Когда ты рядом
Шрифт:
– Ты сейчас слишком уязвима, хотя и не хочешь в этом сознаваться.
Ну почему его тело не реагирует на тени у нее под глазами, а откликается на сладкий аромат кожи?
Джошуа убрал руки из-под футболки и, отпустив Лиз, сжал кулаки. Несмотря на это, его пальцы продолжали до сих пор ощущать тепло ее кожи.
– Я не уязвима, а возбуждена, и если ты сейчас разденешься и ляжешь со мной в эту постель, я тебе докажу насколько.
Эти слова и искреннее желание, горевшее в зелено-золотистых глазах Лиз, нанесли серьезный удар по самоконтролю
– Хорошо, но только, черт возьми, никакой акробатики. Я не хочу быть виноватым в том, что у тебя снова разболится голова.
Лиз не успела ответить, так как Джошуа вновь завладел ее губами.
Он вспомнил слова Джейка с Беллой о том, что Лиз была очень стеснительной женщиной, интровертом, не склонным к конфликтам с окружающими. Интересно, они имели в виду ту же самую женщину, которая была сейчас в его объятиях? Его Лиз скорее походила на своенравную кошечку, чем на покорную голубку.
Однако стоило Джошуа впервые за сутки сполна ощутить вкус ее губ, как все мысли о братьях, спорах и необходимости соблюдать осторожность мигом вылетели у него из головы.
Исследуя языком мягкие глубины ее рта, Джошуа скользнул ладонями вниз по спине Лиз и опустил их на ягодицы. Он слегка приподнял Лиз, сгорая от желания взять ее, заставить забыть о своем намерении избавиться от него после поимки Немезиды.
Лиз тихонько застонала и слегка потерлась о его бедра, и этого оказалось достаточно, чтобы превратить все тело Джошуа в одно пульсирующее мужское естество.
Он принялся снимать с нее толстовку и футболку разом. Чтобы помочь ему, Лиз прервала поцелуй, и скинула одежду через голову. Затем вернулась в объятия Джошуа и ответила на его поцелуй со страстью, лишний раз напомнившей ему о том, что они подходят друг другу во всех смыслах.
Но Лиз накануне пережила страшное потрясение, и Джошуа не мог позволить себе волновать ее. Он постарался сделать их поцелуй как можно более нежным и спокойным, а Лиз тем временем принялась расстегивать пуговицы у него на рубашке. Лиз накрыла ладонями горячую кожу его груди, погладила пальцами соски, и оба замерли, наслаждаясь близостью. Всего один день может показаться вечностью, если не иметь возможности прикоснуться к женщине, превращающей мужскую кровь в вулканическую лаву.
Лиз скользнула руками вниз по торсу Джошуа, и мышцы его пресса сжались, а член вновь начал пульсировать. Ему необходимо было ощутить под руками ее обнаженную кожу. Джошуа принялся расстегивать ее бюстгальтер, но руки у него так дрожали, что застежка поддалась не сразу. Отбросив бюстгальтер в сторону, Джошуа нежно притянул Лиз к себе. Когда ее напряженные твердые соски прикоснулись к его груди, он содрогнулся всем телом.
Оторвавшись от ее губ, он сделал глубокий вдох.
– Господи, как хорошо!
– Точно, – выдохнула Лиз, потершись о покрытую волосками грудь Джошуа, чтобы еще больше возбудиться.
Он приподнял Лиз так, что одна великолепная спелая ягодка оказалась на уровне
Он хотел быть нежным, но заниматься сексом с этой женщиной было все равно что стоять посередине моста «Золотые ворота» во время землетрясения. Наклонившись, Джошуа опустил Лиз на кровать, продолжая неистово ласкать ее сосок.
Скрестив ноги у него за спиной, Лиз выгнулась ему навстречу.
– Да, Джошуа... – Обхватив его руками за голову, она с силой притянула его к груди. – Ласкай меня. Сильнее, – простонала она. – Давай же.
Не будь Джошуа так занят, он бы рассмеялся ее приказному тону. От кожи Лиз так чудесно пахло, а еще он слышал еле уловимый аромат ее возбуждения.
Она резко приподняла бедра, потеснив Джошуа.
– Я хочу, чтобы ты вошел в меня.
Лиз теряла контроль над собой, и Джошуа тоже, но он не мог позволить такому случиться. Только не сейчас. И не важно, чего хочет эта маленькая сексуальная тиранша.
Отпустив ее сосок, он убрал ноги Лиз со своей талии и встал с кровати.
Лиз распростерлась перед ним словно принцесса Амазонка, с разметавшимися по подушке золотыми волосами, раскрасневшейся от возбуждения кожей и горящим желанием в глазах.
Приподнявшись на локтях, она выставила вперед грудь, и от этого зрелища Джошуа едва не лишился своих добрых намерений.
– Иди ко мне, – позвала Лиз.
– Сейчас, дай только раздеться. – И минутку, чтобы хоть немного успокоиться.
Приоткрыв губы и проведя по ним кончиком языка, Лиз принялась наблюдать за тем, как Джошуа раздевается. Не отрывая взгляда от него, она, в свою очередь, сняла с себя кроссовки и носки. Слава Богу, джинсы она пока оставила. Джошуа и так было трудно держать себя в рамках. Лиз снова облизала губы, и температура тела Джошуа поднялась до опасных пределов.
– Знаешь, я читала, что женщины скорее любят ушами, нежели глазами.
– Я об этом тоже слышал.
Как у нее хватает выдержки разговаривать в такой момент?
– Но почему тогда от одного твоего вида я возбуждаюсь так, что у меня становится мокро между ног?
Джошуа застонал, с трудом держась на ногах.
– Приятно слышать.
Лиз вдруг закусила нижнюю губу, и на лице у нее появилось озабоченное выражение, испугавшее Джошуа.
– Я, похоже, намного более сексуальна, чем большинство женщин?
– Мне нравится твоя агрессивная сексуальность. – Черт, нравится – это слабо сказано.
– Правда?
Джошуа закатил глаза и почувствовал, что его пенис снова начал пульсировать.
– А ты не видишь?
Вид его пульсирующей плоти, казалось, заворожил Лиз. Она снова облизала губы, и Джошуа вздрогнул. Он, конечно, был настроен решительно, когда говорил, что не позволит ей сделать ему минет, но сейчас уже не был так уверен в том, что сумеет сдержаться, если она возьмет дело в свои руки, а точнее, в рот.