Коктейль для троих
Шрифт:
Роксана рассмеялась.
– А как прикажешь там загорать? В джинсах и свитере?
– Но на Кипре… Я просто не представляю, как ты будешь там жить! Загорать – это, конечно, хорошо, но жить…
Обе надолго замолчали, потом Мэгги сказала неохотно:
– Впрочем, на Кипре тебе будет, пожалуй, лучше.
– Я буду приезжать в Лондон каждый месяц, а может быть, и чаще,– успокоила ее Роксана.– Честное слово, Мэг! Ты и не заметишь, что меня нет. И кроме того, я не отказываюсь от своих слов. Если тебе будет трудно, тоскливо или
– Пешком? – Мэгги недоверчиво засмеялась.– Это с Кипра-то?
– А как же? – удивилась Роксана.– Разве может быть что-то невозможное, если речь идет о родных людях?
Свернув на подъездную дорожку, ведущую к «Солнечным соснам», Эд даже присвистнул от удивления.
– Ты говоришь, этот дом Мэгги хочет продать? Интересно знать, чем он ей не угодил?
– Мэгги решила вернуться в Лондон,– объяснила Кэндис.– Они с Джайлсом будут жить в доме Ральфа. То есть в Роксанином… Ну, в общем, ты понял.– Она бросила быстрый взгляд в зеркало заднего вида.– Как я выгляжу? Нормально?
– Ты выглядишь прекрасно! – ответил Эд, даже не повернув головы.
– Может быть, все-таки нужно было надеть шляпку? – Кэндис снова посмотрела на себя.– Ненавижу шляпы – в них у меня ужасно глупый вид.
– Никто не надевает шляп на крестины,– заметил Эд.
– Нет, надевает,– возразила Кэндис, а когда Эд остановил машину, у нее вырвался горестный крик: – Смотри, Роксана! И она в шляпке! Ну вот, так я и знала…
– Не нужна тебе никакая шляпа.– Эд наклонился к ней и поцеловал в щеку.– Ты похожа на херувимчика. На очаровательного маленького херувимчика…
– Я не должна походить на херувимчика! Я хочу выглядеть как крестная мать!
На крестную мать ты тоже похожа.– Эд вышел из машины и придержал для Кэндис дверцу.– Идем, мне хочется поскорее познакомиться с твоими подругами.
И они двинулись к дому по засыпанной гравием дорожке.
Роксана ждала их у самого крыльца. Улыбнувшись Кэндис, она перевела взгляд на Эда и прищурилась.
– Боже мой,– пробормотал он вполголоса,– у нее взгляд как рентген, от него ничто не скроется!
– Не говори глупости,– шепотом откликнулась Кэндис.– Она уже любит тебя… по моим рассказам.– Она шагнула вперед и обняла Роксану.– Привет, Рокси! Ты прекрасно выглядишь!
– Ты тоже выглядишь замечательно,– ответила Роксана и пристально посмотрела на нее.– Лучше, чем когда-либо. Я, во всяком случае, не помню, чтобы ты так сияла!
– Я… я действительно очень счастлива,– смущенно пробормотала Кэндис и оглянулась на Эда.– Познакомься, Рокси, это…
– Я уже догадалась,– перебила подруга.– Судя по всему, это тот самый Эд, который повадился пить твой кофе на дармовщинку.– Глаза ее опасно сверкнули.– Здравствуй, Эд.
– Здравствуй, Роксана,– ответил он беспечно.– Рад познакомиться. У тебя очаровательная шляпка!
Роксана слегка
– Признаться, я думала, ты выглядишь… гм… более эффектно.
– Это просто первое впечатление. Обманчивое первое впечатление. На самом деле я на диво хорош во всех отношениях,– преспокойно ответил Эд.– Для тех, кто понимает, конечно.
Последовала короткая пауза, во время которой Кэндис с тревогой переводила взгляд с Роксаны на Эда и обратно. Наконец Роксана улыбнулась.
– Что ж, по-моему, он нам подойдет,– заявила она.– Поздравляю, Кэн.
– Эй, крестные матери! – донесся из распахнутого окна голос Мэгги.– Хватит любезничать! Идите сюда, я должна зачитать вам список ваших обязанностей.
– Разве у нас есть обязанности? – удивилась Роксана, беря Кэндис под руку.– Я думала, мы должны только красоваться в новых нарядах да следить, правильно ли расставлены приборы на столе.
– И не забывать про дни рождения,– добавила Кэндис.
– И время от времени взмахивать нашими волшебными палочками,– засмеялась Роксана.– Я не сомневаюсь, что Люси Дрейкфорд обязательно попадет на свой первый бал во дворце, а наша задача – обеспечить ее туфельками «Прада» и шелковым бельем.
Несмотря на необычную даже для середины лета жару, в церкви царила прохлада, и Люси была до глубины души возмущена, когда ее без всякого предупреждения окропили водой. Когда церемония была окончена, Кэндис, Роксана и крестный отец – старый университетский приятель Джайлса – по очереди позировали на церковном крыльце с Люси на руках.
– Мне кажется, это небезопасно,– пробормотала Роксана, не переставая улыбаться в аппарат.– Что, если мы уроним девочку?
– Не уроним,– беспечно отозвалась Кэндис.– Кроме того, младенцы не разбиваются – они скачут, как мячики.
– Уж не знаю, где ты это вычитала,– проговорила Роксана зловещим театральным шепотом.– Но вдруг в этого младенца забыли вставить все необходимые пружинки? – Она посмотрела на крошечное личико Люси и с нежностью провела пальцем по ее щеке.– Не забывай меня, маленькая,– прошептала она так тихо, что даже Кэндис ее не услышала.– Никогда не забывай!
– Ну ладно, хватит фотографироваться,– решила наконец Мэгги и повернулась к гостям, собравшимся на дорожке перед церковью.– Сейчас все едем домой! – громко объявила она.– Пока еда не остыла, а шампанское не согрелось.
– Так чего же мы здесь торчим? – возмутилась Роксана.– Едем скорей!
На лужайке перед «Солнечными соснами», где Мэгги так и не успела посадить ни одной сосны, был накрыт длинный стол, который буквально ломился от изысканных закусок. Две девушки из ближайшей деревни разносили шампанское и канапе. Из повешенных на деревья колонок доносились увертюры Моцарта.
Взяв со стола по бокалу шампанского и по бутерброду с ветчиной, Кэндис и Роксана отошли в сторонку, подальше от шумной и веселой толпы гостей.