Когда падают листья...
Шрифт:
— Конечно. А вы его не видите?
— Вижу, — хмуро отозвался войник, — либо умереть, либо покочевряжиться и тоже умереть.
— Вы утрируете, Дарен. Еще вопросы?
— Да. Мое лицо не расклеено по всем улицам столицы?
— Вы нас за дураков держите? — насмешливо осведомился Лексан и, не дожидаясь ответа, продолжил: — если бы это было так, то вы бы здесь не сидели. Об этой вещице, — он кивнул на камень, — уже слишком многие знают. Представить не могу, где, у кого и каким образом произошла утечка информации, но все-таки
— У меня в Чарограде остался конь, — пожаловался Дар.
— В Чарограде, значит… — задумчиво протянул его высочество, — я думаю, мои люди уже выкрали его. Надо расспросить ребят. Не беспокойтесь, Дарен, коня вам вернут.
Войник рассеянно кивнул и тут же встрепенулся:
— Так Вы знаете про Чароград?
У ненаследного краллевича сделалось такое лицо, будто он лимон сжевал.
— Знаю.
— И как это случилось? — с живым интересом спросил Дарен, ну и, само собой, не смог отказаться от возможности уязвить собеседника хоть чем-то.
— Не уследили за Школой Змея. Расплодились, как кошки, и потребовали себе плацдарм для тренировки новеньких змеенышей.
— И вы просто так согласились? — изумился войник. — Отдать местных жителей на растерзание этим мясникам?
— Меня не было в столице, когда пьяный папочка это подписывал, — хмуро отозвался Лексан, — они ведь тоже не вчера родились. Я только и смог, что эвакуировать молодых женщин и детей.
Дарен посмотрел на него, как будто тот сказал что-то очень странное.
— И Вы, ваше высочество, так это и оставите?
— А что я могу сделать? — как-то устало отозвался тот, — думаю, но пока ничего в голову не приходит. Уж очень хорошо был составлен документ, не придерешься.
Войник задумался. Ему совершенно не навилось то, что Блуд проморгал такое.
— А Ваш отец… Он разве мог такое допустить, даже будучи в нетрезвом состоянии? Может быть, его околдовали…
— Разумеется. Но — удивительное дело! — никаких следов, — сарказма в словах его высочества было хоть отбавляй. — И, Дарен, давайте мы с вами закроем эту тему. Это мои проблемы, а вы пока со своими разберитесь.
— Хорошо, — вздохнул Дарен, тут же вспоминая об этих вышеупомянутых проблемах, — так я могу идти?
— Конечно, — глава Тайной полиции кивнул и вежливо улыбнулся: — еще раз приношу свои извинения по поводу недостойного поведения моих людей. Я дал им… не совсем точные инструкции.
— Забыли упомянуть, что вам нужна не только голова, но и ее обладатель?
— Нахожу ваши шутки неуместными, — ответил Лексан и добавил: — кстати о шутках, чуть не забыл. Ваших друзей задержать еще на пару дней?
Дарен нахмурился:
— В смысле?
— Не беспокойтесь, я вовсе не имел в виду тюрьму. Вы не возражаете, если я скажу им, что вы скончались?
Дар поперхнулся словами, но высказывать свои соображения
— Вот и отлично, — улыбнулся краллевич, — а теперь позвольте Ваши руки.
— Зачем? — насторожился войник.
— Мне нужно поставить вам… заклятье-блок, через который девушка не сможет вас почувствовать. Иначе наш обман быстро раскроется.
Войник снова кивнул, позволив его высочеству сделать то, что он хотел, после чего, распрощавшись с ним, направился к выходу, и уже у двери решился спросить:
— Ваше высочество, почему Вы все-таки не передали его отцу?
— Я похож на идиота? — удивленно спросил его высочество, и окликнул стражу, чтобы "проводить господина к выходу".
Дарен хмыкнул и подумал о том, что все же это хорошо, что в мире хоть иногда встречаются умные люди.
Надо же, как все просто получается. Вчера ты был полуживым узником, а сегодня — свободный гражданин с особыми привилегиями. Видно, действительно, дело в дурацком пророчестве яцирских монахов, будь оно все трижды неладно.
И сдавалось Дару, что его высочество Лексан, ненаследный краллевич Заросии, сыграет в исполнении этого пророчества немалую роль. Называйте это как хотите — предчувствием, даром или зудом в одном месте — но войник был уверен в том, что неспроста он затеял это опасное дело. Видно, есть на то свои причины.
А еще, выходя из серого неприметного здания, Дарен подумал о том, что глава Тайной полиции младше его на несколько лет…
ГЛАВА 10
Когда ты станешь тифом,
Когда я стану оспой,
Мы выйдем ранним утром —
Благословлять руины…
(Веня Дыркин)
Полумрак камеры вальяжно стелился по полу, тенями проникая во все отверстия и клубясь по углам. Стражники перекидывались в карты, изредка перебрасываясь короткими фразами, факелы ровно мерцали, но больше усугубляли ощущение мрака, чем освещали что-либо. Тени под ними колыхались, как живые, и, например, вон ту, на стене, можно было бы принять за чью-то когтистую лапу.
Настроение в углу, где на соломе сидели друзья, было мрачным: прошел день, а Дарен так и не вернулся. Яромир подбадривал остальных, говорил, что его высочество — мужик умный, и вряд ли пригласил Дара только для того, чтобы потом отправить на виселицу. Несколько раз шатренец порывался прорваться к нему же, но стражники лишь ухмыльнулись и спросили, а не надо ли ему, Яромиру, краллевну в постель.
Веля почти неподвижно просидела в углу, сверкая глазами и как будто все время к чему-то прислушиваясь. Ждан попытался пару раз ее как-то расшевелить, но девушка лишь невежливо огрызнулась, что ей было совсем не свойственно, и попросила не лезть туда, где ему медом не мазано.