Колдун
Шрифт:
Спор мог бы продолжаться еще долго, если бы Турин не закончил наносить узор на доспех. По такому случаю мы быстро согласились на все его условия и даже выписали ему чек на требуемую сумму. Однако, вместо того чтобы уйти, гном решил дождаться результатов нашего опыта. Выдав ему защитный амулет, мы приступили к ритуалу. Заклинание легло как положено. Доспех не развалился, а так и стоял на месте. Внешне даже не изменился.
Ощупав, понюхав, осмотрев его истинным зрением и даже попробовав погрызть, мы решили, что надо проводить нормальные испытания. Дотащив доспех до полигона, мы поставили его в самом центре. Я вооружился одной из двуручных секир, которые находились
Гнома пришлось долго откачивать от приступа смеха, который почти стоил ему жизни. Мой полет вместе с секирой был на заглядение хорош. Сам я мало что запомнил, но Лиам рассказывал, что летел я, «аки посланец богов по срочным делам». Несмотря на мелкие неприятности в виде моих ушибов и вывиха руки, эксперимент прошел удачно. На доспехе не осталось даже вмятины. Жалко было секиру, которая превратилась в кусок потрескавшегося металла. Мы с Лиамом чуть ли не начали прыгать от счастья, когда поняли, что все удалось. Турин, после того как успокоился, тоже оценил наши усилия, но тут же разрушил наши радужные мечты о баснословной прибыли при изготовлении сверхпрочных доспехов.
— Вы сами-то хоть понимаете, сколько труда надо приложить, чтобы один такой доспех сделать? — ехидно спросил Турин, когда мы уже начинали прикидывать, за сколько такие доспехи могут уйти. Все-таки это не просто заклинание прочности, а в какой-то степени защитный амулет и хороший доспех в одном предмете. Да еще и с непонятным отталкивающим эффектом. — Вот наймете вы гнома, который будет рисунок наносить, — продолжал он. — Ему надо платить. Да еще и доспехи надо покупать из хорошего металла, чтобы они не сыпались от такой обработки. Тоже деньгу надо. Вот и выходит, что слишком дорого такой доспех будет обходиться.
— Можно и без гнома обойтись, — неуверенно произнес Лиам. — Сами как-нибудь.
— Да вы такого наделаете, что потом лучше ваш доспех никому не надевать вообще, — оборвал его гном. — Знаю я вас. Напутаете в своем узоре чего-нить, и все, — он махнул рукой, — поминай как звали.
— Не настолько уж часто у нас бывают неудачи, — решил я вступиться за нас с Лиамом. — Все-таки чаще все работает так, как и должно. Вот, например, наши амулеты от дождя или от насекомых.
— Бытовая магия у вас получается будь здоров, — согласился гном, так как и сам носил пару изготовленных мной амулетов. — Да вот как только вы пытаетесь сделать нечто более сложное, так тут же начинаются проблемы. Как вы до сих пор живы, и то непонятно, — добавил он после небольшой паузы. — Видимо, и правда боги благоволят вам.
Мы с Лиамом приуныли, но ненадолго. У меня в голове уже крутились мысли о том, как можно использовать нашу разработку по нанесению магических рун. Судя по лицу Лиама, он тоже обдумывал возможные варианты дальнейшего использования наших разработок. Сам доспех был не так уж и важен, но вот принцип, по которому мы его зачаровали… Возможности применения подобного метода были безграничны. Надо было только обдумать все детали.
На этом месте дело застопорилось. «А как его, интересно, можно использовать-то? — задался вопросом я. — Можно, конечно, попробовать все-таки создавать доспехи или оружие, вот только…»
— Я тут такое придумал, — прервал мои размышления Лиам. — Мастер Турин, — обратился он к гному, — нам надо посовещаться, так что…
Он указал глазами на выход с полигона. Гном все понял, попрощавшись, развернулся и ушел. Лиам еще некоторое время сидел молча, что-то соображая. Я же в этот момент ерзал на месте, сгорая от нетерпения.
— Я вот тут подумал, — неспешно начал он после нескольких минут
Я удивленно уставился на друга.
— Ну, смотри, — начал объяснять Лиам. — По большому счету все наши неудачи, — он махнул рукой в сторону железных обрезков, — возникали по причине того, что мы пытались делать все одновременно. То есть и накладывать заклинание, и рисовать узор. — (Я согласно кивнул.) Ободренный Лиам продолжил развивать свою мысль: — А что, если нам разделить эти процессы?
— Не понял? Как это разделить?
— Очень просто. — Уста Лиама растянула улыбка. — Сначала амулет должен будет нанести рисунок, а только потом наложить заклинание.
Видя мое полное непонимание, он принялся рисовать на земле примерную структуру заклинания. Я встал у него за спиной, чтобы лучше видеть. По мере того, как до меня доходил смысл его предложения, в голове начал складываться полный рисунок дальнейших действий. Заканчивали все пояснения мы уже на пару. Впереди нас ждало много работы, но результат должен был превзойти любые ожидания. Я даже начал довольно потирать руки, представляя выражение лица Турина, когда у нас все получится.
Обсудив детали, мы приступили к работе. Еще пару десятков доспехов отправились в лом, но нам удалось добиться нужного эффекта. Рисунок лежал на металле как влитой. Вторая часть работы прошла тоже без проблем. Правда, пришлось немного изменить сам доспех и вплавить в него несколько золотых монеток, которые должны были служить накопителями. Изначально планировали использовать драгоценные камни, но выяснилось, что денег даже на золотые вставки и то с трудом хватает.
Ужасно довольные собой, мы успели изготовить две кольчуги, сделать мне новые краги с заклинанием молнии и клинок для Лиама с заклинанием заморозки. В тот момент, когда мы уже собирались приступать к созданию шлемов и поножей, за нами прибыли несколько гвардейцев, которые в мягкой, но настойчивой форме сообщили, что нас ожидают во дворце. Со всеми экспериментами мы совсем забыли о том, что нам еще предстоит идти на императорский прием в нашу честь.
Несмотря на то что нас отвлекли от работы, я был все равно у престола светлых богов от счастья. По такому случаю я даже решил прочитать письмо с объяснениями от Алистара. Захватив его с собой, я оставил сумку в комнате и, приведя себя в порядок, поспешил во дворец. Шагая по коридорам дворца, я пробегал глазами строки письма. С каждым мгновением мое благостное настроение улетучивалось. Дойдя до роковой строки «…Я — императрица Империи Назог Алисия ар'Нумед», я понял, что мне стоило погибнуть на войне. Перед глазами тут же встала статья из Уложения о наказаниях благородных за преступления против короны. Самым мягким была каторга на десять лет без права на помилование. Прикинув в уме все совершенные мной преступления против венценосной особы, я понял, что каторга мне светит только в том случае, если очень повезет. Да и то вряд ли. За все, что я сделал, меня скорее всего сразу и прибьют.
«Странно, что до сих пор ничего не сделали, — подумал я, остановившись посреди коридора. — Может, хотят устроить показательную казнь?»
— Что-то случилось, милорд? — раздался голос у меня над ухом.
Едва не подскочив от неожиданности, я медленно повернулся, чтобы увидеть довольную морду Кал'Атара. Вампир был в своем репертуаре. Плотно облегающие шмотки черного цвета и белоснежная улыбка во весь рот. Такой улыбкой можно было отправлять слабонервных в обморок по десятку зараз. В контраст супругу Сильвана была одета во все светлое. Пышное платье больше напоминало парус корабля.