Кольца Земли
Шрифт:
Плохой сон объяснялся еще одной причиной. Антон не успел расстаться с Джоном, как его мозг «в фоновом режиме» начал обдумывать изменение в программе, идею которого подбросил Джон. Эта идея – еще одно доказательство, что Джон разведчик. Чувствуется образ мышления мастера провокаций.
Дополнительная чашка кофе развеяла вялость. Был соблазн принять что-либо более существенное, чем кофеин. У Антона в аптечке были таблетки разных средств, клинически проверенных и вполне безобидных. Однако он устоял, так как считал, что переутомление последних недель еще не достигло
В рабочей комнате Антона ожидал сюрприз. За ночь был оборудован туалет и душевая кабина. Этот факт развеселил Антона. Экономия на десяти метрах прогулки по коридору в общий туалет составит пару минут за день. А потеть на работе он не собирается. Зачем тогда душ?!. Здесь, вероятно, зимой и летом строго двадцать один градус и влажность воздуха в норме, как сейчас…
На пятницу у Антона был план создать вариант, работоспособность которого не превысила бы минуту. Этим он преследовал две цели.
Во-первых, нарушал подозрительную монотонность, когда время работы программы постоянно растет, а ошибка в программе радикально не устраняется.
Во-вторых, он надеялся так надежнее скрыть предложенные Джоном «детонаторы», так как сомневался, что «два сапога» будут дотошно анализировать неудачный вариант. На это у них ушло бы еще два-три дня. В среду он подбросит им окончательный вариант без ограничений по времени, но заряженный словами-детонаторами. Они набросятся на программу и начнут проверять.
Проверка будет безусловно успешной. Антон получит свои деньги, которые не помешают при любом исходе авантюры Янагиды и Лидии.
В пятницу, как и в последние дни, Антон выполнил компиляцию программы несколько раз. После получения нового варианта программы, он проверял его в работе, но не более одной минуты. Хитрость была в том, чтобы братья или их помощники, непрерывно следящие за работой Антона, обнаружили сокращение времени правильной работы программы по возможности позже, желательно в конце дня.
Однако расчет Антона не оправдался. Оказалось, что братья дотошно проверяют время работы каждого варианта. На этот раз Дэвид не стал бежать в комнату, где работал Антон. Уже через пятнадцать минут после получения «двухминутного» варианта Рон пригласил Антона к хозяевам.
Братья встретили Антона нарочито сурово, без тени улыбки. Только Лайон едва кивнул на приветствие Антона.
– Вы, почему не проверяете время безошибочной работы программы после каждой компиляции?
– Потому, что пытаюсь устранить ошибку вообще, а не занимаюсь поисками того, как продлить еще на несколько минут время безошибочной работы…
– Как вы собирались за одну минуту ее работы установить, что программа исправлена радикально?!
– После серии изменений я должен убедиться, что ничего не нарушил в основном цикле работы. Полное время работоспособности я собирался проверить в конце дня…
– Нас такие темпы не устраивают!
– У меня еще неделя до сдачи работы. Все может получиться
– При той системе отладки программы, которую мы наблюдаем у вас, результата вы можете не добиться и за год. Это какой-то сумбур! Полное отсутствие логики во всех этих скоропалительных изменениях. Ваши пальцы работают на клавиатуре и с манипулятором явно быстрее, чем работает мозг. Может, сначала нужно подумать, а потом изменять программу?!
– У каждого свой стиль. Не скрою, у меня нет никакой идеи или хотя бы смутных подозрений о причине такой работы программы…Поэтому и приходится перекраивать все многократно, вдруг программа заработает. Вы внимательно анализировали тексты программы и наблюдаете каждый мой шаг сами или с помощью специалистов-программистов. Если можете, подскажите свои подозрения о причине ошибки. Насколько я понял, вы очень заинтересованы в том, чтобы моя работа была выполнена в срок..
– Возможно в этом и причина?!
– В чем?!
– В том, что мы неосторожно проявили слишком большую заинтересованность в скорейшем окончании работы над программой. Поэтому вы умышленно затягиваете работу.
– Какой мне смысл?! Я больше вас заинтересован, чтобы получить деньги, которые мне положены по контракту в случае завершения программы в месячный срок. Вед даже при задержке в один день я теряю половину всей суммы!
– Какой смысл?! Например, вынудить нас заплатить вам еще больше!
– Это не так! Я делаю все, что могу в данной ситуации. Вы сами создаете обстановку стресса. Я постоянно чувствую вас за своей спиной. Не уверен даже, что вы не установили скрытые телекамеры в туалете, чтобы мое расстройство желудка, если такое случится, объявить саботажем…
– Не преувеличивайте!
– Это вы явно преувеличиваете! Зачем вы ночью оборудовали в моей рабочей комнате санузел? Решили сократить на две минуты затраты времени на естественные надобности…
– Нет! Санузел оборудован для вас, но с другой целью. Об этом мы еще скажем.
– Может, с этого и нужно было начать?
– Возможно! Мы предлагаем удвоить вашу премию за выполнение работы в срок, но с небольшим условием. Вы останетесь здесь, пока не закончите работу!
– Мне не нужна добавка к премии и, тем более, не устраивает ваше условие, – едва сдерживая себя, выпалил Антон. Так вот для чего нужно было ночью перестраивать комнату. Ему готовили тюремную камеру. Возможно, в одном из стенных шкафов уже приготовлена и кровать. После паузы Антон уже спокойнее добавил. – Не скрою, я также против удлинения рабочего дня даже на полчаса.
– Вы меня не поняли! Остаться здесь вам придется в любом случае, а повышение премии предназначено для компенсации некоторых неудобств.
– Это противоправное действие. За незаконное задержание вы предстанете перед судом. Это я вам гарантирую! А уж суд определит сумму компенсации за моральный ущерб, который вы наносите мне и моим родственникам…
– Родственникам мы сообщим. Волноваться они не будут, – братья переглянулись и впервые за время разговора насмешливо, или так показалось Антону, улыбнулись.