Кольцо
Шрифт:
Среди бойцов раздался тяжелый вздох. Они уже прошли пять километров, и это далось им очень нелегко. Сейчас они уже все выглядели словно демоны нижних миров, все в крысином дерьме, извазюкались в вонючей жиже (то один, то другой поскальзывались и падали), и от исходившего от них амбре хотелось блевать. Так что Гвинет не стал делать замечания, когда бойцы закурили, пытаясь хотя бы сигаретным дымом перебить шибавшую в нос вонь.
– Ничего, тут сухо.
– Так-то оно так, но я не пойму, командир, почему мы не спустились где-нибудь поближе к цели, а? – жаловался Палдус.
– Потому
– Понятно…
– Передохнули? Тогда пошли.
И бойцы, тяжело встав, побросав сигаретки в ручейки воды, двинулись вслед за командиром. Чем ближе оставалось до цели, тем осторожнее вел себя Гвинет. На каком-то этапе он вообще отослал вперед разведчика. И это дало свои результаты.
– Впереди ремонтная бригада, – доложил вернувшийся из разведки Флинт. – Копаются во всяких распределителях.
– Сколько их?
– Пятеро…
– Думаешь, они надолго?
– Думаю – да. Инструмент везде валяется, щитки открыты, провода торчат… Ясно, что закругляться в ближайшее время они не собираются.
– Вообще-то для нас это не проблема, – хотел пожать плечами Палдус, но не позволила тяжелая ноша.
– Не проблема, если бы не задача, – в целом не согласился Гвинет и снова развернул карту подземных коммуникаций. Сверившись с ней, он наконец выдал то, чего так боялся Палдус: – Мы обойдем их. Полсотни метров назад мы прошли ответвление, по нему мы можем их обогнуть.
– И насколько удлинится наш путь? – страдальчески поморщился Винторез.
– Полкилометра.
Новый тяжкий вздох среди бойцов. Но делать нечего, и они вновь пошли вслед за своим командиром. Это ход оказался гораздо уже, грязнее и темнее, а значит, более заселенный крысами. Так что еще несколько человек упали, поскользнувшись. Не избежал этой участи и сам Гвинет.
Падать было неприятно, но костюмы химзащиты, прихваченные у Кривого Ахмеда (у него вообще много чего прихватили, благо что задарма), спасали их от совсем уж мерзопакостных ощущений, лишь бы на лицо не попадало и тем более в глаза или рот. А так все нормально.
Вскоре они снова вышли в главную галерею, и Гвинет обрадовал своих бойцов:
– Там через два поворота наша цель. Давай, Шульман, дальше твоя епархия…
Шульман понятливо кивнул, сбросил груз из взрывчатки на бетонный пол коллектора и достал из висевшего на плече кофра прибор, по виду напоминавший приборы ночного видения на заре их создания, только к этому прилагались еще и миниатюрные наушники.
В дополнение ко всему он взял еще ультразвуковую винтовку, совсем уж суперсовременный образец вооружения, которую также нашли на складе Кривого Ахмеда.
– Ну я пошел…
– Давай.
Шульман осторожно двинулся вперед. Он шел очень медленно, внимательно просеивая пространство через этот прибор, но пока ничего не обнаруживал. Вот Шульман скрылся за первым поворотом, и тут же Хунг услышал его голос:
– Засек восемь датчиков… Если верить прибору, то три датчика движения, три – объема и
– Постой… Ты видишь дверь в здание?
– Да. Стальная с кодовым замком.
– Тогда глуши. Постарайся вывести их в максимально быстром темпе, чтобы операторы подумали, что это сбой в системе. У нас в этом случае появится несколько лишних минут, пока они поймут, что это не так и не поднимут тревогу. Но датчики прерывания оставь. Мы их перешагнем.
– Понял. Выполняю…
Шульман медленно поднял «УЗПС-3К» и нацелился на первый датчик.
Выстрел. Ни отдачи у ультразвуковой винтовки, ни шума, лишь легкий свист, и первый датчик перестал светиться в приборе, оставшись внешне целым, но с сожженными внутренностями. Вслед за первым Шульман нажал на курок еще пять раз, поразив остальные датчики.
– Чисто! Можно проходить.
– Быстрее-быстрее! – подгонял своих бойцов Гвинет, сам бросаясь вперед.
Пришлось повозиться с сигнализацией на двери, не говоря уже о самом замке. Но все проблемы остались позади, Кресс сумел с этим разобраться, и Хунг первым заглянул внутрь.
– За мной…
Помещение оказалось подземным гаражом, что сыграло Хунгу только на руку. Появилось несколько рабочих, и быстро рассредоточившиеся бойцы повалили их из своих бесшумных автоматов.
Два человека прикрывали входы-выходы, а остальные быстро лепили на несущие столбы брикеты сверхмощной взрывчатки, перебегая от одного несущего столба к другому. Вскоре почти каждый столб отметился мигающим красным огоньком включенных детонаторов, пульт от которых находился у Гвинета.
– А теперь сматываемся!
Краб выбил у какого-то фургона стекло и, быстро отключив сигнализацию, завел двигатель. Все погрузились в машину, и она, стартовав, громко взвизгнув колесами, понеслась к выходу. На всю операцию по минированию ушло не больше пяти минут. Хунг остался весьма доволен скоростью и чистотой исполнения плана.
Разломав шлагбаум выхода бампером, машина выскочила на проезжую часть, чуть кого-то не сбив, и Гвинет, точно маньяк, облизав палец, нажал на кнопку пульта дистанционного подрыва.
Взрыв получился что надо. Гвинет хорошо видел, как здание высотки «Машининженерстрой», изрыгнув оранжевое пламя пополам с черным дымом из окон нижних этажей, начало медленно с неописуемым звуком оседать внутрь себя, заволакивая окружающее пространство серой пылью.
– Вот так-то, сволочи! Будете знать, как переходить мне дорогу! – усмехаясь, прокричал в открытое окно Гвинет.
Бандиты веселились, толкались друг с другом, хлопали в ладоши, они считали, что деньги уже у них в кармане.
54
Полковник Маар Амброй на экстренном заседании резидентуры, состоявшемся ровно через тридцать минут после произошедшего, сидел во главе стола, сцепив пальцы рук в замок. Губы побледнели, а зрачки глаз постоянно меняли свои размеры, то сужаясь до точки, то расширялись почти до размеров радужной оболочки. Все это выдавало в нем высшую степень гнева, и тем не менее он молчал.