Кольца анаконды
Шрифт:
– Сержант Делани, шаг вперед, пожалуйста, – позвал Лэмсон. В круг света вошел дюжий солдат с нашивками старшего сержанта на рукавах и отдал честь с четкостью и вежливостью, полагающимися по званию.
Грант механически ответил на приветствие – и замер, задержав ладонь у полей шляпы.
Сержант оказался негром.
– Второй полк ЦВ США для несения службы прибыл, – отрапортовал он, демонстрируя отличную выучку. – Второй полк Цветных войск Соединенных Штатов Америки.
Медленно опустив руку, Грант обернулся к белому офицеру.
– Не потрудитесь ли объяснить?
– Да, генерал. Полк организован
– А они могут сражаться? – поинтересовался Грант.
– Они умеют стрелять и прошли обучение.
– Я спрашивал не об этом, капитан.
Капитан Лэмсон замялся, чуточку склонив голову, так что отблески костра заиграли на металлической оправе его очков. Сержант Делани нарушил молчание первым:
– Мы можем сражаться, генерал. И умереть, если придется. Просто поставьте нас на позиции и дайте встретиться с врагом лицом к лицу.
В голосе его прозвучала спокойная уверенность, тронувшая Гранта. Если остальные подобны ему, то его словам можно верить.
– Надеюсь, вы правы. У них будет возможность показать, чего они стоят. Утром мы это наверняка выясним. Можете идти.
Грант осознал, что ничуть не кривил душой. Сейчас он бы без сомнений бросил в бой против англичан хоть полк краснокожих индейцев – да чего там, даже краснорожих чертей.
Противник ночью тоже получил подкрепление. Пикеты донесли, что слышали ржание лошадей и лязг цепей. При первых лучах зари Грант, уснувший на стуле, заворочался и пробудился. Сладко зевнув, плеснул в лицо холодной воды, потом взобрался на бруствер и направил полевой бинокль в сторону вражеских позиций. На правом фланге виднелась туча пыли: скачущие галопом лошади везли артиллерийские орудия. Девятифунтовые, судя по виду. Опустив бинокль, Грант нахмурился. Самые слабые участки фронта он усилил Первым полком ЦВ США. Подполковник Трепп расположил своих людей через равные интервалы вдоль всего рубежа и теперь стоял неподалеку, ожидая приказаний. Грант указал на виднеющуюся вдали батарею.
– Вы все еще считаете, что можете что-то противопоставить подобному оружию?
Приложив ладонь козырьком ко лбу, чтобы приглядеться, Трепп кивнул.
– Это не есть проблема, генерал. Невозможно, конечно, без правильной выучки и правильного оружия. Для меня, я говорю вам не преувеличивая, это легкая мишень. Я заключаю, это есть двести тридцать ярдов. – Распластавшись на земле, он прижал приклад винтовки к плечу и с прищуром посмотрел сквозь телескопический прицел. – Еще темно, и мы должны быть терпеливы. – Он раздвинул ноги пошире, укладываясь поудобнее, затем снова заглянул в прицел. – О да, теперь света достаточно.
Он медленно потянул за длинный крючок, взводя миниатюрный спуск бойка. Тщательно прицелился и легонько нажал на спуск. Винтовка оглушительно грохнула, с силой ударив Треппа в плечо.
Грант поднес к глазам бинокль и увидел, что командир батареи попятился, схватившись за грудь, – и рухнул.
– Снайперы! Стрелять без приказа! – скомандовал подполковник.
Вдоль всей длины укреплений неспешно прокатилась волна выстрелов. Лежа за брустверами, снайперы стреляли, открывали затворы винтовок, чтобы заложить
Британские артиллеристы торопливо отпрягали лошадей и разворачивали орудия, выводя их на позиции. И умирали один за другим. Не прошло и трех минут, как все они были убиты. Затем настала очередь возничих, пытавшихся скрыться с лошадьми. И, наконец, одна за другой сложили головы спокойные артиллерийские лошади. Подобной бойни, восхитительнейшей бойни Гранту видеть еще не доводилось. Затем рявкнула английская пушка, и над самыми головами обороняющихся с воем пронеслось ядро. Грант указал в сторону орудия.
– Конечно, когда они на открытом месте, дело идет легко. А как насчет вот этого? Орудие на закрытой позиции, за редутом. Кроме жерла, ничего не видно.
Встав с земли, Трепп принялся выбивать пыль из мундира.
– Больше нам ничего не надо видеть. Вот та пушка, – приказал он своим подчиненным, – уберите ее.
Грант в бинокль видел, как перезаряженную пушку посредине британских позиций снова выкатили на огневой рубеж. Пули снайперов впивались в мешки вокруг черного жерла, почти скрывшегося за фонтанчиками песка; затем пушка выстрелила. Когда ее перезарядили и выкатили на позиции, пули снова забарабанили в песок возле жерла.
На сей раз пушка при выстреле взорвалась. Грант отчетливо увидел дымящиеся обломки и погибших артиллеристов.
– Я сам разработал эту технику, – с гордостью сообщил Трепп. – Мы стреляем крайне точно очень тяжелой пулей. Очень скоро в дуле есть столько песка, что ядро застревает, не успев вылететь. Скоро, когда начнется атака, мы покажем, как разделываемся с ней тоже.
– Правду говоря, подполковник Трепп, я жду не дождусь возможности посмотреть, что вы затеете в следующий раз.
Видимо, уничтожение батареи сильно подействовало на вражеского командира, и он все мешкал с ожидаемой атакой. Затем вдали на левом фланге вдруг обнаружилась оживленная деятельность – на позиции выводили еще одну батарею. Однако Трепп разместил снайперов небольшими группами вдоль всего рубежа обороны. Не прошло и пяти минут, как вторую батарею постигла та же участь, что и первую.
Солнце стояло уже высоко, когда противник отважился на долгожданный шаг. Позади вражеских позиций на опушку дальней рощицы выехала верхом группа офицеров. До них было добрых пятьсот, а то и шестьсот ярдов. На американских позициях затрещали выстрелы, и Грант сердито крикнул:
– Прекратить огонь! Поберегите боеприпасы. Они слишком далеко.
Трепп переговорил со своими снайперами по-немецки, и те весело рассмеялись. Тщательно прицелившись, подполковник тихонько осведомился:
– Fertig machen? [14] – Услышав в ответ утвердительное бормотание, он взвел длинный курок. – Feuer. [15] – И все винтовки выстрелили как одна.
14
Готовы? (нем.)
15
Огонь (нем.).