Кофе в постель
Шрифт:
С довольным вздохом, Наташа упала на его плечо, поддерживаемая сильными руками Славы, и прижалась губами к неистово пульсирующему пульсу на его шее.
— Знаешь, солнце, ни одной чертовой звезде не сравниться с тобой, в плане исполнения желаний, — хрипло, с усмешкой прошептал Святослав, глубоко вздохнув. И привычно уже обхватив ее подбородок своими пальцами, он впился в слабо улыбнувшиеся губы Наташи.
Глава 9
Святослав перевернулся со спины на бок, просыпаясь от того, что неподвижные
Слава замер, ощущая, как застывает все тело, напряженно вслушиваясь в тишину огромного дома.
Но так и не открыл глаза.
По весьма банальной, но столь постыдной для любого мужчины причине — он испугался.
И подобной маленькому ребенку, неосознанно, прятался за убеждением, что если он не видит чудовищ под кроватью — то и они не увидят его.
Конечно же, он не ожидал обнаружить в своей спальне воображаемых монстров. Судя по всему, Святослав вообще, находился здесь совершенно один.
Не то, чтобы в этом имелось хоть что-то непривычное.
Слава всегда спал сам. Всю свою жизнь.
Может быть, в детстве он и провел пару ночей в родительской кровати, но воспоминаний об этом не сохранилось. В сознательном же возрасте, Святослав никогда, ни единого разу не спал с женщиной в полном и прямом смысле этого определения.
Даже с Катериной, хотя и планировал жениться на ней. Она всегда настаивала, чтобы он уходил после пары часов, проведенных вместе. И уж тем более, он не спал ни с одной из тех женщин, которые были у него после того, как он застал свою «почти-невесту» с их однокурсником в весьма откровенной, а потому, не оставляющий вероятностей для отрицания и уверток, ситуации.
Пары часов общения с противоположным полом ему оказывалось достаточно. И хоть номер в гостинице Слава всегда снимал на всю ночь, он же, обычно, и уходил оттуда первым, не планируя отдыхать в компании очередной женщины.
Так было всегда. До этой ночи.
До того момента, как Наташа согласилась остаться у него.
Собственно, не то, чтобы Слава спрашивал.
Просто он даже представить себе не мог, что отпустит Нату куда-то, после того, что между ними произошло. В его сознании не укладывалась мысль, КАК он может отвезти ее этой ночью домой, или позволить уехать самой?
Слишком много всего необычного и непривычного случилось с ним из-за этой женщины.
Но не об этом сейчас думал Святослав.
Он просто пытался понять, почему ее нет рядом с ним в постели?
Неужели Наташа могла уехать?
В принципе — да, а почему она не смогла бы этого сделать?
В конце концов, вызвать такси в частном секторе ничуть не сложнее, чем в обычном спальном районе. Тем более что табличка с номером дома и названием улицы располагалась на том самом фасаде, которым Ната вчера так восхищалась.
Она вполне могла уйти… по разным причинам.
Например, у нее могли иметься дела,
Да что угодно могло послужить толчком. В конце концов, она могла просто испытать неловкость из-за всего, что случилось между ними.
Вот только, почему-то, в мозгу не удерживалось ни одно из этих объяснений, кроме самого болезненного и неприятного для него: утром — все могло показаться ей совсем иначе, чем ночью, после бокала мартини и чувства благодарности за то, что Слава избавил ее от трудной ситуации.
Святослав понимал, что это — самое маловероятное объяснение.
Серьезно понимал.
После того, что вчера между ними произошло, после всего, что они оба (Святослав ни капли в этом не сомневался), испытали — глупым казалось предполагать, что Ната, вдруг (!), внезапно и неожиданно, обратила внимание на ущербность Славы.
Но он слишком сильно привык опасаться того, как все его воспринимают. Казалось, этот страх уже не просто бежал в его крови, а пропитал каждую мышцу, каждую клеточку тела, несмотря на показное безразличие.
И ведь ее же не было рядом…
Сжав зубы, Святослав заставил себя открыть глаза и рывком сел в кровати.
Лучший способ побороть страх — посмотреть прямо на него.
Спальня, как он и предположил по отсутствию каких бы то ни было звуков, оказалась совершенно пустой.
Он до хруста, до боли сжал пальцы.
Святослав не представлял, что она могла уйти после того, как он узнал, насколько это приятно — засыпать рядом с ней. Понял, как здорово уткнуться носом в короткие завитки на затылке Наты, еще влажные после того, как они занимались любовью и осознать, что под тонким шлейфом духов — она вся легко-легко пахнет кофе. Ни одна чертова фантазия, посещавшая его за этот месяц, и вполовину не была настолько великолепной, как реальность. Вот только…
В этот момент его глаза, уставившиеся в пространство комнаты, привлекло нечто на тумбочки у кровати. Насколько Слава помнил — у него никогда там ничего не стояло.
Резко повернув голову, он удивленно посмотрел на свою собственную чашку, полную кофе.
Капучино.
Даже с карамелью, вероятно, судя по затейливому узору коричневатых полосок на пене.
Хотя, он мог бы поклясться, что в его доме не имелось ни капли карамели. Никогда. Он все равно не умел ее в кофе лить, только выплеснул бы полбутылки.
Продолжая пялиться на это необъяснимое для него явление, Слава протянул пальцы, только теперь осознав, что все еще зажимал их в кулак, и дотронулся до керамики.
Та оказалась горячей.
И лишь сейчас он понял, что все это время ощущал легкий аромат кофе. Просто списал его на запах, который стал для него ассоциироваться с Натой.
Но если этот кофе стоял здесь, и он был горячим, то…
Святослав ощутил, как понемногу начала отпускать нелепая, но такая привычная уверенность, что и она оттолкнет его из-за отличия.