Когда растает снег...
Шрифт:
— И что дальше? — глядя то на собеседника, то на столб пара, спросил Василий.
— Будем смотреть, что случилось, — только и пожал плечами мужик. — Сможем ли отремонтировать…
— Что с генераторами? — только и спросил Василий.
— А хрен их знает, — пожал плечами начальник станции. — Тот, что работал, теперь только на свалку, наверное. Другие… Сушить придется, там же сейчас все в воде!
Постояв еще какое-то время и «полюбовавшись» на зрелище, Василий развернулся и отправился домой… Новость была хреновой, с какой стороны не посмотри. Однако от его присутствия на месте происшествия сейчас не было толку… Какие-то результаты будут лишь после того, как работники электростанции смогут наконец-то осмотреть
— Что случилось? — спросила у него проснувшаяся к тому времени Мелисса.
Выглядела она взволнованно — впрочем, это было и понятно. Просто так муж посреди ночи никуда не соврется…
— На электростанции авария, — поморщился Василий.
— Авария? — переспросила девушка. — То-то, я смотрю, электричества нет… Долго не будет?
— Возможно, никогда… — мрачно произнес мужчина.
— Все так плохо?
— Не знаю, — пожал плечами Василий.
Спать уже не хотелось — тем более, тут и дочка скоро проснется. А раз так — пора бы и позавтракать… Электрическая плита, конечно, не работала, так что пришлось разжигать дровяную. Прямо как в первый год их городка! Картошка «в мундире» да тушенка — вот и весь их завтрак… Кстати, содержимое холодильника тоже надо бы побыстрее съесть — а то протухнет еще… Так что на этот счет мужчина сказал жене чтобы приготовила на обед «какой-нибудь суп». Тоже, разумеется, с картошкой. Макароны не делали с самой Катастрофы, все выращенное их городом зерно тратилось исключительно на хлеб из муки грубого помола с отрубями, что делалось на самодельной мукомольной установке. Рис, пшено, другие крупы — их запасы давно подошли к концу, а взять новые было неоткуда. Горох, правда, еще выращивался — и то весьма ограниченно…
Были, правда, еще небольшие запасы консервов, но это уж — «стратегический запас», который при Василии практически перестали выдавать. Берегли на тот случай, если вдруг потребуется срочно перебираться куда-то на новое место. Далеко не факт, что в этом случае им удастся собрать урожай. Тем более — полностью.
Ну а после завтрака, немного повозившись с дочкой, которая недавно наконец-то научилась более-менее нормально говорить отдельные короткие фразы, а не одни только «мама» или «папа», Василий отправился на «работу». Дел и так было невпроворот, а с аварией на электростанцией их стало еще больше… И если утро прошло в обычных повседневных делах, то после обеда стали поступать и первые доклады о состоянии электростанции — и они откровенно не радовали. Особенно когда после обеда явился сам ее начальник.
— П*ц, Вась! — коротко охарактеризовал он ситуацию.
— Что такое?
— Как я и предполагал, один из турбогенераторов восстановлению не подлежит, — ответил мужчина. — Остальные теоретически сделать можно…
— Но есть какие-то проблемы?
— Да, — подтвердил начальник. — И самая главная из них — люди… При аварии погибло три человека включая начальника и двух слесарей турбинного цеха. Те, кто остался… Они никогда не имели дела с подобным оборудованием! А там ведь неизбежно будут свои тонкости, которые надо знать… И если паропровод мы бы восстановили за неделю, то что делать с турбоагрегатами — ума не приложу. Так что тут ремонт может затянуться на месяцы…
— Короче, жопа… — устало произнес Василий.
— Она самая, — согласился начальник.
Утеря технологий — вот как это можно было назвать… Катастрофа и Долгая зима буквально поставила американскую цивилизацию… ээээээ… в позу пьющего оленя. Так мог бы сказать про себя Василий. Миллионы людей, включая ценных специалистов, погибли. И теперь для выживших общин огромную ценность представлял даже обыкновенный автомеханик. А уж специалисты по тем же турбоагрегатам,
Конечно, где-то на юге, на землях «правительств», кадровый дефицит был куда слабее… Какое-то количество наиболее ценных специалистов и оборудования они вывезли с собой. Кто-то, возможно, остался на восточном побережье — хотя в этом Василий сильно сомневался. Учитывая то, какая там началась резня всех со всеми в конце лета-осенью 1967 года… Некоторые отголоски этих событий долетали и сюда — то в виде случайно пойманных их радистом передач, то в виде добравшихся до этих мест единичных беженцев. Так что очень вовремя они тогда ушли в эти места…
Но вот найти ценных специалистов в тех местах, где нынче поселились они, — та еще проблема! Именно о нее уже не раз разбивались все его идеи, попытки наладить какое-то производство, создать хотя бы какое-то жалкое подобие на экономику. И вот жизнь преподнесла очередную неприятность…
Вместо дома вечером Василий пошел в библиотеку… Хотя назвать это учреждение так было достаточно сложно. Те книги, что были там до Катастрофы, в большинстве случаев закончили свое существование в печах местных жителей в первую зиму, а что было нынче — по большей части, найденное их разведчиками где-нибудь в руинах мертвых городов и поселков и свезенное в город.
При Пальцеве библиотеки как таковой не было… Что-то, что посчитали полезным, отложили отдельно и систематизировали, но большая часть просто валялась кучами без всякого толку. Лишь при Василии, и то далеко не сразу, с этими книжками разобрались и открыли доступную для всех желающих библиотеку… Но сейчас Василия интересовала, прежде всего, техническая литература. В отличие от художественной, она хранилась отдельно и выдавалась лишь тем, кому это было нужно по работе.
Раньше Василий не больно-то стремился вдаваться в различные технические тонкости. Во всяком случае, с самой армии, где ему приходилось изучать конструкцию танка… Потом он был сначала журналистом, потом — командиром рейдового отряда, потом — помощником Пальцева и начальником обороны города. Но никогда не занимался ни экономикой, ни промышленностью… Как теперь стало понятно, зря. «Вождь», глава фактически небольшого государства, должен быть специалистом во всех областях… Помощники — это хорошо, но они тоже не всезнающие и всемогущие.
— Что-нибудь понадобилось, Василий Василич? — когда он зашел в здание, спросил у него парнишка лет пятнадцати, библиотекарь.
«В СССР он бы сейчас учился в школе, или где-нибудь в ремеслухе!» — подумал, взглянув на него, Василий. Здесь сейчас училищ не было от слова совсем. Как не было и техникумов с институтами. С большим трудом удалось организовать работу средней школы — и то даже там учили по очень урезанной программе. Примерно равной прежней советской семилетке…
— Знаешь же про ситуацию с электростанцией? — взглянув на пацана, произнес Василий. — Вот мне бы что-нибудь по турбоагрегатам и их конструкции…
Поиски заняли куда больше времени, чем того бы хотелось, но в конечном счете несколько справочников нашлось, и Василий тотчас же погрузился в их изучение… На улице давно уж стемнело, а пацан-библиотекарь уснул, сидя в каком-то кресле, а «вождь» все сидел и при свете тусклой электрической лампочки, работающей от небольшого ветряка, пытался разобраться в этих проклятых турбогенераторах… Вот только чем дальше в дебри он залезал, тем больше его охватывало чувство безнадежности. Если там что-то всерьез сломалось — им же не отремонтировать этого никогда! Для этого нужны специалисты, нужны запчасти или оборудование, на котором их можно было бы изготовить. Нужны расходники, которые взять-то, по большему счету, и неоткуда!