Кольца анаконды
Шрифт:
– Это не пиратство, капитан, – оборвал его Фэрфакс. – Моя страна воюет, и я лишь преданно служу ей, сэр. Вы уведомили меня о том, что на борту этого судна находятся двое предателей – Мейсон и Слайделл. Вы видите, что я безоружен. Я лишь хочу убедиться в их присутствии лично.
– А затем?
Американец не отозвался, прекрасно понимая, что каждым словом лишь распаляет гнев английского капитана. Ситуация чересчур деликатна, чересчур чревата международными осложнениями, чтобы позволить себе право на ошибки. Пусть
– Юнга! – рявкнул капитан, неучтиво повернувшись к лейтенанту спиной. – Сопроводи эту особу вниз. Покажи каюту его соотечественников.
Фэрфакс сдержал собственный гнев на столь неучтивое поведение и последовал за юнгой на нижнюю палубу просторного, комфортабельного пакетбота. В обшитом деревянными панелями, сверкающем бронзовыми украшениями коридоре юнга указал на ближайшую дверь.
– Здесь, сэр. Американский джентльмен по фамилии Слайделл, он и его семья.
– Семья?
– Жена, сэр, и сын. И три дочери.
Фэрфакс колебался лишь мгновение. Присутствие семьи Слайделла ровным счетом ничего не меняет; обратного пути нет. Лейтенант громко постучал.
– Джон Слайделл, вы здесь?
За дверью послышался шепот и шорох. Фэрфакс подергал за ручку. Заперто.
– Еще раз спрашиваю, сэр. Я лейтенант военно-морских сил Соединенных Штатов Фэрфакс. Прошу вас немедленно открыть дверь.
Единственным ответом послужило молчание. Лейтенант заколотил в дверь так, что она затряслась. Но не открылась, и ответа по-прежнему не последовало.
– Ответственность лежит на вас, Слайделл. Я офицер, выполняющий свой долг. Мне даны приказания, которым я должен следовать, и я им последую.
Так и не дождавшись ответа, Фэрфакс развернулся и сердито затопал прочь. Юнга торопливо юркнул вперед. На верхней палубе уже собралась группа пассажиров, не сводивших глаз с лейтенанта, подошедшего к планширу, чтобы прокричать приказ людям в шлюпке.
– Сержант, я хочу, чтобы ваши подчиненные поднялись на борт! Все до единого.
– Протестую! – вскрикнул капитан Муар.
– Протест принят к сведению, – бросил Фэрфакс, поворачиваясь к нему спиной, чтобы отплатить капитану его же монетой.
По палубе затопали тяжелые ботинки облаченных в синюю форму морских пехотинцев, вскарабкавшихся на борт судна.
– На пле… чо! – рявкнул сержант, и мушкеты с лязгом заняли свое положение.
– Сержант, велите примкнуть штыки, – распорядился Фэрфакс, желая с самого начала продемонстрировать силу, дабы избежать нежелательных инцидентов. Сержант выкрикнул команду, и на солнце блеснула сталь. При виде штыков британские матросы попятились; умолк даже капитан. Чувства теперь выражали только пассажиры-южане, вышедшие на верхнюю палубу.
– Пираты! – кричал один, потрясая кулаком. – Кровожадные ублюдки янки!
Остальные подхватили его слова, двинувшись вперед.
– Стоять на месте! – приказал
Эта угроза остудила пыл южан. С недовольным ворчанием они медленно попятились от шеренги, ощетинившейся штыками. Фэрфакс кивнул.
– Вот так и стойте. Сержант, я возьму с собой капрала и еще двоих.
Прогрохотав по трапу, ботинки пехотинцев затопали в коридоре. Фэрфакс указал им нужную дверь.
– Капрал, пускайте в ход приклад мушкета, но пока не ломайте дверь. Я хочу, чтобы они чертовски отчетливо поняли, что мы здесь.
Приклад грохнул по тонким доскам двери – раз, другой, третий. Жестом остановив капрала, Фэрфакс громко произнес:
– Со мной вооруженные морские пехотинцы, и если эта дверь сию же минуту не откроется, они выполнят свой долг. Как я понимаю, там находятся женщины, и потому не хочу прибегать к крайностям. Но если вы сейчас же не отопрете, мне придется ворваться в каюту силой. Выбор за вами.
Напряженную тишину нарушало только тяжелое дыхание солдат. Фэрфакс почувствовал, что больше не в силах ждать, и уже открыл было рот, когда дверь задребезжала, приоткрылась на долю дюйма, и все.
– Приготовить оружие, – приказал Фэрфакс. – Пускайте его в ход только в случае оказания сопротивления. Следуйте за мной. – Распахнув дверь, он переступил порог и тут же оцепенел, услышав пронзительный визг.
– Стойте, где стоите! – выкрикнула разъяренная дама, прижимая к своей пышной груди трех девочек. Сбоку к ней льнул мальчишка, дрожащий от страха.
– Я не причиню вам вреда, – промолвил Фэрфакс. Визг стих до горестных всхлипов. – Вы миссис Слайделл? – Получив в ответ короткий, сердитый кивок, лейтенант оглядел роскошную каюту, заметил в глубине еще одну дверь и указал на нее. – Я хочу переговорить с вашим мужем. Он там?
Джон Слайделл стоял, прижавшись ухом к двери. Тут с противоположной стороны послышался негромкий стук в дверь, выходящую в коридор. На цыпочках перебежав к ней, Слайделл хрипло шепнул:
– Да?
– Это мы, Джон, отпирай скорее.
Первым в дверь протиснулся Мейсон, за ним торопливо последовали Юстин и Макферленд.
– Что происходит? – поинтересовался Мейсон.
– Они уже в каюте, с моей семьей – офицер флота и вооруженные морские пехотинцы. Мы задерживали их, сколько могли. Бумаги?..
– В надежных руках. Ваш отвлекающий маневр был решающим фактором нашей маленькой победы в этом морском бою. Почтмейстер, как я вам уже говорил, принял бумаги под личную опеку. Запер их в сейф, сказав, что ключа никто не получит, пока он не увидит английские берега. Сказал даже, что его не поколеблет и угроза смерти. Наши бумаги в таких же надежных руках, как и королевская почта.