Кольцо
Шрифт:
Элеонора стонала, требуя еще и еще, причем, как отметил Самюэль, она не притворялась, как делала это с ним. Все продолжалось довольно долго, сменяя одну витиеватую позу за другой.
«Грязная шлюха, потаскуха, стерва! – в ярости думал Дерикензи, кусая ногти. – Да я тебя в асфальт закатаю! Да я… да я тебя на куски порву!»
Наконец оргия закончилась, и снова появилась картинка торжества по случаю вручения премии. Дерикензи уже понял, что сейчас произойдет, но все равно досмотрел, как Элеонора целует его.
Самюэль Дерикензи в ярости с диким криком раненого зверя бросил стакан с недопитой
– Гвинее-ет!!! – заорал мистер Дерикензи вне себя от ярости. – Тащи свою жопу сюда!
– Я здесь, сэр… – проговорил Хунг, с опаской заглядывая в кабинет своего босса.
– Ты даже не представляешь, как мне хочется тебя убить, – зло прошептал Самюэль, сжимая кулаки. – Удавил бы собственными руками… но сейчас не об этом. Найди мне того ублюдка, что принес диск… хотя постой…
Дерикензи схватил со стола клочок бумаги с лаконичной надписью «Позвони», номер телефона прилагался.
Самюэль дрожащей рукой взял телефон и стал набирать номер. Несколько раз ошибался, но с третьей попытки номер он все же набрал правильно.
– Алло, и как мне тебя, сволочь такую, называть? – грубо спросил Дерикензи.
– Зовите Джерри, если вам не трудно.
– Ты понимаешь, сволочь, что я тебя убью?!
– Вы вполне это можете, – ответил спокойный голос. – Но это ни к чему не приведет, а если быть более точным, то вам же станет хуже. Как вы понимаете, диски в случае моей смерти уйдут…
– Чего ты хочешь, мистер Джерри? – чуть успокоился Дерикензи, быстро сообразив, чем для него все это может кончиться. – Денег?
– Нет, хотя и они не помешают. Я думаю, будет лучше, если мы все обсудим при личной встрече, это не телефонный разговор.
– Где?
– Можно у вас, мне без разницы.
Самюэль Дерикензи несказанно удивился. Не в правилах шантажистов обсуждать условия при личной встрече, подвергая себя опасности, да еще на территории противника.
«Либо этот мальчишка псих, либо за ним стоят более сильные люди, и оттого он чувствует себя уверенно, – подумал мистер Дерикензи. – Либо он просто дурак. Хотя для дурака он все провернул довольно чисто, если это конечно он…»
– Хорошо, можно у меня.
– Я буду в полдень.
Связь оборвалась.
– Ты слышал?
– Да, мистер Дерикензи.
– Тогда готовься.
– Слушаюсь, сэр.
24
Джерри Дональдан закончил разговор и ударом молотка разбил телефон. Он не хотел, чтобы его нашли раньше времени, хотя это ничего бы не изменило. Просто он предпочитал владеть ситуацией до конца, насколько это возможно.
Ночь прошла в терзаниях. Он порывался все отменить и просто обойтись мелким шантажом, вытянуть пару-тройку миллионов. На эти деньги можно прожить вполне безбедно до конца жизни на не самом плохом курорте с песчаным пляжем и загорающими топлес девушками. Или даже вообще без шантажа просто отдать дискету и попросить прощения… Но Дональдан посчитал, что сделано уже слишком много, чтобы отступить. К тому же знал, что если отступит сейчас, то будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Это отступление
Спалось плохо. Джерри не был солдатом и вообще не служил в армии, потому не мог оставаться спокойным перед «боем». Чудилось, что по квартире метаются какие-то тени, а воин «темных веков» древней Земли еще до космической эры, сделанный его собственными руками в полный рост от нечего делать, тянется к мечу, чтобы отрубить ему голову, моргая одноглазым черепом и шевеля нижней скулой в беззвучном смехе.
Стало жутко, и Джерри накрыл воина простыней. Но так стало еще хуже – простыня шевелилась от слабого сквозняка. «Я так с ума сойду, – в смятении думал Дональдан, перебираясь на ночевку в другую комнату. – Совсем нервы ни к черту стали».
Утром Джерри проснулся совершенно разбитым, голова гудела, и пришлось выпить двойную дозу обезболивающего, чтобы хоть немного полегчало, а сознание просветлилось. В предстоящем деле ему требовалось хорошо и быстро соображать.
– Алло, как там Фрэй? – спросил Джерри, позвонив Дьюку.
– Все нормально. Гвоздь в полном порядке, мы тут в шашки играем…
– Все нормально, Джерри, – подтвердил Смехов. – Я действительно довольно неплохо пообщался со своими бывшими подельниками…
– Тогда ждите меня часа через три.
– Хорошо.
Как и обещал, Дональдан подъехал к загородному особняку Дерикензи к двенадцати часам. Приехал он на своей машине, играть в шпионов пока не имело смысла. Он понимал, что если Дерикензи захочет, он вычислит не только его, но и Фрэя, если уже не сделал этого.
– Чего нужно? – неприветливо спросил охранник у ворот.
– Я мистер Джерри.
– Проходи…
Его, естественно, ждали. Охрана провела тщательный обыск и «прозвонила» на жучки. Дональдана ввели в одну из комнат на третьем этаже. Там за широким столом сидел сам мистер Дерикензи, утопая в мягком кресле. Лицо его больше походило на маску, руки побелели, выдавая напряжение и клокочущую внутри человека ярость, которую он только силой воли удерживал под контролем.
Джерри сел без приглашения, давая понять, что держит ситуацию под контролем, несмотря на то что находится на территории противника. Хотя наглость эта далась ему с трудом. Все же перед ним был человек из сильных мира сего…
– Мистер Джерри?
– Он самый, – подтвердил Дональдан. – И для предотвращения всяческих недоразумений хочу еще раз сразу предупредить, что в случае если я не выйду отсюда, самое позднее через час, диски уйдут туда, где им быть совершенно ни к чему.
– Чего ты хочешь? Денег? – повторил свой вчерашний вопрос Дерикензи.
– Опять вы за свое… но раз вы так настаиваете, то давайте двадцать тысяч наличными, я не шучу…
– Хорошо. Хунг, принеси… Так зачем ты все это затеял, если не ради денег?
– У вас столько денег, сколько мне нужно, все равно нет, если только не продадите половину своего имущества. А размениваться по мелочам, пару миллионов тут, пару миллионов там… сгореть можно. Вы помните меня вчера на приеме? – ушел от прямого ответа Джерри.
– Припоминаю… ты тот самый, что выдавал себя за журналиста.