Кодекс

Т. Флорео

— В уголовном кодексе Магны, в соответствующей статье есть кляуза, которая позволяет несправедливо обвиненному бежать из тюрьмы без последствий.

— Ясно. А что насчет Софии. Сони. Передумала с ней бороться?

— Ну, ты же сам сказал, что это совершенно бесполезно. Да и, честно говоря, мне изначально казалось, что план у тебя какой-то

безнадежно наивный, и теперь вижу, что не ошибалась. Если она хочет продолжать заботится о людях…

— Хочу, — кивнула Соня,

— … то я не вижу в этом никакого вреда, и, следовательно, нужды что-то по этому поводу делать. Ладно, давайте пойдем к машине. Ты с нами? — спросила она у Софии.

— Да. Давно не была среди людей. На их уровне, в их мире. Мне этого не хватало. Так что если вы меня возьмете…

— Возьмем.

— Вот и славно, — девушка хлопнула в ладоши от избытка чувств, — тогда давайте пойдем скорее.

— Ладно, я понял, что мы теперь все друзья, сейчас сядем у костра и будем петь “Кумбайя”. Но может мне кто-нибудь рассказать, как это случилось? — в очередной раз спросил Роланд.

— Если позволишь, Мари, я поясню ему, — сказала София.

Майор помедлила, после чего кивнула. Она ожидала, что и напарнику ИИ устроит момент сопричастности. Но вместо этого, девушка просто рассказал ему свою историю. Это получилось у нее намного лучше, чем пересказ Никиты.

Они спустились по лестнице, прошли по заросшим аллеям мертвого города. Выслушав историю Сони напарник впал в молчаливую задумчивость. Девушка тоже шла молча, с загадочной, сдержанной улыбкой. Воспользовавшись тишиной, Никита обратился к майору.

— Я вот только хотел бы прояснить один момент. Мари, ты мне нравишься. Я тебя уважаю. Глубоко сожалею о том моменте слабости, когда стрелял в тебя. И вообще насчет всего. Потому и пытался тебя склонить на свою сторону. Не хотел, чтобы мы были врагами. Ну и, понятное дело, не хотел, чтобы меня отправили за решетку. Но я в тебя не влюблен. Не знаю, откуда ты

вообще это взяла. У меня на самом деле невеста есть. Ты ее даже встречала.

— Девушка из той деревни, где мы ночевали? Та, что с лентами в волосах, она нам еще хлеб и соль подносила. Я права?

— Да. Как догадалась?

— По тому, с какой любовью ты ее смоделировал в своем симулякре. По тому, как у нее загорелись глаза, когда я упомянула твое имя. Хочешь к ней заехать по пути обратно?

— Да, если вам не сложно.

— Нас в участке ждут. Но ради такого дела, можем и задержаться на денек.

— Спасибо.

— Погоди. Как ты вообще понял, о чем я? Мы же были вне зоны доступа к сети. Даже если ты смотрел до этого глазами Роланда, сигнала же не было.

— Не было, да не совсем. Соня отслеживала вас со спутника. И связалась с его нейро односторонним каналом.

— За вуайеризм вообще-то полагаются штраф и внесение в список девиантов.

— Боже, Мари, я же уже сказал, что ночью за вами не подглядывал. Можешь даже у Софии спросить. К тому же мы за вас волновались, хотели видеть как у вас дела.

— Ладно, на этот раз ограничусь предупреждением.

— Я бы не ограничился, — буркнул Роланд, — поставил бы тебе еще один фонарь, для симметрии. Но, раз майор решила так, то ладно. Но я за тобой еще буду следить, уж не сомневайся. Найду, за что взять.

Они приблизились к машине, по очереди вошли внутрь. Майор снова обратилась к Никите:

— Ты случайно не умеешь управлять кроулером?

— Да. Я для первого путешествия в пустошь один такой уг… То есть, я имею в виду, умею.

— Хорошо. В таком случае первая смена за рулем на тебе.

— Моя тогда вторая! — не захотела оставаться в стороне Соня.

— Ну и правильно. Вы нас сюда завели, вам же и вывозить. Тем более что Роланду нужен отдых. А я… Я пока буду думать, как все это объяснить генералу.