Шрифт:
Глава 1.
Сидящая в потрепанном форде серии-ф молоденькая девушка по имени Катрин, которой едва ли исполнился двадцать один год, устав от однообразного пейзажа за стеклом, посмотрела на водителя, а по совместительству еще и ее мужа, Раста. Ей нравилось видеть его за рулем, его загорелые сильные руки, уверенно держащие руль, внушали ей, что под его управлением их совместная жизнь всегда будет держать верный курс. Из радио доносилась монотонная сводка погоды, и она выключила его, изящно потянувшись, чуть оголив плечо, и тут же поправив обратно светлую ткань старомодной
Раст грубовато потрепал ее по плечу, сминая ткань. На его лице возникла блуждающая улыбочка, которая и очаровала невинную Катрин в день их первого знакомства. Эта улыбочка доказывала ее жестокой опекающей матери, что ее дочь могут любить мужчины, да еще как! Правда, материнский голос, засевший в голове, отвечал на это, что, конечно, внимание мужчин можно легко получить, только ноги раздвигай. Катрин же в ответ лишь хмурила высокий красивый лобик, и на глаза ее поневоле наворачивались слезы былых обид, и тогда она начинала нервно теребить светлые пряди волос у лица.
Она снова нежно посмотрела на мужа, с ее губ почти сорвались слова, за которые он полюбил ее моментально. Сказанные невинным шепотом, они заставляли кровь от головы отхлынуть в другое место. Да, Катрин хороша, и он увезет ее как можно дальше от дома, выполняя ее просьбу.
– Как думаешь, дорогой, город Абердин испытывает недостаток в приходских учительницах?
– В таких симпатяшках, как ты – точно!
Они проезжали мимо высушенных солнцем бескрайних полей, на их бесплодной пустоши настоящими оазисами выделялись исполинские круги яркой сочной зелени. Это были фермерские поля, орошаемые установками и удобренные разрешенными пестицидами, они поставляли свежую кукурузу, пшеницу и картофель в остальные штаты. Правда, на этом участке дороги таких кругов не было, везде только ветер и пыль.
– Ой, смотри, там закусочная! – Катрин даже пискнула от радости.
– И заправка, нам надо заправиться, – Раст тоже не сдержал радости от предвкушаемой передышки. Они ехали без остановки почти сутки, и его спина, пострадавшая в уличной драке с одним мексиканцем, давала о себе знать.
Они свернули с асфальта трассы на грунтовую дорогу, и первой их встретила водонапорная башня, на которой было написано имя города крупными, когда-то синими, а теперь бледно-голубыми буквами: КОДИ.
За башней дорога повернула, открыв улицу, по всей видимости, являющуюся главной и, кажется, единственной. Вдоль нее, словно дети, опоздавшие на школьный парад, стояли нарядные здания, с первого же взгляда будто говорящие: “Мы так одиноки”. Несмотря на яркое солнце, заливающее широкую праздничную улицу, Катрин поежилась. Все здания казались пустыми, многие окна были заколочены. И хоть сделано было все аккуратно и с любовью, вид этот навевал недобрые чувства. Желая поскорее стряхнуть вдруг захватившую ее сердце тоску, она неловко хихикнула и указала на вывеску, желая отвлечься разговором:
– Смотри, Раст, здесь все названия имеют в себе название города! “Коди Хаскер Паб”, там мы сможем перекусить, а вот там вывеска “Коди. Поставка товаров первой необходимости”, так странно…
– Как будто город принадлежит одному человеку, да? – поддержал ее мысли Раст.
– Да! И при этом, кажется, что здесь никого нет…
– Зря заехали, сейчас развернусь!
Раст сплюнул в окно и поддал газу, стремясь покинуть город, от которого у него по спине ползали липкие мурашки, а ведь его непросто напугать! Да он и не испуган, просто… мало ли, какие идиоты могут жить в таком месте?
По улице, наперерез машине пробежал ребенок, одетый в джинсовый комбинезон. Он остановился на пороге бара, махнув рукой, привлекая внимание пассажиров автомобиля. Его хрупкая фигурка и тонкое лицо, обрамленное густыми кудряшками, мгновенно приковывали внимание.
– Раст, посмотри, вдруг это потерявшийся ребенок? – Катрин схватила его за рукав. Детей у них еще не было, но Катрин не собиралась слишком долго работать учительницей, она мечтала о белом домике с низеньким забором и, конечно же, милом малыше, который скрепит их брак. Она надеялась, что у них родится мальчик, похожий на Раста.
– Ага, а может это маньяк, и нас поджидает его дружок за углом? Ты что, фильмы ужасов не смотрела? – Раст говорил серьезно, но под конец предложения его пробрал смех, уж очень забавно выглядел парнишка.
Машина остановилась, не начав разворот, окно открылось, и из него донесся мелодичный голос девушки, ее белые волнистые волосы сразу подхватил ветер. Она подозвала к себе ребенка взмахами рукой, кольцо на пальце так и сияло в солнечном свете. Когда тот подошел, она поняла, что он намного старше, чем ей показалось сначала, она дала бы ему лет 18-20, а, может быть, и больше, но из-за хрупкого телосложения и фасона одежды он казался маленьким.
Он подошел, все еще держа ладонь надо лбом наподобие козырька от солнца. От пристального взгляда его синих глаз не укрылась ни одна деталь в облике заезжих гостей, казалось, он смотрит насквозь. Эти глаза приковали внимание Катрин, она пыталась вспомнить, где видела подобный оттенок.
Одна лямка его комбинезона спадала с плеча, и он поправил ее неуловимо очаровательным движением. Она проделывала это же самое движение несколько минут назад, и сейчас увидела его, как в отражении. На ногах у него были грубоватые кожаные ботинки, все истертые от долгой носки, но выглядящие удобными.
– Послушай, малыш, здесь можно перекусить?
Не успел он ответить на вопрос Катрин, как дверь паба открылась, и оттуда вышел мужчина, по которому сразу было понятно, что это коренной житель сельских жарких равнин. Его красноватое веснушчатое лицо обветрилось от долгого пребывания на солнце, а закатанные рукава чистой, но старой клетчатой рубахи обнажали сильные руки, такие могли управлять и трактором, и лошадью, а в баре с одинаковым грубоватым изяществом держали пивную кружку и отвешивали удары кулаками.
На его голове была фирменная кепка заведения, и он приоткрыл дверь в паб, показывая, что внутри уютный свет, столики и работает телевизор. И, конечно, холодильник, полный напитков. Перед последним пассажиры форда серии-ф не смогли устоять, и, переглянувшись, вышли из машины.
– Сэр, так вы работаете? А мы уж думали, что здесь все закрыто! – Катрин была рада размять не только спину, но и язык. Чего уж скрывать, Раст легок на разговор только в том случае, если уговаривает ее снять лифчик.