Кодекс Агента. Том 1
Шрифт:
— Шувалов, ты что, подкатываешь ко мне свои яйца, обернутые в романтичный флер? — в стекле отражается лицо Трубецкой, на нем застыло искреннее удивление.
— С чего ты взяла, что я говорю о тебе? — оборачиваюсь и с недоумением смотрю на девушку, включив актерские способности на полную.
— Слава Разделенному! — с облегчением восклицает Ольга. — Одной проблемой меньше!
Тьма меня забери! Наши отношения похожи на романтичный сериал про подростков от Мосфильма, в котором встретились юные идиот с идиоткой
— Почему ты ушла из Рода Синих и подписала контракт с Шуваловым? — спрашиваю я, меняя тему разговора.
— Ради твоих красивых глаз, конечно! — отвечает Ольга с ядовитым сарказмом, подходит к окну и становится рядом со мной.
— А ты предполагала, что твоим питомцем окажусь именно я? — подыгрываю, одновременно пытаясь выудить касающуюся меня информацию, и встречаю ее подозрительный взгляд в отражении.
— Я ничего о тебе не знала до нашей первой встречи в Приемной Великого Князя, — уверенно произносит Ольга, но отвечает слишком быстро, и я понимаю, что она лжет. — Меня изгнали из собственного Рода…
Удивление захлестывает меня, словно морская волна, и я в недоумении поворачиваюсь к Трубецкой. В синих как майское Питерское небо глазах застыла боль. Девушка покусывает нижнюю губу и едва сдерживается, чтобы не расплакаться. Я протягиваю ладонь к ее щеке, но Ольга резко отшатывается назад.
— Давай обойдемся без щенячьих нежностей, ладно?! — раздраженно заявляет она. — С кем-нибудь другим я бы напилась, сидя у этого окна и любуясь ночной Москвой с высоты птичьего полета, но не с тобой!
А вот это звучит обидно. Мне хочется еще раз внимательно рассмотреть себя в зеркале и убедиться, что я не превратился в жирного уродливого старика.
— Давай, упомяни еще раз про контракт и подчерки, что общаешься со мной исключительно из-за возложенных на тебя обязанностей! — я начинаю закипать. — Ты делаешь это специально, чтобы разбудить во мне чувство вины и я, не дай Разделенный, не воспользовался тобой в грубой и извращенной форме?
— А не боишься, что я дам отпор? — Трубецкая поворачивается ко мне, и я отшатываюсь от ее вспыхнувшего глубокой синью, тяжелого взгляда.
— Не боюсь, потому что так с тобой не поступлю…
— Шувалов! — Ольга почти кричит. — Пойми, наконец: мы не ровня! Ты — плоть от плоти Рода, а я — вассал Фиолетовых, и обязана удовлетворять твои прихоти!
— Так удовлетворяй! — на моих устах появляется усмешка испорченного херувима.
Ольга отворачивается и прижимается лбом к холодному стеклу панорамного окна.
— Почему тебя изгнали из Рода Синих? — спрашиваю я после длинной паузы.
— Я не хочу об этом говорить!
— Тогда считай мое любопытство сумасбродной прихотью, которую ты обязана исполнить!
— Задай свой вопрос Великому Князю, и он обязательно расскажет
— Зачем пришла?! — спрашиваю я подчеркнуто спокойно. — Сегодняшний урок великосветских манер явно идет кото под хвост!
— Хотела проведать перед сном и убедиться, что ты грызешь гранит наук, а не порно смотришь, — язвительно отвечает Ольга.
— Обязательно позову тебя, если надумаю развлечься — вдвоем будет интереснее, — улыбаюсь, картинно заламывая бровь, и отбрасываю со лба непослушную челку. — Придется сделать хотя бы это, чтобы мы не поубивали друг друга из-за банального недотраха!
Трубецкая отводит взгляд и закусывает нижнюю губу.
— Я по уши в учебе, убедилась? — я киваю на монитор, где все еще светится фамильное древо Рода Шуваловых.
— Прости меня, Саша! — неожиданно мягко заявляет Трубецкая и подходит ближе, в ее глазах стоят слезы. — Я просто сорвалась, а ты совершенно ни при чем!
Мгновенная перемена настроения меня обескураживает. Месячные у нее, что ли… Обнимаю девушку и прижимаю к себе. Ее тело мелко дрожит, а сердечко бьется, словно в груди испуганной птички.
— Знаешь пятое правило Кодекса агентов из игры «Супераристо»? — спрашивает она, обжигая мою шею теплым дыханием.
— Никогда не влюбляйся! — произносим мы одновременно, и через мгновение хрупкую иллюзию единения разрушает настойчивый стук в дверь.
Нехотя плетусь открывать и, распахнув тяжелую дубовую створку, скрежещу зубами от досады — на пороге стоит седобородый Хранитель Рода. Я и забыл, что у нас назначена встреча. Что ж, попытаюсь выудить у него хотя бы какую-то информацию.
— Добрый вечер, Александр Игоревич, — приветствует меня старик, и я отвечаю ему тем же. — Добрый вечер, Ольга Юрьевна!
Откланявшись, Ольга покидает нас стремительной походкой, и я с сожалением провожаю взглядом ее грациозную фигурку. Как же не вовремя явился этот старик! С трудом переключаюсь на Хранителя и приглашаю его в гостиную. Мы усаживаемся за стол, и Никифор Григорьевич выкладывает принесенные подмышкой фолианты в старинных кожаных переплетах с изрядно потертым золотым тиснением.
— Как прошла встреча с дознавателями? — спрашивает Хранитель, и его голос подрагивает от нетерпения.
— Они порылись в моей памяти и сообщили, что я обладаю зачатками Дара…
— На этом — все?
— Уведомили, что Дар довольно мощный, и Тьма надо мной не властна…
— Больше ничего не сказали?
— Ни слова, — я отрицательно качаю головой. — Как они получают способность ковыряться в чужих мозгах?
Никифор Григорьевич внимательно на меня смотрит, прищурив веки, и молчит.