Кофейное сердце
Шрифт:
Глава 1
Чужой сентябрь
Небо было безоблачным. Деревья и трава ещё и не начинали желтеть. Солнце светило ярко, но уже не с летней агрессивностью: в нём появились вальяжность, спокойствие, даже торжественность. Я сидела на подоконнике, наблюдала всю эту погодную идиллию и грустила.
Может быть, если б шёл дождь или неожиданно выпал снег, я была б не настолько огорчена. Обидно сидеть дома из-за плохой погоды… но куда обидней, если на улице хорошо, а идти тебе попросту некуда!
Окна мои выходили на школьный двор. Сегодня, как и полагается первого сентября, на этом дворе происходила
Год назад этим пацаном был мой одноклассник. Год назад я стояла там же, среди ребят. Год назад я была уверена, что уж следующее первое сентября встречу в более интересном месте…
Странное дело! Столько лет сентябрьская линейка была для меня ненавистным мероприятием, означающим окончание лета и необходимость подниматься спозаранку просто ради того, чтобы потоптаться около школы, послушать речи директора и посмотреть на катание какой-то малявки… А теперь я завидую. Завидую тем, кто внизу. Тем, кто весь этот год будет маяться на уроках, пыхтеть над домашкой и волноваться перед контрольными. Ведь они занятые люди! Люди, являющиеся частью определённого коллектива! Люди со своим собственным местом в жизни! И каждое утро им есть, куда пойти…
Не то что мне.
Мне, жалкой неудачнице Евгении Харитоновой…
Ещё три-четыре месяца назад мы с одноклассницами радовались, что школа вот-вот закончится. Делились друг с другом планами. Глубокомысленно рассуждали о вузах, болтали об их достоинствах и недостатках. Предвкушали, какой радостной окажется студенческая жизнь: свобода, парни, дружба, никаких предметов не по профилю, и главное – никаких домашних заданий или контрольных аж на полгода! Потом, конечно, сессия… и снова развлечения и счастье! Нам казалось, мы уже студентки. Некоторые из нас даже заранее начали говорить об избранном институте как о своём. Кажется, однажды и я тоже обронила что-то вроде «а у нас», говоря об архитектурном вузе, в который собралась поступать вместе с Дашей Шалгановой – лучшей подругой…
Даша поступила.
Я осталась за бортом.
Срезалась на творческом задании – рисунке. А мне-то, глупышке, всю жизнь казалось, будто я прирождённый художник!..
…Линейка закончилась. Дети отправились в классы, а я чистить зубы. Родители уже ушли на работу, так что в моём распоряжении были пустая квартира и целый день… День, наполненный скукой, печалью и одиночеством.
Я оделась, позавтракала. А потом убедилась в том, что, куда ни сунься – повсюду напоминания о важной дате. Из телевизора только и сыпались речи о школьниках и студентах, перемежающиеся новостями о том, как прошла линейка в том или ином учебном заведении, кого посетил Президент и где физкультуру вели олимпийские чемпионы. Интернет тоже пестрел упоминаниями о начале учёбы. Ни в один поисковик нельзя было зайти, чтобы не наткнуться на слова «студенты», «школа», «ученик», «образование»… В блогах было то же самое: во френд-ленте не писали ни о чём, кроме институтов, училищ и средних школ. О «ВКонтакте» и говорить было нечего: весь этот сайт
Последние десять лет и у меня ежегодно был такой вид. Но теперь это в прошлом. Школа сделала всё, что могла, для меня. Выполнила свои обязанности – и отпустила в свободное плавание. Одноклассники причалили в различные институты… А я так и осталась болтаться, как жёлтый лист, приземлившийся в середину лужи.
Дурацкая жизнь, дурацкое невезение, дурацкая я! И кто бы мог подумать, что, окончив школу, я возненавижу Первое сентября ещё больше, чем тогда, когда в ней училась?!
Через несколько дней я устала скучать и решила, что пора бы пообщаться с кем-нибудь из бывших одноклассников.
Сперва, конечно, Дашке позвонила:
– Привет, Даш! Как учёба?
– Учёба?! Да кошмар вообще! Прикинь, тут физкультура! А я-то так надеялась, что после окончания школы бегать эти поганые кроссы уже не придётся! И физручка злющая такая! Сказала, что такого количества архитекторов нашей стране не надо. Мы, говорим ей, не архитекторы, а дизайнеры! А она нам: ну тем более не надо! Типа, пусть отчислят половину!
– Ужас какой! Что, отчислят?
– Ну, если на физру ходить, то, наверное, нет… По другим предметам тоже отчислением угрожают. В общем, страшно.
– Так, значит, там плохо учиться?
– Ну что ты, тут классно! Очень сложно, но и очень интересно. К нам относятся как ко взрослым! Знаешь, ощущение, как будто бы сняла старый ботинок, который жал, и надела новый – хороший, чистый, даже больше нужного размера, но очень непривычный…
Я почувствовала зависть. У Дашки такое образное мышление! Немудрено, что на творческий факультет предпочли взять именно её, а не меня. Шалганова – настоящий художник… не то что некоторые… неудачницы…
– Может, встретимся вечером? Мне бы хотелось послушать про институт… Да и вообще, мы давно не общались…
– А что, я не против! – ответила Даша. – Давай! Как насчёт нашей любимой скамеечки возле школы?
– Именно её я и хотела предложить!
– Ну и отлично!
– Может быть, ещё кого позвать? Наташу, Олю, Катю…
– Если хочешь, позови. Мне было бы интересно узнать, как у них дела.
Ну вот. Настроение сразу улучшилось. Вечером соберёмся с девчонками, поболтаем… Я узнаю про их учёбу. Если понравится, то представлю себя студенткой по их рассказам. А если окажется, что дела у них обстоят не особенно хорошо, мне, наверное, будет не так обидно.
Я набрала номер Кати Абрамовой. Она была единственной из класса, кто учился на врача.
– Кать, привет!
– А, Женёк! Приятно тебя слышать! Как дела?
– Да вот сижу, скучаю… Есть идея встретиться сегодня вечерком на нашей скамейке. Даша сказала, что будет, другим я ещё не звонила…
– Ой, нет, не могу! У меня тут домашки по горло.
– Домашки?! – я изумилась. – У вас что, как в школе?
– Ну, типа того. Наш декан говорит, это только в плохих институтах, дипломы которых потом никому не нужны, студенты валяют дурака от сессии до сессии. А медики учатся круглый год. Тем, кто этого не делает, нельзя доверять человеческое здоровье. У нас и заочного нету. Вот так-то…