Кольцо Гекаты

Солнцева Наталья

– Да просыпайся же! У нас тут докторов нету!

Пьяный пошевелился и приоткрыл глаза.

– Вот так-то лучше! – обрадовался сторож. – Давай, вставай.

Он помог мужчине подняться и повел его к скамейке в углу двора.

Салахов щурился от солнца, не понимая, что с ним. Как он тут очутился? Почему спит не в своей широкой, удобной кровати из розового дерева, а сидит на твердой скамейке?

– Ну, что, оклемался?

Юрий Арсеньевич посмотрел на парня и начал смутно припоминать прошедшие события.

Кажется, он в Андреевском. Но что же случилось?

– Слушай, а зачем я сюда приезжал? – спросил он сторожа.

– Так… с супругой повидаться хотели.

Парень снова перешел на «вы», увидев, что мужчина вовсе не пьян. Наверное, ему плохо стало, от свежего воздуха. Эти городские страсть какие хлипкие.

– А потом?

– Спрятались в кустах, а ей велели ничего не говорить.

– Это я помню… А что, гроза ночью была?

– Какая гроза? – удивился парень. – Никакой грозы не было! Вон, сухота стоит. И небо чистое, звездное было, когда я домой шел.

– Мне показалось, что молния в небе сверкала…

– Это вам приснилось! – решительно сказал сторож. – Нешто можно ночь в кустах просидеть? Невольно заснешь.

– А жена моя где?

– Видать, уехала.

Слово за слово, Юрий Арсеньевич установил картину происшедшего. Он хотел проследить за Анной, но нечаянно заснул прямо на земле, в кустах, и оттого ему приснился кошмарный сон, который он толком даже не мог вспомнить.

С тяжелой головой и слабостью во всем теле, Юрий уселся в автомобиль и направился в сторону Питера. Его не покидало чувство, будто он забыл что-то очень нехорошее, очень страшное…

Кора Танг пришла в себя под деревом, с которого непонятно как свалилась. От удара у нее сильно болела голова. Она никак не могла понять, как очутилась на земле. С трудом поднявшись, она побрела по дороге и вышла к своему «фольксвагену». Машина призывно белела в кустах. Кора нашла в кармане ключи, открыла дверцу, села и запустила двигатель. В уме царил полный хаос.

Через полтора часа «фольксваген» на малой скорости подъезжал к Петербургу…

ГЛАВА 26

Пиво было превосходное, легкое и пенистое. К нему подавали семгу, раков, мелкую копченую рыбешку, сосиски с сыром по-баварски и тушеную капусту. Кроме пива в баре «Немецкая слобода» посетителей потчевали всевозможными коктейлями, спиртными напитками отличного качества, рыбным филе под маринадом, грибным бульоном, мясом, зажаренным на вертеле, и овощными салатами. Меню было постоянным, но зато постоянным было и исключительное мастерство повара. Многих завсегдатаев привлекала в первую очередь отменная кухня.

Артем пришел по делу, но решил не лишать себя удовольствия. Он сел за маленький деревянный столик, так, чтобы видеть стойку и ловко орудовавшего за ней бармена. Ему повезло, и бармен

был тот самый, которого описал Никитский, – высокий, худой и с залысинами. Звали его Макс.

Господин Пономарев выпил приличное количество пива, поел раков и заказал еще порцию мяса с красным перцем. Наслаждаясь едой, он незаметно наблюдал за Максом. Тот виртуозно разливал выпивку, готовил коктейли и переговаривался с посетителями.

– Молодой человек! – подозвал Артем официанта, юного мальчика с пушком на румяных щеках. – Как зовут вашего бармена?

– Этого?

– А что, у вас их много?

– Двое, работают по очереди, – ответил мальчик.

Форма сидела на нем несколько мешковато, и сам он смущался. «Наверное, недавно работает, – определил Пономарев. – Это хорошо. Паренек не успел стать ушлым и хитрым, поэтому врать не будет: если что-то знает, расскажет».

– Так как зовут этого бармена? – повторил вопрос адвокат, глазами указывая на Макса.

– Макс.

Значит, Никитский не обманул. Хорошо.

Артем достал десять долларов и положил на стол.

– Это тебе.

– За что? – удивился паренек, отчаянно краснея.

– За информацию.

Официант стоял в растерянности, не зная, уйти или продолжать разговор.

– Я частный детектив, – немного соврал Артем, двигая купюру в сторону мальчика. – Ищу одного человека. Поможешь?

Паренек расслабился и облегченно вздохнул. Стучать на хозяина и ребят не придется, так почему бы и не поговорить с человеком. Он взял деньги и положил в карман.

– Кто из барменов работал вечером пятого июля?

Официант напряженно задумался; он подсчитывал что-то в уме, потом начал загибать пальцы.

– Кажется, Макс… Точно, Макс! Его смена.

– Посетителей было много?

– У нас по вечерам всегда народу полно.

Артем так и думал. Вряд ли паренек кого-нибудь запомнил… Но чем черт не шутит?

– Ты видел в вашем баре этого человека? – спросил он, доставая из портмоне и показывая мальчику фотографию Никитского.

– Вы его ищете? – Паренек добросовестно рассматривал фото, стараясь вспомнить. – Кажется, он приходил пару раз. Да! Приходил.

– Ты давно здесь работаешь?

– Два месяца, – улыбнулся официант. – А что?

– Ничего. Просто я любопытный очень! Вечером пятого июля этот мужчина был в баре?

Паренек аж вспотел от усилия, но напрасно.

– Не помню! – выдохнул он. – Может, и был. Вам лучше спросить у Макса. Он многих посетителей знает, даже по именам.

Пономарев решил последовать совету официанта и направился к стойке.

– Могу я поговорить с вами?

Бармена долго уговаривать не пришлось. Макс оказался покладистым малым, без всякого смущения взял предложенные деньги и с готовностью принялся рассматривать фото Никитского.