сюда умирать.
— Раньше ты была не склонна делать предположения насчет пола. Ты уверена, что это «он»?
— Я ни в чем не уверена. Не имею обыкновения смотреть беседы со всякими сексопатологами по телевизору. Но кем бы он ни был, он носил что-то на шее.
Под возможным мечом лежал какой-то мягкий предмет, который не сгнил, а оброс известняком. Стелла вытащила его концом своего инструмента и помяла в руках, чтобы раскрошить оболочку.
— Кожаный мешочек, покрытый чем-то, что не пропускает влагу. — С трудом она раскрыла мешочек и вытряхнула содержимое на ладонь. — Медальон. Бронзовый или, возможно, медный. — Она стерла с поверхности грязь. — Это твоя область. На обратной стороне нацарапан знак зодиака — Весы.
В другое время и в другом месте они бы обязательно пошутили по поводу своей находки; их объединяло презрительное отношение к людям, верившим в подобные вещи. Но в присутствии мертвеца диковинный медальон обретал особую ценность.
— Покажи.
Свет от фонарика Кита скользнул по ее плечу.
— Знак нацарапан гвоздем или острием ножа, видишь? Весы, а по обеим сторонам солнце и луна. Если мы его перевернем. — Стелла перевернула медальон и принялась тереть большим пальцем. —
Кит взял медальон в руку, с которой снял перчатку, и поднес к свету. Поскольку он наклонился, чтобы разглядеть изображение, Стелла увидела, что он побледнел.
— Что? — спросила она.
— Дракон, который смотрит на встающую луну. — В его голосе вдруг появился сильный ирландский акцент, словно все английское в нем исчезло перед ликом смерти. — Это герб колледжа Бидз. Такой же я видел на витражном окне перед моей комнатой, над воротами в Большой двор и на арке, ведущей в Ланкастерский двор, а еще на двери в апартаменты магистра. Подобные медальоны носили только магистры Бидза или их посланники, в те дни, когда у них были посланники.
Он повесил медальон на палец, как четки.
— Это не может быть Седрик Оуэн. Он никогда не был чьим-либо посланником. — Кит повернулся вокруг своей оси, и луч света заметался в темноте. — В любом случае он умер у ворот колледжа в Рождество тысяча пятьсот пятьдесят восьмого года, это всем известно. Интересно, может, кто-то еще здесь побывал в поисках черепа?
— Каким образом? Ведь до нас никому не удалось разгадать шифр.
— Мы думаем, что никому. — Кит медленно выпрямился и вернул Стелле медальон, вложив ей в ладонь и сжав ее пальцы. — Пусть он будет у тебя. Мы попытаемся выяснить, кому он принадлежал, когда вернемся.
Сквозь перчатки Стелла почувствовала, какой медальон холодный.
— Если это не Седрик Оуэн, значит, кто-то другой умер рядом с его камнем, совсем как утверждалось в легендах. «Каждый, кто когда-либо касался камня, умирал из-за него». Тони Буклесс сказал это на свадьбе. Я точно помню.
— И ты по-прежнему хочешь отыскать этот камень?
— Естественно. — Стелла провела лучом фонарика по водопаду вверх, а потом вниз. — Только давай попытаемся не увеличить статистику.
В конце концов Стелла была вынуждена нырнуть, но далее порадовалась этому.
Правда, после пугающего мрака пещеры вода оказалась еще одним испытанием: от холода пришлось сжать зубы, чтобы не закричать. Водоустойчивый фонарик отбрасывал луч в три дюйма шириной. Кит держал веревку и медленно ее отпускал. Стелла всплыла, чтобы набрать воздуха и выдохнуть весь накопившийся углекислый газ, и снова нырнула.
В хороший день, в реке, когда светит солнце, она могла задерживать дыхание на целых три минуты. Под землей, да еще при такой низкой температуре, рассчитывала на половину. У нее появилась идея, но было очень мало воздуха, чтобы ее проверить. Стелла отправила луч фонарика на запад, мимо границы бурлящей воды туда, где под ее напором образовались ниши и отверстия в скале. Все вокруг было белым — белая вода, белый свет, белый камень, так что лишь на ощупь можно было отличить одно от другого, и ей оставалось рассчитывать только на свои руки.