Когда ты рядом
Шрифт:
Джошуа успел схватить кочергу, прежде чем она опустилась на его голову, и зажал противника локтем. И только в этот момент сообразил, что имеет дело с Лиз.
Отбросив кочергу, Джошуа повернул Лиз лицом к себе:
– Что, черт возьми, ты пыталась сделать?
В устремленных на него больших карих глазах застыло выражение ужаса.
Лиз была до смерти напугана. Она часто дышала, руки ее дрожали. Что, черт возьми, здесь происходит?
– Почему ты не открыла дверь?
Губы Лиз зашевелились, но Джошуа
– Не молчи, Лиз.
Лиз моргнула, и глаза ее наполнились слезами.
– Проклятие. – Джошуа крепко обнял ее и прижал к себе. Он, видимо, напугал Лиз, когда силой ворвался в квартиру. Взламывая замок, он не думал о ее возможной реакции. А надо было. В конце концов, она приехала в большой город из маленькой техасской деревушки. И пока, видимо, не слишком прижилась на новом месте.
Лиз вся дрожала, и Джошуа чувствовал себя последним мерзавцем.
– Я не хотел напугать тебя, прости.
Лиз изо всех сил вцепилась в рубашку Джошуа и уткнулась лицом ему в грудь. Она словно хотела спрятаться от чего-то.
– Джошуа?! – наконец выдавила Лиз. – Что ты здесь делаешь?
– Ты сказала Белле, что не приедешь в Техас на День благодарения.
Лиз вздрогнула.
– Да, не приеду.
Судя по голосу, никакой простуды нет и в помине. Ее обычно мягкий голос был напряжен, но не так, как если бы у Лиз болело горло.
Джошуа погладил ее по спине. Ему показалось, что так будет лучше.
В ответ Лиз слегка ослабила хватку и отпустила его рубашку. Продолжая поглаживать Лиз по спине, Джошуа начал говорить с ней спокойным голосом, каким увещевал маленького мальчика, спасенного в ходе последней операции. Он использовал те же самые слова, повторяя, что все в порядке, что он не даст ее в обиду, что с ней все будет хорошо.
Потребовалось почти столько же времени, сколько он потратил на уговоры малыша, прежде чем Лиз расслабилась и отстранилась. Она сделала шаг назад, и Джошуа наконец смог как следует ее рассмотреть. Увиденное потрясло его: по сравнению с лицом Лиз даже снег не казался таким белым, и от этого еще ужаснее синели тени под ее глазами. Губы дрожали, на ресницах не просохли слезы.
– Лиз, ты больше не можешь оставаться в Сиэтле.
– Что ты т-такое говоришь? – Лиз моргнула, сделала над собой видимое усилие и кое-как сумела выговорить эти несколько слов.
– Мне, черт возьми, прекрасно видно, что ты не можешь привыкнуть к жизни в большом городе. Стоило к тебе заявиться незваному гостю, как ты смотри что натворила.
Лиз помотала головой и глухо рассмеялась:
– Поверь мне, возвращение в Техас не решит моих проблем.
– Почему?
– Потому что мои страхи путешествуют вместе со мной.
– Что ты хочешь этим сказать?
Лиз не ответила, да Джошуа и не ждал ответа. Он мягко, но уверенно подтолкнул
– Расскажешь обо всем в самолете. Давай собирай вещи и едем в аэропорт. Вылет в восемь часов.
– Нет! – Вырвавшись из рук Джошуа, Лиз отскочила в угол комнаты и остановилась, обхватив себя руками. – Я не могу поехать, Джошуа. – В ее близком к истерике голосе особенно сильно ощущался южный выговор.
– Почему?
Лиз сглотнула и отвернулась:
– Я боюсь.
– Чего?
– Я не хочу, чтобы из-за меня пострадала моя семья. – Во взгляде Лиз была смесь мольбы и безумия. – Если я сейчас поеду в Техас, то в опасности окажутся все, даже малышка Женевьева!
Джошуа еле удержался от того, чтобы не выругаться.
– Не понял?
– За мной следят!
Лиз сжала пальцы, чувствуя, как все ее тело напряжено до предела.
Джошуа молчал. Он стоял, заполнив собой весь коридор, и взгляд его карих глаз проникал, казалось, в самую душу молодой женщины. Джошуа молчал и был абсолютно неподвижен, что не могло не раздражать Лиз, но зато он хотя бы не говорил, что она сошла с ума или что она все выдумывает.
– Ты знаешь, кто именно следит за тобой? – наконец спросил он.
– Нет.
– Тогда почему ты так в этом уверена?
– Потому что... – В ее нынешнем состоянии Лиз трудно было формулировать четкие ответы даже на такие, казалось бы, простые вопросы Джошуа. – Я получаю анонимные письма по электронной почте, из которых понятно, что за мной следят.
– Ты пыталась проследить, откуда приходят письма?
– Да. – Лиз замолчала. Казалось, она на время потеряла нить разговора, но вскоре заговорила опять: – Не сработало.
– Письма – это твоя единственная улика?
– По-моему, этого достаточно. – Лиз слегка покривила душой, но сейчас она не хотела посвящать Джошуа во все подробности.
– Ты права, – согласился Джошуа, чем сильно удивил Лиз.
Осознание того, что в отличие от шерифа в техасском городке и полиции в Сиэтле этот человек поверил ей, несколько успокоило Лиз. В этот момент Джошуа заговорил снова:
– Об остальном расскажешь в самолете. Я ни за что не поверю, что ты пришла в такое состояние из-за нескольких дурацких писем.
У Лиз не было времени давать объяснения. Ей надо выставить Джошуа за дверь, а потом убраться из этой квартиры самой. Она не знала, куда идти, но в любом случае не собиралась сидеть и ждать, пока Немезида вот так же возникнет у нее на пороге, как Джошуа.
Схватив его за руку, она потащила Джошуа к двери.
– Спасибо, что навестил меня. Передавай привет Джейку с Беллой. – Лиз тараторила, не отдавая себе отчета в том, что говорит. Главным для нее было – выдворить Джошуа. Но тот остановился перед дверью и наотрез отказывался двигаться дальше.