Кольцо Гекаты
Шрифт:
– Престиж, романтика и дух старины привлекают людей, – не раз говорил ему Платон Иванович. – И они готовы платить за удовольствие.
«Восточный экспресс» был первым в мире трансконтинентальным экспрессом, который с 1883 года возил пассажиров по маршруту Париж – Константинополь. Об этом поезде писали Агата Кристи и Грэм Грин. Его называли королем поездов и поездом королей. Австрийский император Франц-Иосиф, сербский монарх Александр, принцесса Грейс Монакская, Шарль де Голль, Уинстон Черчилль, Марлен Дитрих, Грета Гарбо, Жан
– В этом поезде все уникально! – говорил Юрий, и его глаза, до того тусклые и безжизненные, загорелись. – В нем каждая деталь – произведение искусства. Его интерьеры – это европейский стиль и шарм. Мебель обита бархатом и испанской кожей. Красное дерево, зеркала, восточные ковры… Два великолепных ресторана, салон-вагон, курительные комнаты, специальные дамские гардеробные. Это дворец на колесах!
– Населенный призраками…
– Что? – опешил Юрий. – Как ты сказала?
Анна улыбнулась.
– Я имею в виду тени великих пассажиров экспресса… которые воскресают по ночам. Эркюль Пуаро, например. Или Мата Хари… Правда, что эта знаменитая шпионка путешествовала исключительно «Восточным экспрессом»?
– Говорят, что да, – кивнул господин Салахов, успокаиваясь.
Юрий отправился на работу, все еще находясь в неустойчиво-тревожном состоянии. Усевшись в своем кабинете за стол, он сразу позвонил в Москву.
– Меня интересует маршрут «Восточного экспресса», – сказал он служащему, который снял трубку.
– О, это чудесно! – с заученным энтузиазмом тараторил менеджер. – По Транссибу до Китая? Поездка продолжается десять дней, с остановками в Омске, Новосибирске, Иркутске, Улан-Удэ и Улан-Баторе. Вы получите огромное удовольствие! Комфорт…
– Или знаменитый Шелковый путь. Одиннадцать дней и ночей путешествия по сказочным дорогам Востока! Ургенч, Хива, Бухара, Самарканд, Ташкент, Алма-Ата и Алашанькоу… Дальше до Пекина поедете на другом поезде, который…
– Да нет же, молодой человек, вы меня не поняли. Я интересуюсь Золотым кольцом.
– А-а-а! – обрадовался менеджер. – Это третий маршрут «Восточного экспресса», поезда-легенды. Вы сделали правильный выбор! Древнерусские жемчужины – Кострома, Ярославль, Вологда, Владимир, Суздаль, Новгород, а далее Архангельск, Кандалакша, Мурманск и Петрозаводск ждут вас. Святыни славянской культуры стоят того, чтобы полюбоваться ими. Но главная достопримечательность путешествия это все-таки поезд. Он бесподобно красив, а степень комфорта превысит ваши ожидания. У нас два вагона-ресторана, специальный вагон-душ, конференц-вагон, оборудованный видеотехникой, компьютерами, Интернетом…
– Спасибо, спасибо, я понял, – остановил словоохотливого служащего Юрий Арсеньевич. –
Пока менеджер записывал данные, Салахов уже погрузился в мысли об Анне. Она так умела заполнить его собой, своими интересами, что даже бизнес уже не казался ему столь увлекательным. Он, конечно, исполнял свои обязанности, но без того огня, который горел в нем прежде. Мир финансов потускнел, померк, стал казаться каким-то механическим и оттого скучным.
Анна позвонила в ту самую минуту, как он подумал о ней.
– Ну что, дорогой? Мы едем?
– Через неделю, как ты сказала…Ты уверена, что мы получим удовольствие от этой поездки? Такая жара!
– В поезде есть кондиционеры?
– Наверное.
– А вагоны? Те самые?
– В которых ездила Мата Хари! Можешь не сомневаться.
Анна засмеялась:
– Ты угадал мою мысль.
Они распрощались до вечера, и госпожа Левитина, довольная, позвонила Фариду.
– Господин Гордеев?
Фарид узнал голос Анны, и сердце толкнулось в груди, лицо обдало жаром.
– Можно мне прийти посмотреть ваш новый спортивный зал? – спросила она.
– Конечно. Когда вас ждать?
– Примерно через полчаса. Я не очень нарушу ваш распорядок дня?
– Если даже и так, мне это будет приятно, – улыбнулся Фарид.
Пока она ехала, Гордеев задумчиво стоял у окна, барабаня пальцем по стеклу.
«Отчего я так волнуюсь?» – спрашивал себя Фарид и не находил ответа.
Что-то давно забытое – любовь, тоска и разлука, долгая, как зимняя ночь, – просыпалось у него внутри. Он ощущал дрожь во всем теле и в то же время необыкновенный подъем… как перед сражением, когда ряды противника так близко, что видны искаженные яростью и ожиданием боя лица воинов… Его рука привычным жестом потянулась к рукоятке меча…
– Лаэрт?
Он обернулся, ни секунды не сомневаясь, что позвали именно его…
В высоком проеме двери стояла Анна. Все потеряло для него значение – вся его жизнь, прожитая будто во сне, все его увлечения, женщины, странствия, корабли, тайга, возвращение в Петербург, спорт, бизнес – все растаяло при ее появлении, как облачко, на миг закрывшее горячее сияние истинного светила.
– Здравствуйте, господин Гордеев, – негромко сказала Анна, и ее слова странно прозвучали в гулкой пустоте зала.
Фарид тряхнул головой, пытаясь прийти в себя, а она тем временем подошла совсем близко и прикоснулась к его плечу. Он вздрогнул, как от удара. Анна засмеялась.
– Вот видишь! Я же говорила, что мы еще встретимся. Никогда не прощайся навеки… Ты не рад?
– Я… скучал по тебе… – Он сам не понимал, что говорит. Губы шевелились, произнося слова, которые казались не к месту…
– Я тоже, мой славный Лаэрт… Ты ушел от меня, не спросясь. Женщинам это не нравится.