Колеса
Шрифт:
Элзи снова наполнила стакан Хэнка бурбоном. Бретт еще раньше сказал, что не будет пить.
— Он всегда мне рассказывает столько интересного и совсем для меня нового, — заметил, обращаясь к молодой женщине, Бретт.
— Он много чего знает. — И она перевела лучившиеся смехом глаза с молодого дизайнера на Крейзела.
Бретт почувствовал, как между ними проскочила какая-то искра.
— Послушайте, может, мне уйти?
— Не спеши. — Бывший морской пехотинец достал трубку и разжег ее. — Хочешь послушать про некоторые детали? — Он перевел взгляд на Элзи. — Я имею в виду не твои, детка.
— Детали
— Совершенно верно. — Крейзел по обыкновению криво усмехнулся. — До того как пойти в армию, я ведь работал на автомобильном заводе. После Кореи снова туда вернулся. Был оператором на дыропробивном прессе. Потом мастером.
— Быстро же ты скакнул вверх.
— Может, даже слишком быстро. Так или иначе, я имел возможность понаблюдать за производством — за тем, как идет штамповка. На заводах Большой тройки это везде одинаково. Самые умные машины, просторные, дорогостоящие цехи, кафетерии и все прочее. Из-за этого двухцентовая штамповка обходится в десять центов. — Хэнк Крейзел затянулся трубкой и утонул в облаке дыма. — Тогда я пошел в отдел закупок. Разговорился там с одним знакомым. Сказал ему, что мог бы производить все это гораздо дешевле. Своими силами.
— Они тебя финансировали?
— Ни тогда, ни потом. Правда, заключили со мной контракт. Сразу на миллион маленьких шайбочек. Когда я уволился, у меня было на руках всего две сотни долларов. Ни мастерской, ни машин. — Хэнк Крейзел ухмыльнулся. — Всю ночь тогда не спал. До смерти страшно было. На другой день отправился шарить по окрестностям. Снял старый бильярдный зал. Показал в банке контракт и договор на аренду — они одолжили мне деньжат, чтоб купить старые машины, которые идут на слом. Потом я нанял двух парней. Втроем мы установили машины. Ребята стали на них работать. А я побежал добывать заказы. — И задумчиво добавил: — Так с тех пор и бегаю.
— Да о тебе можно сагу писать, — сказал Бретт. Он видел внушительный дом Хэнка Крейзела в Гросс-Пойнте, полдюжины его заводов, в том числе и бывшую бильярдную, работающих на полную мощность. Хэнк Крейзел, по самым скромным подсчетам, должно быть, стоил миллиона два-три.
— А этот твой приятель из отдела закупок, — сказал Бретт, — тот, что дал тебе первый заказ, ты с ним еще встречаешься?
— Конечно. Он все там же — на жалованье. На той же работе. Скоро уходит на пенсию. Я время от времени угощаю его обедом.
— А что такое сага? — спросила Элзи.
— Это такой парень, который доводит дело до конца, — сказал Хэнк Крейзел.
— Легенда, — сказал Бретт.
Крейзел помотал головой.
— Нет, я не легенда. Пока еще — нет. — Он умолк, задумавшись. Таким Бретт никогда еще его не видел. И когда снова заговорил, голос его звучал глуше, а речь была менее отрывистой:
— Есть одна штука, которую мне очень хотелось бы сделать, и, если я это сделаю, вот тогда, может, и получится что-то вроде того, что ты сказал. — Почувствовав любопытство Бретта, бывший морской пехотинец покачал головой. — Только не сейчас. Может, когда-нибудь в другой раз я расскажу тебе об этом. — И, вернувшись к прежней теме, продолжал: — И вот, значит, стал я делать автомобильные части и стал ошибаться. Но учился я быстро. Вот, например, чему я научился: выискивать на рынке слабые места. Где меньше всего конкуренции.
— А почему ты поставил себе такие ограничения?
Крейзел по обыкновению лукаво усмехнулся:
— Ведь если машина попадает в аварию, пусть даже небольшую, то страдает, как правило, либо передок, либо хвост. И чаще всего летит то, что находится ниже двадцати дюймов от земли. Значит, таких частей требуется больше, чем любых других, и заказы на них будут более крупные. А для тех, кто производит запасные части, самое главное — крупный заказ.
— Ну, а почему ты установил предел в десять долларов?
— Предположим, ты отдаешь машину в ремонт. Что-то там поломалось. Если ремонт больше чем на десять долларов, ты постараешься сделать его сам. Если же меньше, ты выбросишь старую деталь и заменишь ее новой. А я тут как тут.
Это было столь гениально и просто, что Бретт расхохотался.
— Автопринадлежностями я занялся позже. Между тем еще кое-чему подучился. Взять, к примеру, дополнительные средства безопасности. Чаще всего люди и слышать о них не хотят. Ездят на короткие расстояния и тратиться не желают. Поэтому особой выгоды не жди. Но и тут можно немало выиграть. При их производстве можно кое-что списать с облагаемой налогом суммы. Хотя официально это вам никто не подтвердит. — Он весело оглядел свое «Бюро по связи с „Фордом“». — Но я-то знаю.
— Элзи права. Ты в самом деле много чего знаешь. — Бретт взглянул на часы и поднялся из-за стола. — Что ж, пора назад — впрягаться в ярмо! Спасибо за обед, Элзи.
Молодая женщина тоже поднялась и, подойдя к нему, взяла его под руку. Он ощутил ее близость, ее тепло сквозь тонкое платье. Ее стройное тело слегка отстранилось и вновь прижалось к нему. Случайно? Едва ли. Он почувствовал слабый аромат, исходивший от ее волос, и позавидовал Хэнку Крейзелу — тот, несомненно, насладится всем этим, как только он уйдет.
— Заходите в любое время, — тихо сказала Элзи.
— Эй, Хэнк! — обратился к нему Бретт. — Слыхал, какое я получил приглашение?
— Если примешь приглашение, смотри только, чтобы я об этом не знал. — Хозяин пошел проводить его к выходу. Элзи уже исчезла во внутренних комнатах.
— Я тебе устрою эту встречу с Адамом, — заверил его Бретт. — Завтра же позвоню.
— О'кей.
И они обменялись рукопожатием.
— А насчет другого, — сказал Хэнк Крейзел, — так я вполне серьезно. Только чтобы я не знал. Ясно?
— Ясно. — Бретт уже запомнил номер телефона, который не значился в книге абонентов. Он намеревался завтра же позвонить Элзи.
Лифт помчал его вниз, а Хэнк Крейзел закрыл дверь и запер ее изнутри.
Элзи уже ждала его в спальне. Она разделась и была в прозрачном мини-кимоно, перепоясанном шелковой лентой. Темные волосы ее ниспадали на плечи, она улыбалась, глаза сияли в предвкушении удовольствия. Они поцеловались, и он не спеша стал развязывать ленту, придерживавшую кимоно…