Колдун
Шрифт:
Теперь осталось самое худшее. Камень преткновения. Последняя надежда тех, кто жаждал поражения Марики. Сейчас ее положат на алтарь, и сестра-целительница призовет Сущих. Призрак коснется простертого тела, навсегда лишая прошедшую Тогар силту возможности рожать щенков.
Марика посмотрела прямо в глаза Градвол и кивнула. Верховная жрица обошла вокруг дымящегося жертвенника и протянула Марике облатку.
Марика осторожно взяла ее в зубы.
И повернулась лицом к собравшимся. Это был ее собственный штрих, маленькое дополнение к церемонии. Марика разжевала и
Концентрированный чэйф разошелся по всему ее телу. Это было приятное ощущение. Жрицы подхватили Марику на руки и уложили на алтарь, над которым склонилась сестра-целительница — Марика видела ее как в тумане.
Что-то внутри нее хотело вырваться, закричать, убежать как можно дальше. Но Марика подавила это желание.
Она почувствовала, как призрак движется в ее теле, уничтожая яичники и трубы. Это было не больно — только отчаянно ныло сердце. Ей говорили, что потом будет немного неприятно.
Марика ускользнула в мир призраков, чтобы отвлечься от происходящего хоть на несколько мгновений.
Когда она вернулась, все было кончено. Зрители гуськом потянулись к выходу. Жрицы и их помощницы наводили порядок. Над Марикой склонилась Градвол, и лицо ее было довольным.
— Ну что, Марика, все не так уж плохо, а?
Марика хотела сказать, что рана в ее душе еще долго будет кровоточить, но не смогла. Слишком много было съедено чэйфа и дарама.
Марика вспомнила о стае, которую так никто и не оплакал, и подумала, простят ли ее когда-нибудь духи погибших. И сможет ли она простить Градвол, которая заставила ее пойти на это преступление против себя самой.
Это пройдет. Душевные раны всегда заживают.
— Ты все проделала очень хорошо, Марика. Это был впечатляющий Тогар. Даже твои враги вынуждены были признать, что ты выдающаяся личность.
Марика хотела возразить, что этого они никогда и не отрицали, а просто боялись и ненавидели ее по каким-то причинам. Но рот опять не открылся.
Градвол потрепала ее по плечу.
— Теперь ты — Четвертая Советница. Утиэль официально отказалась от должности с того момента, как завершится твой Тогар. Управляй мудро, Марика. Сейчас сюда придут твои вокторы. Когда ты оправишься, они напомнят тебе, что нам надо поговорить. Я дам им соответствующие указания.
Градвол снова дотронулась до Марики — нежно, почти с любовью. Ее родная мать, Скилдзян, никогда так не делала. На мгновение Марика заподозрила, что Верховная жрица думала не только о будущем Рейгг, когда взяла ее под свою опеку.
Эту мысль она заставила себя отбросить. Нетрудная задача после такого количества наркотиков.
— Ну, будь здорова, — шепнула Градвол и вышла.
Грауэл и Барлог вошли в зал всего через несколько минут после того, как его покинула последняя силта. Марика, несмотря на свое состояние, улыбнулась, глядя, как обе охотницы крадутся по комнате, подозрительно оглядывая все углы и тени. Это они-то, которые верят, что силты умеют становиться невидимыми с помощью колдовства! Наконец они подошли к Марике и помогли ей спуститься с алтаря.
— Ну,
— Отлично, — хрипло каркнула Марика. От наркотиков в горле у нее совсем пересохло.
— Как себя чувствуешь?
— Физически… Все прекрасно… Но душа… В душе очень мерзко.
Грауэл и Барлог снова оглядели все темные места.
— Ты можешь говорить о деле? У тебя не кружится голова? — спросила Грауэл.
— Могу. Да. Но сначала… Заберите меня отсюда.
— Сторет нашла тех рабочих, — сказала Марике Грауэл, когда они трое добрались наконец до дома. — Она доложила об этом, когда ты была там.
Они не хотели разговаривать, но Сторет убедила их, что пришла от тебя.
Они признали свой долг. Знают они очень мало, но сказали, что ходят упорные слухи, будто бандиты нашли себе сильного верлена. Такого, что сможет побить силт их же оружием, когда придет его время. Так что, как ты и думала, не все кончено.
Все пленные мятежники, которых они допрашивали, верили в то, что с их движением скоро должно произойти нечто важное. Природу этого «нечто» Марика так и не смогла определить. В конце концов она решила разыскать в Макше тех двух рабочих, которые служили у нее в Понате много лет назад, рабочих, поклявшихся вернуть ей воображаемый долг.
— Колдун, — пробормотала она. — И конечно же, великий колдун. Иначе он не смог бы внушить им эту сумасшедшую надежду.
Марика не стала рассказывать всего этого Верховной жрице. Интуиция подсказывала ей, что лучше сохранить эти сведения у себя. По крайней мере пока.
— Мы должны найти этого колдуна и уничтожить. Если, конечно, нельзя будет его использовать.
В кои-то веки Грауэл и Барлог совпали во мнениях. Уничтожить. Обе они хорошо помнили верлена, который когда-то привел кочевников из Зотака.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
ТЕЛЛЕ-РЕЙ
Глава 9
1
Барлог передала Марике письмо, оставленное у монастырских ворот.
— Это от Багнеля, Марика. Может быть, ты все-таки примешь предложение Верховной жрицы и сменишь квартиру на более подходящую для твоего нового положения? Я уже слишком стара для этой постоянной беготни вверх и вниз по лестницам.
— Ну уж! Тебе только так кажется, Барлог! Ты у нас в самом расцвете сил. У тебя еще много лет впереди. Что там такое?
— И все эти годы мы будем жить на чердаке? Не знаю я, что там.
Письмо запечатано.
— И правда. — Марика открыла конверт. Несмотря на его внушительные размеры, внутри оказалась только коротенькая записка.
— Ну?
— Он просит о встрече. Не о том, чтобы меня навестить, а именно о встрече.
Марика обдумала эту формулировку. Очевидно, имелось в виду нечто официальное. Значит, торговцы уже знают о ее назначении на место Четвертой Советницы и о том, что она скора на расправу с мятежниками.